Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 1081

Пендергаст, одетый в дорогой черный костюм, резко выделялся на их фоне. Он захлопнул дверцу своего «силвер-рейта», сунул руки в карманы и прошелся по Мезерол-стрит. Был полдень, яркое, но холодное солнце заливало светом тротуары. Несколькими кварталами дальше стояла громадина старого пивоваренного завода, раскинувшаяся на целый акр. На высокой квадратной трубе хмелесушилки еще сохранилась надпись «Ван Дам» и рядом с ней год постройки: 1858.

Пивоварня. Тристрам, сам того не зная, описал ее в точности: длинный подземный тоннель, где хранились бочки, огромная печь из обожженного кирпича, в которой сушили хмель. Несомненно, его держали здесь, и здесь же скрывался Альбан со своими воспитателями-нацистами, сделавшими это здание базой для подготовки будущих операций — что бы там они ни планировали.

Пендергаст подошел ближе, чтобы лучше рассмотреть здание. Даже в этом глухом углу Бруклина такое здание должно было стоить больших денег, и, соответственно, все окна в нем были закрыты листовой жестью и заколочены досками. Старинные металлические двустворчатые ворота заперты на замок, а дверь для пешего прохода в одной из створок еще и заварена двумя прутками арматуры.

Пендергаст прошел дальше, присматриваясь к небольшим дверям, расположенным вдоль кирпичного осыпающегося фасада. Все они оказались более или менее надежно закрытыми. Он остановился возле одной из них, исследуя покрытый льдом замок, и вдруг услышал за спиной голос:

— Не найдется немного монет, приятель?

Агент обернулся и увидел худого, высокого как жердь молодого человека, наверняка наркомана, уставившегося на него пустыми, голодными глазами.

— Найдется.

Пендергаст пошарил в кармане и достал двадцатидолларовую банкноту. Безжизненные глаза наркомана засверкали, и он протянул дрожащую руку.

— Я хочу пробраться в это здание, — сказал Пендергаст, отдергивая купюру в сторону. — Подскажешь как?

Парень раскрыл рот от удивления:

— Ты вор?

— Страховой оценщик.

Наркоман попытался что-то сообразить.

— Насколько я знаю, здесь нельзя пройти.

— Хорошо, но если бы тебе очень нужно было там оказаться, что бы ты сделал?

Начался еще один мучительный мыслительный процесс.

— Я бы зашел сзади — там, где железнодорожные пути, и перелез через забор.

Пендергаст снова протянул парню банкноту, тот схватил ее и заковылял прочь.

— Смотри не попадись, — бросил он через плечо.

Агент дошел до угла дома, повернул и увидел перед собой заброшенный железнодорожный сортировочный узел, заставленный ржавыми контейнерами и старым оборудованием и окруженный забором из металлической сетки.

Одним движением, напоминающим полет летучей мыши, Пендергаст преодолел забор и приземлился по ту сторону. Он постоял немного, поправляя костюм, а затем направился к задней стене пивоварни вдоль рельсов, исчезающих под очередными воротами. Разросшиеся по всей площадке сорняки кое-где были примяты или сломаны, словно здесь недавно проходили люди. Присмотревшись, Пендергаст различил на земле отпечатки чьих-то ног.

Следы неизвестного пересекали площадку и вели к маленькой двери того же кирпичного здания. При ближайшем осмотре она оказалась такой же старой и массивной, как и другие, но не заваренной, с недавно смазанными петлями и новым латунным замком незнакомой модели.

Чтобы открыть его, потребовался весь набор инструментов и навыки взломщика. К тому же, увы, не обошлось без ненужного шума, потому что несколько штифтов пришлось попросту сломать.

Наконец замок сдался, но Пендергаст не спешил заходить. Он выждал почти десять минут, держа наготове «лес-баер» сорок пятого калибра. Затем, укрывшись за стеной, легонько пнул дверь ногой. Она открылась плавно и бесшумно, лишь в последний момент слегка скрипнув.

А дальше вновь стало тихо.

Прошло еще пять минут. Пендергаст нырнул внутрь, прокатился по полу и укрылся за выступом стены.

По-прежнему тихо. Никто не закричал, не зажег свет.

Пендергаст опять помедлил, дал глазам привыкнуть к темноте. Большое помещение, в котором он оказался, скудно освещалось редкими солнечными лучами, пробивающимися через дыры в потолке. Пятна света медленно перемещались. В воздухе едва уловимо присутствовал какой-то сладковатый запах.

