Путь Скорпиона III (СИ) - Дэй Катерина - Страница 33

— Я люблю тебя, — сказал он.

Амира смотрела в его глаза и сдерживала слезы.

Она хотела сказать ему в ответ, что тоже любит его, но не могла потому что только сейчас поняла, что Мира оказалась права. Она должна рассказать Риару всю правду и выяснить кого он любит — ее или Миру.

Его губы все требовательнее и настойчивее завладевали губами девушки. И в этот же момент он ощутил, что она понимает его чувство и с готовностью отвечает на него.

Время остановилось для счастливых влюбленных, наконец-то обретших друг друга в этой жизни. Сколько они стояли так, слившись воедино в поцелуе, они не смогли бы сказать никогда.

В комнате наступила тишина, Мира прошла в гардеробную и остановилась перед зеркалом вновь смотря на свое отражение, затем она подошла к окну и смотрела в небо выискивая там ответы. Она не видела, как в тени за ней наблюдал черноволосый мужчина и думал о том, что женщина, которую он видит в окне — прекрасна, а ее глаза исполнены тайны. И признал себе, что желает видеть ее своей королевой. Именно эту женщину, которая одиноко стояла в окне направив свой таинственный взор в прекрасное небо.

Мира глубоко вздохнула и опустила глаза тут же замерев, из тени вышел Мэй и не сводил с нее взгляда. Мирослава торопливо отошла от окна и вернулась в гостиную.

Наконец Риар поднял голову и с удивлением осмотрелся: он словно забыл, где находится. Но постепенно ощущение окружающей действительности вернулось, и он понял, что из забытья его вывел стук в дверь. Подали ужин, как велел слуге Риар, в покои принцессы.

Ужинали они вдвоем то и дело переглядываясь и улыбаясь. Риар держал дистанцию с Амирой боясь сорваться. Сама же Амира смущенная его откровенными взглядами не могла есть, но заставила себя, чтобы хоть как-то отвлечься от его губ, глаз и рук. Все же, не выдержав они снова обнимались и целовались пока стук в дверь, и спокойный голос Мэйя не вернул их в действительность.

— Ты должен отправиться в храм на молитву Риар. Тебя ждут альвы.

Амира даже не пыталась освободиться от его объятий. Только спрятала лицо на его плече, смущаясь своих чувств и их открытого проявления. Но медленно и неохотно она все же покинула его объятия.

— Ложись спать, — прошептал он целуя ее в висок, — тебе нужно хорошо выспаться. И ни о чем не беспокойся. — И не оглядываясь вышел из комнаты.

— Мира, — позвала она, не чувствуя почему-то ее. — Так странно… только недавно я ненавидела тебя, а теперь не могу без тебя.

— Я здесь, — ответила ей Мира окутывая ее теплом.

— Ты права, я должна все рассказать Риару.

— Потом Амира, все потом, а сейчас мы будем спать потому что завтра предстоит не простой день.

Амира послонялась по комнате, прошла в гардеробную и в последний раз взглянула на платье, в котором должна была войти в Конвенцию Магов.

— Завтра предстоит сражение за наши жизни, — прошептала она.

Как только Амира уснула глубоким сном, Мира выскользнула из тела. Ей было интересно понаблюдать за молящимися мужчинами и что за обряд они проходят. Но вспомнила, что за дверью дежурит Мэй. А собственно почему она должна проходить через дверь?!

Мира просто вылетела в окно и помчалась к Храму Двум Богиням.

Глава 11

Мужчины молились в белых одеждах на расстеленных на полу ковриках. Она слышала раскаты их приглушенных голосов. В храме не было ни одной женщины. Их обряд напомнил ей веру исламистов. Мира перевела взгляд на статуи двух богинь. Одна олицетворяла Свет, другая — Тьму. Но они были сестрами, как одна медаль, но с двух сторон.

Что Мира знала о религии этого мира?

Знала, что есть магия, знала, что альвы поклоняются Богиням, которых чтят. Но слышат ли они их? Мира никогда не была набожной, она отнесла бы себя к атеистам, но то, что с ней произошло наводило на мысль, что без божественного вмешательства — и не важно в каком мире или измерении, — тут не обошлось, и то, что с ней произошло можно было бы назвать волею Богинь!

