Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 566

— Немецкий, к сожалению, не входит в число моих языков. Мне бы хотелось прочесть «Фауста» Гете в оригинале.

— Удивительное произведение, сильное и поэтичное.

Краснер уселся на деревянную табуретку так, чтобы Пендергаст его не видел.

— При работе с клиентами вы пользуетесь методами свободной ассоциации? — сухо спросил его Пендергаст.

— О нет! Мы разработали собственную методику. Она очень прямолинейная — никаких трюков, и сны мы не разгадываем. Единственное, что мы позаимствовали у Фрейда, это убранство кабинета.

Он снова рассмеялся.

Глинн невольно улыбнулся. В четвертом методе трюке были, но, конечно же, клиент не должен их замечать. Метод этот и в самом деле казался на редкость простым, но только на поверхности. Можно было обдурить самых умных людей, но очень тонко и осторожно.

— Я собираюсь помочь вам с помощью простых визуальных технологий и некоторых вопросов. Все просто, и без всякого гипноза. Надо лишь, чтобы вы были спокойны, сосредоточенны и отвечали на вопросы. Согласны, Алоиз? Можно я буду называть вас по имени?

— Можете, я к вашим услугам, доктор Краснер. Боюсь, правда, что не смогу дать нужную вам информацию, так как я и сам не верю, что она существует.

— Пусть это вас не волнует. Просто расслабьтесь, выполняйте мои указания и отвечайте на вопросы так полно, как сможете.

«Расслабьтесь». Глинн знал, что Пендергаст вряд ли будет способен на это, стоит лишь Краснеру приступить к допросу.

— Замечательно. Теперь я гашу свет и прошу вас закрыть глаза.

— Как хотите.

Свет погас, осталось лишь слабое рассеянное сияние.

— Сейчас мы проведем три минуты в молчании, — сказал Краснер.

Минуты ползли очень медленно.

— Теперь начнем, — сказал Краснер тихим, бархатным голосом.

После еще одной долгой паузы он продолжил.

— Медленно вдохните. Задержите дыхание. Теперь выдыхайте еще медленнее. Еще раз. Вдохните, задержите дыхание, выдохните. Расслабьтесь. Очень хорошо. Теперь представьте, что вы находитесь в самом любимом вашем месте в любой части света. Место, где вы чувствуете себя как дома, очень свободно. Даю вам минуту на то, чтобы вы туда перенеслись. Оглянитесь по сторонам. Вдохните воздух, ощутите запахи, звуки. Теперь скажите мне: что вы видите?

Минутная пауза. Глинн приник к монитору.

— Я на большой зеленой поляне возле старой березовой рощи. В дальнем конце лужайки стоит беседка. На западе сад и мельница возле ручья. Лужайка поднимается к каменному дому, окруженному вязами.

— Что это за место?

— Рейвенскрай. Усадьба двоюродной бабушки Корнелии.

— Какой это год и сезон?

— 1972 год, 15 августа.

— Сколько вам лет?

— Двенадцать.

— Вдохните воздух. Какой запах вы ощущаете?

— Запах свежескошенной травы и садовых пионов.

— А звуки?

— Крик козодоя. Шелест березовых листьев. Отдаленное журчание воды.

— Хорошо. Очень хорошо. Теперь я хочу, чтобы вы поднялись. Поднимитесь с земли, дайте себе воспарить… Посмотрите вниз. Вы видите с высоты луг, дом?

— Да.

— Теперь поднимитесь выше. На сотню футов. На две сотни. Снова посмотрите вниз. Что видите?

— Большой дом, гараж, сад, лужайки, мельницу, пруд с форелью, дендрарий, оранжереи, березовую рощу и подъездную аллею, убегающую к каменным воротам. Высокую ограду.

— А за ней?

— Дорогу в Готэм.

— Пусть теперь будет ночь.

— Сейчас ночь.

— Вы понимаете, что сейчас вами управляют, что все это в вашей голове и на самом деле не существует?

— Да.

— Во время нашего сеанса вы должны постоянно помнить об этом. Вы под контролем. Всего того, что вы видите и чувствуете, не существует. Все совершается в вашей голове.

— Понимаю.

— Сделайте так, чтобы внизу, на лугу, собралась ваша семья. Кто они? Назовите их, пожалуйста.

— Мой отец, Линнакус. Мать, Изабелла. Двоюродная бабушка, Корнелия. Сирил, садовник, он работает в стороне…

Наступила долгая пауза.

