Анонимные грешники (ЛП) - Скетчер Сомма - Страница 83

— Хмм. Значит, я твоя первая пленница?

— Ммм, — бормочет он, наблюдая за мной с мрачным весельем.

Я снова извиваюсь, на этот раз, скользя по всей длине его эрекции. То, как дергается его челюсть и на мгновение закрываются глаза, заставляет меня почувствовать, что у меня есть вся власть в мире. Его рука сильнее сжимает мое бедро, и он издает тихое шипение.

— Я не думаю, что ты должен быть таким нежным со своей пленницей.

Он зажимает язык зубами.

— Нет?

Я откусываю ещё кусочек.

— Нет, — бормочу я сквозь жевание. — Не думаю.

Он наблюдает, как я доедаю ломтик, и скармливает мне другой в тишине. Когда я закончила, его глаза прошлись по всему моему телу, его челюсть задумчиво дергается.

— Знаешь, я думаю, ты права.

— По поводу чего?

— По поводу того, что я слишком мягок, — он хватает меня за пояс спортивных штанов и приподнимает. Коробка с пиццей опрокидывается на пол, когда он перекидывает меня через плечо и выбегает из гостиной.

— Что ты делаешь?! — визжу я, игриво колотя кулаками по его спине.

— Приковываю тебя к своей кровати, — рычит он, сильно шлепая меня по заднице. — Это кажется более уместным, не так ли?

Меня охватывает белая горячка словно в бреду. Угроза позже теперь звучит, как мрачное обещание, и я почти чувствую ее вкус. Он врывается в комнату на верхнем этаже и швыряет меня на кровать. Быстрый взгляд на чемодан в углу комнаты — все, что я успеваю рассмотреть, прежде чем Анджело поглощает меня, прижимая к кровати своим весом.

Звериное рычание в его груди вибрирует напротив моей, заставляя мои соски напрячься.

— Ты выглядишь так сексуально в моей одежде, что это выводит меня из себя, — в отчаянии рявкает он, дергая толстовку. — Может быть, я не буду покупать тебе новый гардероб, я просто заставлю тебя все время носить мои вещи.

Я смеюсь в изгиб его плеча, но смех перерастает в стон, когда он раздвигает мои бедра и сильно шлёпает по моему клитору.

— Я собираюсь трахнуть тебя так сильно, что ты неделю не сможешь ходить прямо.

Мои мышцы напрягаются. Я удивлена тем, насколько он уже настроен на меня, из-за этого он тоже останавливается. Приподнимается на руках и пронзает меня обжигающим взглядом.

— Что? — рявкает он. Мой рот открывается и снова закрывается. Выражение его лица становится жестче. — Скажи это.

Нервы трепещут у меня под кожей, я понимаю, что пришло время рассказать Анджело о моем последнем грехе.

У меня пересохло во рту, но я все равно сглатываю.

— Я, эм. Я делала это только один раз.

Он хмурится и дергает меня за пояс.

— Как же.

Я прикасаюсь ладонью к его груди, и он неохотно останавливается и раздраженно поднимает голову.

— Я говорю серьезно, Анджело. У меня не было секса с теми парнями… это всего лишь слух.

Он садится и пристально смотрит на меня. Что-то в выражении моего лица ему не нравится. Я знаю это по тому, что его взгляд смягчается, и он тянется за подушкой, чтобы подпереть мою голову.

— Расскажи мне.

— Я должна была готовиться к выпускному авиационному экзамену в Академии Побережья Дьявола. Это было после уроков, раз в неделю. Я боялась каждого занятия, которые у меня были, потому что там было всего пятеро парней, но все они были редкостными придурками.

Даже спустя столько времени гнев разогревает мою кровь на несколько градусов при одной мысли о них. Господи, именно из-за них начались все мои грехи.

— Они всегда шлепали меня по заднице или пытались сфотографировать меня под юбкой.

Анджело горько шипит, его грудь напрягается под моей рукой.