Мира взглянула на статуи и увидела от них исходящее свечение. Чем проникновеннее молились мужчины, чем больше светились богини. И все в Храме растворилось в необыкновенном свете.

Да, они слышат своих молящихся! А услышат ли они ее? Нужно переговорить с Амирой и расспросить все о их религии. Может тогда они найдут ответы? Но за все время, что Мира была в теле принцессы она ни разу не столкнулась с тем, чтобы Амира молилась и поклонялась хоть одной из богинь. Перед Мирой проскальзывали обрывки воспоминаний ее детства, когда она посещала храмы, но даже тогда она не выбрала ни одну богиню. Она просто молилась, когда ей было плохо. Кажется, им обеим нужно посетить Храм.

Мира вышла из Храма и уставилась в пустыню. Темнота была подобна мягкому бархатному покрову, накрывшему ее. Все жило в пустыне, даже камни. Мира откинула голову назад и закрыла глаза. Как всегда, ночь опустилась на пустыню мгновенно. На небосклоне появились первые звезды. Вскоре весь он был усеян мерцавшими серебряным светом алмазами вселенной. Мира никогда не уставала восхищаться этим зрелищем. Небо над пустыней было и оставалось вечной мистерией, как сама бесконечность. Для нее сейчас ночное звездное небо излучало силу, спокойствие и утешение. Она погрузилась в глубокую печаль и устало опустила глаза. Что вообще она потеряла здесь, в этом мире вдали от дома? Дом! Какое странное слово. Где она была дома? В своем мире? На земле Неблагого Дома? В этом храме? А может дом — это ее могила, где покоятся ее останки? Или же здесь, в пустыне?

Мира не знала. Как своеобразные спирали на песочных дюнах, ее мысли двигались без всякой цели и формы.

Ее отчаянный крик огласил дюны.

Розовые тона приближавшегося рассвета оживили прохладный чистый воздух. Наступил магический час рождения нового дня. Мирослава молча впитывала в себя волшебство этого мига. Это волшебство всегда будет рождать тоску в сердце. Глубокое умиротворение охватило ее. Ее душа смирилась. Не было ни вчера, ни завтра. Было только сегодня. Сейчас.

Как только солнце взошло Мира вернулась и влетела в окно….

Во сне она увидела брата. Он сидел, согнувшись, в яме под остатками старых стен и заинтересованно рассматривал осколки. Затем поднял голову и улыбнулся ей.

— Я нашел его, свой рай. Теперь я добрался до конца своего пути.

Она побежала к нему, но яма становилась все глубже. Покрывало из камней окутало ее, и она оказалась внутри какой-то горы. Посреди маленького помещения стоял каменный саркофаг, его крышка была сдвинута. Когда она склонилась над ним, то увидела в нем своего брата. На лице у него была золотая маска, и глаза его сверкали, как две звезды.

С криком она проснулась. Мэй тотчас вбежал в ее комнату и держал в руках меч. Амира испуганно посмотрела на оружие и прижала руку к своему дико бьющемуся сердцу.

— Я просто видела плохой сон.

Мэй молча засунул меч обратно в ножны, потом взял со столика бокал с водой и протянул ей.

— Пейте, вам станет лучше.

Амира жадно выпила весь бокал. Мэй почему-то не торопился уходить. Амира с ужасом почувствовала, что Миры — НЕТ! Она не проникала больше в ее сознание.

Широко раскрытыми глазами она смотрела на Мэйя.

Его глаза светились, вернее были такими яркими, пронизывающими, что стало жутко.

Он читает меня, — догадалась принцесса и вскочив с постели бросилась в купальню заперев дверь.

— Уходи Мэй! — крикнула она.

— Прошу прощения принцесса, — послышался его глухой голос за дверью и наступила тишина. Амира прислушалась, кажется он ушел.

МИРА!!!! — взвыла Амира не ощущая ее. — Мира, низшие тебя подери, где ты?!

А Мира стояла посреди гостиной словно окаменев. Ледяная рука легла на ее сердце: она очень медленно осознавала, что произошло, и все же не хотела в это верить.

Прямо перед ней возвышался Мэй.

Мира застыла, не зная, что делать.