— Кто-нибудь еще?

— И мой брат, Диоген.

— Его возраст?

— Десять лет.

— Что они делают?

— Стоят там, куда я их поставил.

Голос Пендергаста звучал сухо и иронично. Глинн хорошо видел, что Пендергаст занимает позицию скептически настроенного наблюдателя и пытается придерживаться ее так долго, насколько возможно.

— Сделайте так, чтобы они занимались характерной для них деятельностью, — мягко предложил Краснер. — Что они делают теперь?

— Заканчивают пить чай на одеяле, расстеленном на лугу.

— Теперь я хочу, чтобы вы спустились вниз. Медленно присоединитесь к ним.

— Спустился.

— Что вы делаете?

— Чай допили, и Корнелия пускает по кругу тарелку с птифурами. Она привезла их из Нового Орлеана.

— Они вкусные?

— Естественно. Тетя Корнелия придерживается высших стандартов.

Голос Пендергаста сделался еще ироничнее, и Глинн заинтересовался Корнелией. Он посмотрел в документы Пендергаста, полистал их и нашел ответ на свой вопрос. По спине пробежал холодок. Быстро захлопнул папку: сейчас это ему мешало.

— Какой сорт чая вы пили? — спросил Краснер.

— Тетушка Корнелия пьет только «Т. G.». Она привезла его из Англии.

— Теперь взгляните на окружающих. На каждого из присутствующих. Посмотрите на всех и задержите взгляд на Диогене.

Долгая пауза.

— Как выглядит Диоген?

— Он высок для своего возраста, бледен, волосы очень коротки, глаза разного цвета. Он худ, а губы — очень красные.

— Глаза… вглядитесь в них. Он на вас смотрит?

— Нет. Он отвернул голову. Ему не нравится, когда кто-то на него смотрит.

— Продолжайте смотреть. Не отводите глаз.

Наступила еще более длинная пауза.

— Я отвел глаза.

— Нет. Помните, что вы изучаете сцену. Продолжайте смотреть.

— Не хочу.

— Заговорите с братом. Скажите, чтобы он встал. Скажите, что хотите поговорить с ним наедине.

Еще одна пауза.

— Готово.

— Пусть пойдет с вами в беседку.

— Он отказывается.

— Он не может отказаться. Вы им управляете.

Даже на мониторе Глинн заметил испарину на лбу Пендергаста. «Начинается», — подумал он.

— Скажите Диогену, что в беседке его ждет человек, который хочет задать вам обоим вопросы. Объясните, что это — некий доктор Краснер. Скажите ему это.

— Да. Он пойдет посмотреть на доктора. Это ему любопытно.

— Извинитесь перед родственниками и идите в беседку. Там я буду вас ждать.

— Хорошо.

Короткая пауза.

— Вы там?

— Да.

— Хорошо. Что видите?

— Мы внутри. Вижу брата, вас и себя. Мы все стоим.

— Хорошо. Мы будем оставаться на ногах. Теперь я задам вам и вашему брату несколько вопросов. Вы будете передавать мне ответы брата, так как он не сможет общаться со мной.

— Если вы настаиваете, — сказал Пендергаст с легкой иронией.

— Вы контролируете ситуацию, Алоиз. Диоген не может уклониться от ответов, потому что на самом деле отвечать за него будете вы. Готовы?

— Да.

— Скажите Диогену, чтобы он смотрел на вас. Чтобы не спускал с вас глаз.

— Он не хочет.

— Заставьте его. Вы можете это сделать.

Молчание.

— Хорошо.

— Диоген, сейчас я говорю с вами. Помните ли вы, как впервые увидели вашего старшего брата Алоиза?

— Он сказал, что помнит, как я рисовал картину.

— Что за картина?

— Каракули.

— Сколько вам лет, Диоген?

— Он говорит, что ему шесть месяцев.

— Спросите Диогена, что он думает о вас.

— Он думает обо мне как о будущем Джексоне Поллоке.

«Снова иронический тон, — подумал Глинн. — Очень трудный клиент».

— Необычная мысль для шестимесячного ребенка.

— Диогену на самом деле десять лет, доктор Краснер.

— Хорошо. Попросите Диогена смотреть на вас. Что он видит?

— Говорит — ничего.

— Что значит «ничего»? Он молчит?

— Он сказал. Произнес слово «ничего».

— Что вы имеете в виду под словом «ничего»?