Черный Гиппократ - Петров Алексей Николаевич - Страница 34

Здесь Нестерова озарило, он чуть не подпрыгнул у себя на койке.

«Вот! Следователь!.. Лучшего консультанта, а может, и союзника, не придумать!..»

В палату медвежьей походкой ввалилась санитарка. Эту бедную женщину мучила одышка. Санитарка уперлась необъятным животом в спину койки Нестерова. Койка задрожала и жалобно скрипнула.

Санитарка протянула Нестерову баночку:

— Писай, родимый!..

Нестеров усмехнулся, сел в постели, свесил ноги на пол:

— Спасибо! Вы так добры!..

Он взял банку и вышел из палаты. Санитарка-медведица тяжело дышала ему в спину…

Артур серьезно переживал ссору с Викой. И во всем винил себя. Досадовал на свой язык. Дернуло же его невовремя ляпнуть про Анжелку!..

Анжелка, конечно, видная девица. Но разве с Викой ее сравнишь? Вика… она же голубка, в ней же чувства настоящие! Она же живая — Вика!

А Анжелка — кукла разрисованная. С витрины. Не настоящая какая-то. Как, впрочем, и имя ее… Как ананас на отечественной яблоне! Стоило ли к ней ревновать? Стоило ли даже думать об этом?

Ах, Вика, Вика!..

Наверное, уж сотню раз Артур подходил к телефонам-автоматам и снимал трубку. И рука его тянулась к диску… но замирала всего в сантиметре от него.

Как глупо все вышло!.. Ведь Вика его любит, и он любит Вику. И хочет ее видеть и слышать. Он только и думает о том. Но отчего-то не решается позвонить. Он, взрослый умный парень, за которым девушки, наподобие Анжелки, готовы ходить стаями, — не решается позвонить Вике. Почему?..

Потому, что боится совсем потерять ее. Если он позвонит, — не уронит ли тем самым свое мужское достоинство? Не покажется ли любимой девушке тряпкой о которую можно ноги вытирать?..

Подумав так, Артур всякий раз отдергивал руку от телефонного диска. И с грустным видом бродил по улицам.

У него было два выхода. Обратиться к какому-нибудь посреднику — чтобы тот помирил его с Викой. Или — выход второй — встретить ее «случайно» где-нибудь на улице; может, в одном из тех мест, где они проводили время вместе…

Идею с посредником Артур по некотором размышлении отмел. Не детсадовский он мальчик, чтобы в делах сердечных прибегать к посредникам. Унизительно это как-то. Не солидно!.. Та же Вика посмеется над ним, и над посредником. Анжелка не посмеялась бы, уцепилась бы коготками, а Вика посмеется…

Оставался второй вариант.

И Артур ходил вблизи дома Вики. Или стоял в каком-нибудь подъезде, ожидая, не пойдет ли Вика в магазин, или в аптеку, или еще куда… Вчера в сумерках два часа простоял на лестничной площадке дома напротив — что через канал, — постоял у запыленного большого арочного окна. И смотрел на окно комнаты, где жила Вика. Но Вика не показывалась в окне. А когда там включили свет, сразу задвинули плотно шторы. Артур даже не увидел — кто. Ему правда чудился несколько раз знакомый любимый силуэт в окне кухни, но, скорее всего, только чудился. Как это бывает: видишь то, что хочешь увидеть, а на самом деле этого там нет. Возможно, не Вика там была, за окном, а какая-нибудь тень. Слишком призрачен, слишком неподвижен был этот силуэт. Юная девушка, полная сил и энергии, полная чувств, просидит ли в неподвижности два часа у окна?.. Нет, вряд ли это была Вика.

А сегодня Артур прохаживался по улице всего в квартале от дома Вики. Ближе, а тем более к самому дому, он подходить опасался — слишком явно бы все выглядело, что он ищет встреч. Как бы навязывается…

Моросил дождик. Уже был ноябрь.

Артур — с поднятым воротником, с раскрытым зонтиком — проходил мимо какого-то сквера — пустынного, унылого, сумрачного — когда вдруг увидел впереди… Анжелу.

Артур, сделав вид, что не заметил ее, повернул в сквер и медленной походкой стал удаляться от улицы. Медленной — потому что не мог он сейчас припустить; сразу бы стало ясно Анжелке, что он избегает ее. А обижать Анжелку Артур не хотел.

Она окликнула его:

— Артур!.. Эй!..