Очевидно, здесь находился склад готовой продукции. Рельсы вели к погрузочным платформам с покосившимися подъемными кранами по краям. Там, где колея заканчивалась, стоял, накренившись набок, старенький вагон со ржавой дырявой крышей. До него было примерно тридцать футов.

Внезапным рывком Пендергаст преодолел открытое пространство и спрятался за вагоном. С этой удобной позиции ему хорошо была видна и дверь, через которую он зашел, и дальняя стена помещения. Там тоже находилась высокая арочная дверь. Обломки металлических конструкций валялись на пыльном цементном полу с четкими следами проходившего здесь человека.

Прокравшись вдоль вагона, Пендергаст быстро перебежал к столбу, поддерживающему крышу склада, потом перебрался к следующему и наконец добежал до двери. Она оказалась не запертой.

Агент достал из кармана маленький светодиодный фонарь, прижал его к пистолету так, чтобы их можно было удерживать одной рукой, затем развернулся и проскочил за дверь.

Там оказалась вовсе не комната, а длинный холодный тоннель, который, видимо, использовали раньше для хранения пива. Об этом говорили несколько рядов гнилых бочек и множество пивных бутылок из дутого стекла.

Пендергаст слегка растерялся. Они должны были поджидать его, должны были предполагать, что он приедет. Но пока агент не находил никаких признаков их присутствия.

В несколько секунд он домчался до другой сводчатой двери в дальнем конце тоннеля. За ней виднелось еще одно большое помещение со сверкающими на полу солнечными зайчиками. В одном из углов стояла большая кирпичная печь.

Фонарик высветил цепочку следов, тянущуюся через весь цех к массивной кованой заслонке печи, сейчас приоткрытой. Возле нее следов было особенно много. Под самым потолком вдоль стены располагались металлические мостки.

Переползая от одного укрытия к другому, Пендергаст выбрал точку, с которой мостки просматривались лучше всего. Глаза уже привыкли к темноте, и он мог с уверенностью сказать, что наверху никого нет.

Агент продолжил движение вдоль стены. Он добрался до заслонки печи, поднял пистолет, а другой рукой потянул дверь на себя, прикрываясь ею, словно щитом, от возможных выстрелов.

Но ничего не произошло, только громко скрипнуло ржавое железо. Осветив фонариком внутренность печи, Пендергаст убедился, что и здесь никого нет.

Стены были измазаны сажей, а на полу валялся мусор. В углу стояло ведро. Возле стены лежали наручники, на оплавленном кирпичном полу виднелись пятна крови. Грязное скомканное одеяло валялось в противоположном углу. А чуть в стороне от него — окровавленные бинты. Несомненно, именно здесь и держали Тристрама.

Пендергаст внимательно осмотрел кучу мусора, время от времени помещая какую-нибудь находку в пробирку или пластиковый пакетик. Но ничего действительно интересного не обнаружил.

Выбравшись из печи, он принялся обследовать все помещение. В одной из ниш стены, судя по всему, находилось жилище Альбана: раскладушка, пустой чемодан, чистое ведро. Пендергаст осмотрел каждый уголок, но все было тщательно вымыто.

Они знали, что он появится здесь, и покинули убежище.

В другой нише стоял сколоченный из многослойной фанеры стол с электроплиткой, дешевой десятидолларовой кофеваркой и кружкой. Посветив фонариком вниз, Пендергаст заметил среди грязи и пыли еще одну цепочку следов и отправился по ней, надеясь обнаружить другие помещения или площадки, которыми пользовались преступники. Поиски не принесли результата, и тогда Пендергаст приставил шаткую металлическую лестницу к стене и взобрался на мостки. Но и там ничего не нашел.

Тогда он еще раз обыскал нишу Альбана. Осмотрел стол. Сырая отслаивающаяся поверхность была испачкана пятнами кофе и кругами от кружки. Перемещая луч фонаря, Пендергаст стал рассматривать ее под разными углами освещения. С четвертой попытки он различил какие-то полустертые надписи, процарапанные на мягкой фанере. Одна из них была написана с нажимом и обведена дважды. Положив фонарик на стол, Пендергаст достал из кармана карандаш и лист бумаги, положил листок поверх надписи и принялся легонько тереть по нему тупым концом карандаша. Постепенно стали проявляться фрагменты надписи. Пендергаст быстро переписал ее на другой лист, оставляя пустые места там, где букву трудно было разобрать. Он пытался тереть в разных направлениях, и каждый раз добавлялись новые детали. В конце концов он получил пять букв из восьми: