Улей. Книга 2 (СИ) - Джиллиан Алекс - Страница 46

— Строишь из себя гостеприимную хозяйку? Не знал, что ты умеешь готовить, — появившись в дверном проеме, сходу заявляет Антон.

Душ не смыл с его лица следы усталости и совершенно точно не улучшил настроение. А жаль, я надеялась.

— Готовила не я, но могу, если понадобиться. Мы давно не виделись. Многое изменилось, — отзываюсь деланно спокойным тоном.

Антон проходит в кухню и усевшись на барный стул, складывает на столешнице руки, долго и с неприязнью осматривает меня с головы до ног.

— Ты действительно ждешь, что я буду радоваться нашей встрече? — выдержав мучительную паузу, обвиняющим тоном произносит брат.

Разговор явно не клеится. Он напряжен и воинственно настроен, а я понятия не имею, как его отогреть и заставить вспомнить, кем мы когда-то были друг для друга. Ясно одно — Улей разрушает все, к чему прикасается, превращая самых близких людей в злейших врагов. Я же не считаю Антона ни врагом, ни соперником. Мы оба — жертвы обстоятельств. Но как ему это втолковать, если у него совершенно иное отношение к происходящему?

— Антон, все не так, как ты думаешь, — примирительным тоном, произношу я. — Пожалуйста, давай поговорим спокойно, попробуем выяснить, почему с нами все это случилось. Ты злишься на меня за то, что попал в Улей, но приказы отдаю не я.

— Злюсь? — саркастично ухмыляется Антон. — Кая, это слабо сказано. Мне плевать, кто отдает приказы, и в какие игры играют ублюдочные боссы Корпорации. Моя прежняя жизнь стерта, отец мертв, я вынужден участвовать в смертельных онлайн-стримах для потехи избранной публики. И все это происходит из-за тебя.

— Я не просила, чтобы меня похищали, — с обидой отвечаю на несправедливую тираду брата.

— Если бы не ты, я бы тут не оказался, — упрямо парирует он, даже не взглянув на разогретый для него завтрак. Мне и самой сейчас кусок в горло не полезет.

— Я тоже прошла через ад. Ты даже не представляешь, что мне…

— Мне плевать, Кая. Мы тебя похоронили, — зло бросает Антон.

Я на мгновение теряю дар речи, не узнавая в безжалостном ожесточенном собеседнике собственного брата.

Сколько можно? Я же не железная, не каменная. Сначала мама… теперь Антон.

Что, черт возьми, с ним сделали?

— Не говори так…. Это жестоко, — грудную клетку сжимает тягостным напряжением. Мне обидно и больно. Я не заслужила такого отношения и отчаянно нуждаюсь в моральной поддержке. Мне больше не у кого ее просить. Я совсем одна… — Несправедливо во всем обвинять меня.

— Несправедливо? — Антон импульсивно бьет ладонями по столешнице. — Я искренне скорбел и оплакивал тебя, в отличие от отца. Я не понимал, почему он так спокоен. Ты всегда была его любимицей, а папа воспринял твою смерть, как …, — он прерывается, подбирая подходящее слово. — Данность, — и это определенно не то, что я рассчитывала услышать. — Словно предвидел, что так и будет. Меня поражало его равнодушие, и, разумеется, начал задавать вопросы, но отец упорно молчал, пока однажды я не очнулся на гребаном острове.

— О чем ты говоришь? — в моем голосе проскакивают ненавистные плаксивые нотки. Терпеть не могу ощущать себя жалкой и беспомощной, но сейчас у меня просто нет шансов чувствовать что-то еще.

— Ты совсем ничего не понимаешь? — в прищуренных глазах брата появляется удивленно-задумчивое выражение.

— Объясни мне, Антон, — измученным тоном умоляю я, тяжело опускаясь на противоположный барный стул.

— Наша семья была фарсом, Кая, — выдает брат, и я с ног до головы покрываюсь мурашками. В глубине души я предполагала нечто подобное, но боялась допустить эту ранящую в сердце мысль. — Отец много лет назад заключил договор с Уильямом Демори. — Антон делает паузу, чтобы я в полной мере осознала сокрушительный смысл его слов. Я убита и уничтожена. В это невозможно поверить, но какой ему смысл лгать? — В Улье Демори известен, как Кронос — глава Верховного Совета, управляющего крупнейшей засекреченной международной Корпорацией. Клянусь, я не знал, кто он такой, пока мы не встретились лично.

— Он — мой биологический отец, — сдавленно выдыхаю я, хватаясь за стакан с соком и залпом осушаю его.

— Ну, хоть что-то ты знаешь. В таком случае ты должна догадываться, что связывало наших отцов, — мрачно ухмыльнувшись, Антон наносит очередной меткий удар. — Папа рвался на мировую арену, и Уильям был единственным, кто мог ему обеспечить доступ.

— Не понимаю…, — обхватив себя руками, потерянно бормочу я. — Мне сказали, что мама сбежала от первого мужа, когда я была ребенком. Она скрывалась от прежней семьи, сменила внешность, избегала публичных мест. Папа нас защищал… Он был нашей опорой. Во всем. Ты же сам помнишь…

— Отец исполнял приказы Кроноса, — безжалостно бьет словами брат, лишая меня малейшей надежды. — Ты и твоя мать — долгосрочные инвестиции, но, я допускаю, что Анна ни о чем не подозревала.

— Я не верю, — отрицательно трясу головой, не замечаю текущим по щекам слез. — Не может быть. Папа любил ее. Он любил меня! — последнюю фразу выкрикиваю через боль и отрицание.

— Он любил роль отца и мужа, за которую ему хорошо платили, — с яростью отзывается Антон. — Кронос организовал ваш побег, и он же вернул вас обратно, — окончательно добивает брат.

— Зачем? — восклицаю я, нервно хватаясь за горло. Мне не хватает воздуха, перед глазами плывет, тело сотрясает нервная дрожь. Это истерика, которую я не в силах остановить.

— Откуда мне знать? Демори не делился с отцом своими мотивами, — с холодным безразличием отвечает Антон. — Возможно, он временно вывел вас из игры, чтобы использовать в подходящий момент. Этот человек абсолютно безумен, Кая. Чтобы понять его, нужно думать, как он. Ты его дочь. Может быть, у тебя получится? — брат насмешливо кривит губы, не скрывая своей неприязни ко мне.

— Он меня ненавидит, — наклонившись вперед, порывисто хватаю брата за руку. — Я видела его, говорила с ним. Он запер маму в тюремной камере на минус втором уровне, довел ее до полного безумия. А то, что Кронос сделал со мной….

— Не думал, что ты настолько глупа, сестренка, — грубо обрывает меня Антон. — Медея мертва, мой отец использован, обманут и убит, а ты и твой муж — следующие король и королева Улья. Меня будут держать здесь, как рычаг давления на тебя до тех пор, пока ты сама меня не убьешь. А это рано или поздно случится.

— Нет, никогда!!! — горячо возражаю я, смаргивая соленые слезы.

— Кая, очнись, — с неприязнью откинув мою руку, рявкает Антон. — Уильям Демори получил все, что хотел, а ты ему подыграла.

— Неправда. Его ждет суд! — вскочив со стула, яростно кричу я.

— Это муж тебе сказал? — скептически ухмыляется брат. — А Дэрил случайно не поведал тебе, что это он убил Виктора?

— Что за чушь! — похолодев, восклицаю я, в защитном жесте обхватывая руками дрожащие плечи.

— На сезонном стриме под маской Кроноса скрывался наш отец, Кая, — уверенным непреклонным тоном произносит Антон. — Его убедили, что это последнее испытание перед посвящением в правящий круг Корпорации. Папа согласился, потому что был уверен, что никакого риска нет. Действительно, что может угрожать организатору шоу? Однако результат тебе известен. Его убрали, как отработанный материал. Следующим буду я. Меня убьют… Не ты, так они — твой муж или Эйнар, после шоу занявший его должность.

Пошатнувшись, я хватаюсь за спинку стула, чтобы удержаться на резко отказавших ногах. В голове пролетают все диалоги с Дэрилом, касающиеся злополучного стрима. Он говорил, что под маской находился другой человек, но утверждал, что не узнал его, видел впервые. Ложь… снова ложь. Повсюду ложь. Никто вокруг не говорит правду. Каждый ведет свою игру без правил.

— Если я все равно умру, то какой смысл сражаться? — задумчиво продолжает Антон.

Обогнув барную стойку, он медленно приближается ко мне. Заметив в его руках блеснувший сталью десертный нож, я ошеломленно замираю. Смотрю в полные ненависти глаза брата и не верю…