— В классе перед экзаменом что-то изменилось. Как будто происходил какой-то большой розыгрыш, но я о нем не знала. Итак, как только профессор ушел, я тоже попыталась уйти, но один из парней запер дверь, — я перевожу взгляд на потолок, чувствуя себя неуютно из-за медленно разгорающейся ярости, которая начинает просачиваться из пор Анджело. Но я уже начала, и мне нужно сбросить это с плеч. Это единственное, чего он обо мне не знает, и я хочу, чтобы у него была вся картина целиком. — Это был главарь, Спенсер. Он и его команда были подобны школьным богам, ничего из того, что они делали, не могло быть расценено, как что-то плохое. Он сообщил мне, что они посоветовались, и все они хотят знать, как выглядит обнаженная девушка из Дьявольской Ямы… — я замолкаю, намек повисает в воздухе. Но все же этого недостаточно, я должна это сказать. — Они пытались изнасиловать меня, — объявляю я настолько ровным голосом, насколько могу. — Они пытались прижать меня к столу и изнасиловать.

Тишина становится невыносимой. Я украдкой бросаю взгляд на Анджело, и безразличное выражение его лица пугает меня. Я вздрагиваю, когда он внезапно вскакивает на ноги и хватает свой мобильный и ключи от машины с прикроватного столика.

Я резко выпрямляюсь.

— Куда ты идешь?

— Назови. Мне. Их. Имена.

— Анджело…

— Имена, Рори, — его голос грубый и сдавленный, как будто он пытается, безуспешно, подавить свою ярость. — И адреса. Сейчас же.

Став на колени, я дергаю его сзади за пиджак, и он замирает, напряженный от моего прикосновения.

— Пожалуйста, — умоляю я.

Он делает паузу, затем опускается на корточки рядом со мной и хватает меня за затылок.

— Я убил каждого мужчину на этом Побережье, который прикасался к тебе неподобающим образом. От Макса до моего родного гребаного дяди. Эти мудаки следующие, и если кто-нибудь, кроме меня, с этого момента хоть пальцем тебя тронет, они тоже будут убиты.

Дрожь пробегает у меня по спине, наполненная в равной степени страхом и возбуждением. Но от мысли, что он снова оставит меня здесь, у меня сводит живот.

— Завтра, — шепчу я, проводя рукой по его твердой груди. Это безумие, что я до сих пор не увидела голым. — Сегодня вечером я просто хочу провести время с тобой. Пожалуйста.

Он смягчается, и я знаю, что он у меня в руках. Одним быстрым движением он сажает меня к себе на колени и сжимает мою челюсть.

— Но завтра, это будет моим первым делом. И напиши мне список прямо сейчас.

— Спасибо, — шепчу я, утыкаясь носом в изгиб его шеи. — Если тебе от этого станет легче…

— Ничто из того, что ты скажешь, не заставит меня чувствовать себя лучше по этому поводу, Рори.

— Ну… Я откусила ухо одному парню, — он замирает. — Поэтому, его должно быть довольно легко найти.

Проходит несколько секунд, затем над моей макушкой раздается мрачный смешок.

— Да?

— Угу. А другому я так сильно надавила большими пальцами на глаза, что теперь он видит только одним.

Его сильная, теплая рука гладит меня по спине.

— Ну и каковы были ощущения?

Я улыбаюсь ему в шею.

— Воодушевленно.

Он отстраняется от меня и смотрит на меня сверху вниз. Только сейчас я понимаю, что мои слова никак не успокоили его пыл, несмотря на его смешок.

— Ты сказала, что уже однажды трахалась. Я хочу знать его имя тоже.

Качая головой, я говорю: — Нет. Он ни к чему не имеет отношения. Он был хорошим парнем, просто каким-то школьником.

У Анджело сводит челюсть.

— Мне не нравится такой ответ. Ты любила его?

— Нет! По правде говоря, после того инцидента я просто хотела поскорее покончить с этим делом. Мне была ненавистна мысль о том, что у меня есть что-то, чего хотят мужчины, и что они могут так легко отнять это у меня.

— Как думал Альберто.

— Именно.

Его ноздри раздуваются, но он коротко кивает мне.

— Сегодня секса не будет, — внезапно объявляет он.

— Что…?

Он встает и исчезает в шкафу. Разочарование колотится у меня в груди, но когда он возвращается с большой сумкой, мое любопытство возбуждается.

— У меня есть кое-что получше секса.

— Сомневаюсь в этом, — бормочу я.

Смеясь, он наклоняет сумку, и гора конфет высыпается на кровать.

Я в замешательстве пропускаю их сквозь пальцы, подбирая разные батончики и конфеты. Я не узнаю ни одну.