Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1027

— Теперь у вас гейдельбергский дуэльный шрам — как у моего дедушки. Не чудесно ли?

Рыжая смотрела жадно и радостно, предвкушая жестокую забаву.

— Видите, какое острое лезвие? — осведомился Фальконер. — Но это не для вас — для нее.

Он подошел к девушке и встал над нею, играя ножом.

— Если он не будет отвечать на мои вопросы быстро и подробно, я начну резать тебя. Причем весьма болезненно.

— Он не скажет, — ответила Констанс тихо и спокойно.

— Когда начнем кормить рыб твоим мясом — скажет.

Она взглянула на немца, и Эстерхази поразился: в ее глазах не виделось ни капли страха. Жуткое существо!

Фальконер попросту хохотнул в ответ и снова обратился к Пендергасту:

— Ваши любопытные розыски, о которых мы узнали лишь недавно, оказались для нас весьма информативными. К примеру, мы узнали, что Хелен жива, а не умерла много лет назад.

У Эстерхази застыла в жилах кровь.

— Верно, Джадсон?

— Это неправда, — выговорил тот вяло.

Фальконер махнул рукой — мол, какие пустяки!

— Так или иначе, вот наш первый вопрос: что вы знаете о нашей организации и как вы узнали о ней?

Но Пендергаст не ответил. Его странные серебристые глаза уставились на Эстерхази, и в них отчетливо читалось сочувствие.

— Ты же понимаешь, кто следующий, — произнес агент.

Фальконер подошел к Констанс, схватил за руку. Вынул нож и медленно, с удовольствием взрезал большой палец. Девушка подавила крик, лишь мотнула резко головой.

— В следующий раз обращайтесь ко мне и отвечайте на вопрос, — предупредил немец Пендергаста.

— Не отвечай! — выдохнула Констанс, даже не взглянув на мучителя. — Ничего не говори! Они все равно убьют нас обоих!

— Неверно, — поправил ее Фальконер. — Если он заговорит, мы высадим тебя на берег — живой. Свою жизнь он уже не спасет, но может спасти твою. Отвечайте на вопрос! — приказал он Пендергасту.

Специальный агент заговорил. Рассказал вкратце о найденных в ружье жены холостых патронах и о том, как понял, что двенадцать лет назад в Африке Хелен погибла не случайно. Говорил он медленно, отчетливо, совершенно ровным, спокойным голосом.

— И оттого вы отправились в Африку и обнаружили наш маленький заговор, — подытожил Фальконер.

— Ваш заговор? — повторил Пендергаст задумчиво.

— Зачем ты рассказываешь ему? — спросила вдруг Констанс. — Думаешь, он выпустит меня живой? Конечно же нет! Алоизий, замолчи! Мы оба уже мертвецы.

Ее лицо светилось яростью. Фальконер схватил ее руку, вынул нож и снова медленно взрезал, куда глубже, чем в первый раз. Девушка скривилась, вздрогнула от боли, но не закричала.

Краем глаза Эстерхази заметил: Шульц и Циммерман сунули оружие в кобуру и наслаждаются зрелищем.

— Не делайте этого, — предупредил Эстерхази. — Будете так поступать, он замолчит.

— Черт побери, я лучше вас знаю, что делать! Я занимаюсь этим много лет.

— Вы не знаете его.

Фальконер задумался. Поднял окровавленный нож, покачал перед лицом агента, провел лезвием по его губам, вытирая кровь.

— В следующий раз она лишится большого пальца, — предупредил немец и ухмыльнулся. — Любите ее? Наверное, любите. Она молода, крепка духом, прекрасна, — как не любить?

Он выпрямился, зашагал лениво по палубе.

— Пендергаст, я жду. Продолжайте!

Но тот не заговорил, лишь пристально посмотрел на Эстерхази.

Фальконер приостановился, склонил голову, глядя лукаво. Затем произнес с сожалением:

— Как хотите. Я всегда исполняю обещанное. Шульц, держи ее руку.

Шульц схватил девушку за руку, Фальконер взмахнул ножом. Эстерхази понял: он и в самом деле сейчас отрежет палец. А когда отрежет, обратного пути уже не будет ни для него, ни для Пендергаста.

Глава 76

— Постойте-ка! — вмешался Эстерхази.

— Что такое? — недовольно спросил Фальконер.

Эстерхази шагнул к нему и быстро зашептал на ухо:

— Я кое-что не сказал вам, очень важное. Вам обязательно следует это знать.