Пришлось остановиться, оглянуться:

— Это ты? — он был искренне удивлен.

Анжелка цвела, как майская роза:

— Можно подумать, что ты избегаешь меня.

— Избегаю? Почему? Просто не ожидал увидеть тебя здесь. Ты живешь далеко отсюда.

Анжелка махнула рукой в неопределенном направлении:

— Тут неподалеку моя подруга живет.

— Какая подруга? — внутренне вздрогнул Артур.

— А, нет! Не Виктория! — рассмеялась серебристо Анжелка, она вообще была девочка — ничего. — Кажется, Вика тоже где-то здесь… Ты, может, ее ждешь?

— Нет, — чуть смутился Артур.

— Поругались, что ли?

Артур оставил этот вопрос без ответа:

— Что за подруга-то?

Анжелка посмотрела на него с хитрой улыбкой:

— Вот если бы пришел на день рождения вовремя, я бы тебя с ней познакомила. А так… вы не совместились во времени… Она скрипачка между прочим.

— Скрипачка? Это хорошо, — заметил задумчиво Артур.

— Так ты не ждешь никого в этом сквере? — допытывалась Анжелка.

— Нет.

— А что тут делаешь? Викторию сторожишь?

— Нет. Просто гуляю.

Анжелка удивилась:

— В такую погоду? В таком месте?

— В каком месте?

— Уныло здесь как-то, некрасиво, — девушка зябко повела плечами; потом предложила: — Ну если тебе делать нечего, если ты просто гуляешь, проводи меня до подруги… Пообщаемся. Хочешь — посплетничаем. Страсть как люблю кого-нибудь обсудить.

— Нехорошо обсуждать отсутствующих, — слегка укорил Артур.

— Да? — шутливо удивилась Анжелка, словно впервые это слышала. — Ну хорошо! Давай поговорим о присутствующих. Обо мне, о тебе. Можно о нас с тобой…

Анжелка была сметливая девочка и могла иной раз поставить ситуацию на службу себе.

Но Артур был настороже:

— О нас с тобой? Недолгий получится разговор…

Анжелка фыркнула как будто. Ее, наверняка, завел такой ответ. Но она продолжала улыбаться.

Они медленно двинулись вдоль улицы.

— Ой! — вдруг вскрикнула Анжелка и остановилась, принялась хлопать ресницами.

Артур посмотрел на девушку вопросительно:

— Что-то не так?

Анжелка все хлопала ресницами:

— Кажется, соринка в глаз попала…

Артур заподозрил подвох. Он знал, что от Анжелки только и жди какой-нибудь хитрости. Он сказал:

— Не должно быть соринки. Ветра то нет.

— Все равно, соринка, — настаивала Анжела и тихонько оттянула вниз правое нижнее веко. — Посмотри. Есть?

Артур, склонившись, заглянул ей в глаз:

— Ничего не видно. Темновато — осень…

Эта ситуация отчего-то была знакома Артуру. Кажется, он видел нечто подобное в одном индийском фильме. Но подробностей не помнил.

У Анжелки из правого глаза выкатилась слеза:

— Ой! Кажется сейчас тушь поплывет, — испугалась Анжелка. — У тебя есть платок? Я свой дома оставила…

— Есть… — Артур замялся. — Но…

— Что? Не первой свежести?

Артур кивнул:

— Можно выразиться и так.

Она опять оттянула веко и повернула лицо к Артуру, чтобы он еще поискал соринку. Он склонился и опять поискал, но не увидел соринки. Да и он вообще не верил, что соринка там была. Артура удивляло только, как это Анжелка умеет ронять слезу лишь правым глазом.

Анжелка все оттягивала веко:

— Жаль, что нет стерильного платка.

— Стерильного — нет, — согласился Артур.

— Но есть еще один способ, — припомнила девушка. — Когда я была маленькая, мама всегда так делала.

— Как?

— Она извлекала мне соринки языком…

— Извини, не смогу, — отказался Артур. — У меня нет такого опыта… Лучше давай еще раз посмотрю…

Парень опять склонился над Анжелкой, повернул ее за щеки к свету. А она в это время держала зонтик. Теперь Артур сам оттягивал Анжелке нижнее веко и заглядывал в глаз.

— Поморгай, — велел он.

Она поморгала:

— Ой, кажется, все прошло…

Артур вздохнул облегченно.

А Анжелка ухватила его под руку:

— Значит, ты меня проводишь?

— Хорошо…

— Тогда держи свой зонтик!