Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 696

— Нора! — громко крикнул он. — Нора!

Неожиданно в одной из ниш луч высветил полускрытую фигуру человека в белом смокинге. Смитбек с изумлением увидел, что на лице мужчины черная полумаска, а уши прикрыты наушниками. В руке он держал нечто, напоминающее пульт дистанционного управления. Человек в белом стоял абсолютно неподвижно, и Смитбек уже почти решил, что это очередное голографическое изображение, как вдруг тот поднес руку к лицу и сорвал маску.

Пендергаст тоже заметил странную фигуру, и она произвела на него потрясающее впечатление. Он дернулся словно от удара и застыл. Его лицо, обычно бледное, стало пунцовым. Смитбек мог бы поклясться, что реакция человека в смокинге была еще более сильной. Тот инстинктивно пригнулся и весь сжался, словно зверь перед прыжком, но потом, очевидно взяв себя в руки, выпрямился.

— Ты! — сказал он и тут же замолчал. Затем длинной тонкой рукой снял наушники, вытащил из ушей затычки и демонстративно швырнул их себе под ноги.

Смитбек изумился еще больше: перед ним стоял Хьюго Мензис, босс Норы. Только вот выглядел он необычно: дрожал словно в ознобе, глаза горели красноватым огнем. Лицо его было почти таким же красным, как у Пендергаста, — вне всякого сомнения, он пребывал в ярости.

Специальный агент потянулся было к револьверу, но, не донеся руку до кобуры, замер словно парализованный.

— Диоген… — произнес он сдавленным голосом.

Одновременно Смитбек услышал свое собственное имя и, обернувшись, увидел Нору, бредущую из дальнего угла зала под руку с Виолой Маскелин. Пендергаст оглянулся и тоже увидел женщин.

В следующее мгновение Мензис с невероятной скоростью метнулся в сторону и исчез в темноте. Пендергаст сделал непроизвольное движение, словно собираясь броситься в погоню, но потом повернулся к Виоле, явно не зная, как поступить.

Смитбек поспешил к женщинам, Пендергаст кинулся следом и через секунду держал Виолу в объятиях.

— О Господи! — прошептала она, чуть не плача. — О Господи, Алоиз!..

Но Смитбек уже ничего не слышал: он обнимал Нору, одной рукой гладя ее по перепачканному кровью лицу.

— Как ты? — спросил он.

Нора поморщилась:

— Очень болит голова. Есть еще несколько царапин. Это был такой ужас!

— Мы выведем вас отсюда. — Смитбек повернулся к Пендергасту.

Тот продолжал прижимать к себе Виолу, но взгляд его был устремлен туда, где скрылся Хьюго Мензис.

Со стороны погребальной камеры донесся звук шагов, темноту прорезали лучи фонариков, и в Зал колесниц с озадаченным видом вошли около десятка полицейских с оружием на изготовку.

— Что здесь происходит, черт побери? — спросил старший из них, лейтенант. — Что это за место?

— Вы находитесь в гробнице Сенефа, — ответил Пендергаст.

— А что это был за взрыв?

— Он был вызван необходимостью проникнуть в гробницу, лейтенант, — сказала Хейворд, подходя и показывая свой жетон. — А теперь слушайте внимательно. Здесь имеются раненые. А у входа в гробницу их еще больше. Нам понадобится несколько экипажей «Скорой помощи», мобильные пункты первой помощи. Вы все поняли? Лейтенант д’Агоста находится в передней части гробницы и готов провести людей к выходу. Ему нужна помощь.

— Понятно, капитан. — Лейтенант повернулся к своим офицерам и начал отрывисто раздавать приказания.

Несколько полицейских спрятали пистолеты и направились в глубь гробницы, по стенам и полу заплясали пятна света. Вдали послышался шум приближающейся толпы — стоны, плач и кашель, время от времени прерываемые гневными нечленораздельными выкриками. Смитбек подумал, что все это здорово смахивает на передвижной сумасшедший дом.

Пендергаст уже вел Виолу к выходу. Смитбек, обняв Нору, последовал за ними к пролому в углу погребальной камеры, и через несколько мгновений все четверо оказались за пределами гробницы, в ярко освещенном помещении станции метро. По платформе уже бежали санитары с раскладными носилками.

— Мы доставим их наверх, джентльмены, — подойдя, сказал один из них, в то время как остальные промчались мимо и скрылись в гробнице.

Через несколько секунд Нора с Виолой были уложены на носилки, и санитары понесли их вверх по лестнице. Пендергаст возглавлял шествие. Краснота уже сошла с его лица, и оно стало пепельно-серым и абсолютно непроницаемым. Смитбек шел рядом с женой. Нора улыбнулась и взяла его за руку.

— Я знала, что ты придешь, — прошептала она.

Глава 67

— Мы подаем завтрак начиная с шести утра, сэр, — сказал проводник, обращаясь к красивому, хорошо одетому джентльмену, занимающему отдельное купе.

— Я предпочел бы позавтракать здесь. Заранее вас благодарю.

Проводник посмотрел на двадцатидолларовую купюру, вложенную в его руку.

— Хорошо, сэр, никаких проблем. Могу я сделать для вас что-нибудь еще?

— Да. Принесите охлажденный стакан, немного льда, бутылку холодной минеральной воды и сахар.

— С удовольствием, сэр; вы все получите через минуту. — С этими словами проводник, улыбаясь и кланяясь, вышел из купе и с почти благоговейной осторожностью закрыл дверь.

Диоген видел, как маленький человечек скрылся в коридоре, слышал его удаляющиеся шаги и стук тяжелой двери в конце вагона. Он слышал еще мириады других звуков — звуков Пенн-стейшен, смешавшихся в один сплошной гул, но в голове Диогена звучавших изолированно: приближающиеся и удаляющиеся голоса, монотонные объявления службы информации.

Он отвернулся к окну и от нечего делать стал смотреть на платформу. Открывшаяся перед ним картина состояла из зеленых и серых тонов. Дородный кондуктор что-то терпеливо объяснял молодой женщине с грудным ребенком на руках. Вот мимо окна трусцой пробежал человек, спеша на последний экспресс до Дувра, который должен был отправиться с соседнего пути. Потом подошла худенькая старушка, остановилась, посмотрела сначала на билет, потом на номер вагона и медленно побрела дальше.

Диоген видел всех этих людей, но не обращал на них внимания. Для него они были частью пейзажа, возможностью отвлечься от гнетущих мыслей.

После первых мгновений изумления, отчаяния и слепой ярости он сумел заставить себя не думать о том, что план его провалился. С учетом всех обстоятельств ему еще, можно сказать, повезло. Он всегда готовил несколько путей отступления, и на этот раз выбрал самый лучший. После бегства из музея прошло всего полчаса, а он уже сидит в ночном пассажирском поезде «Озеро Шамплейн» железнодорожной компании «Армтрек», следующем до Монреаля. Это был идеальный поезд для осуществления его плана: он делал тридцатиминутную остановку в Колд-Спринг, на реке Гудзон, где электрический локомотив меняли на дизельный и пассажиры имели возможность как следует размяться.

Диоген собирался потратить это время на то, чтобы нанести прощальный визит Марго Грин.

Шприц уже был наполнен лекарством и заботливо уложен в перевязанную лентой коробочку в красивой подарочной упаковке, которая находилась в чемодане вместе с другими ценными вещами — блокнотом с газетными вырезками и аптечкой с галлюциногенами и опиоидами. Еще кое-какие безделушки, которые никто ни при каких обстоятельствах не должен был увидеть — тех же, кто нарушал это правило, ожидала неминуемая смерть, — были надежно спрятаны в потайном отделении. В небольшом шкафу возле двери имелось достаточно одежды и разных мелочей, чтобы полностью изменить облик и, когда придет время, вернуться домой. В кармане лежали паспорт и другие документы.

Единственная проблема заключалась в том, как заставить себя поменьше думать о постигшей его неудаче. И Диоген постарался переключить мысли на Марго Грин.

Тщательно готовя светозвуковое шоу, он позволил себе единственную прихоть. И этой прихотью была Марго Грин. Она единственная уцелела после первого этапа реализации плана. Он знал, что Марго никуда от него не денется, и мог позволить себе играть с ней, как кот с мышью: ведь на это тратилось очень мало времени и усилий, да и риска почти никакого.