— Черт побери, я только начал дело как следует!

— Пойдемте к борту. Они не должны слышать. Говорю вам, это информация первостепенной, жизненной важности!

— Лучше ей такой и оказаться! Прервать мою работу…

Садистская улыбка на лице немца сменилась злобной гримасой.

Эстерхази подвел его к перилам по левому борту, прошел еще пару шагов к юту. Проверил, не увидят ли сверху. Надстройка заслоняла их и от глаз тех, кто остался с Пендергастом и Констанс.

— В чем дело? Объясни! — потребовал Фальконер свирепо.

Эстерхази наклонился к нему как бы для того, чтобы прошептать на ухо, положил руку ему на плечо — и вынул пистолет из кармана.

Пуля пробила Фальконеру череп. С другой стороны брызнул фонтан крови, обрывков мозга и обломков кости. Из входного отверстия хлестнуло прямо в лицо Эстерхази.

Глядя с недоумением, немец упал на руки бывшего союзника. Тот схватил его за плечи и, приподняв резким движением, перекинул труп через поручни.

На звук выстрела кинулся Циммерман. Выскочил из-за угла — и получил кусок свинца между глаз.

— Шульц! — завопил Эстерхази. — На помощь!

Спустя мгновение из-за угла показался Шульц с пистолетом в руке — и тоже схватил пулю.

Эстерхази попятился, бормоча и отплевываясь, вытирая лицо платком. Вернулся к оставшимся на палубе. Герта смотрела на него, окаменев от ужаса.

— Подойди сюда! — приказал он. — Медленно и без глупостей, или пристрелю!

Она повиновалась и подошла к каюте. Эстерхази схватил ее и той же лентой, какой связывал Пендергаста, скрутил щиколотки, кисти и заклеил рот. Оставил в проходе сбоку, где ее не было видно из рубки, затем пошел на ют. Там Хаммар медленно приходил в себя, стонал и невнятно бормотал. Эстерхази надежно связал и его. Потом быстро обошел верхние палубы, нашел и связал раненого Эберштарка.

После этого вернулся к привязанным Пендергасту и Констанс.

Он посмотрел на них внимательно и понял: оба видели то, что он сделал. Констанс молчала. Кровь текла из ее порезанного пальца. Эстерхази подошел, опустился на колени, изучил рану. Покопался в кармане, извлек чистый платок и сделал перевязку.

Затем встал. Серебристые глаза Пендергаста глядели на него с едва заметным, но отчетливым удивлением.

— Ты однажды спросил меня, как я мог убить свою сестру, — сказал Эстерхази. — Я ответил правду. И снова повторю ее. Я не убивал. Хелен жива.

Глава 77

Лицо Пендергаста приняло странное, доселе невиданное выражение. Но он ничего не сказал.

— Думаешь, только я твой враг? Только со мной ты борешься? — зачастил Эстерхази. — Ошибаешься! Это не только я, не только яхта и ее команда. Ты не имеешь ни малейшего понятия, с чем связался!

Пендергаст по-прежнему молчал.

— Послушай, Фальконер собирался убить и меня. Убив тебя, он немедленно приступил бы ко мне. Я это понял сегодня, на борту яхты.

— И потому убили его, чтобы спастись, — заметила Констанс. — И вы считаете, что этого хватит для нашего доверия?

Эстерхази притворился, что не расслышал, — впрочем, не слишком удачно.

— Черт побери, Алоизий, послушай: Хелен жива, и я нужен, чтобы привести тебя к ней! У нас нет времени стоять и болтать. Позднее я все объясню. Ты будешь помогать мне или нет?

Констанс холодно рассмеялась.

Эстерхази долго смотрел в ледяные, непроницаемые глаза агента. Глубоко вдохнул и сказал:

— Думаю, стоит рискнуть. Быть может, в твоей странной голове зародилось нечто побудившее тебя поверить мне хотя бы в одном этом.

Вынув нож, он склонился, чтобы разрезать путы, но застыл в нерешительности.

— Знаешь, Алоизий, — произнес он тихо, — я стал тем, кем был предназначен стать с рождения. Для этого я и был рожден, и это от меня не зависит. Если бы ты только знал, через какие ужасы пришлось пройти нам с Хелен, ты бы понял.

Он разрезал линь, привязывавший агента к пиллерсу, рассек липкую ленту.