Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 704

Она его не найдет. Брат тоже его не найдет. Пять лет, десять, двадцать — у него полно времени, чтобы как следует подготовиться и нанести свой следующий, и последний, удар. Он вышел на палубу и вдохнул морской воздух, чувствуя, как душа наполняется блаженным покоем. И впервые за несколько месяцев резкие насмешливые голоса, звучавшие в его мозгу, стихли до шепота и стали почти неслышны за шумом моря:

Глава 75

Специальный агент Алоиз Пендергаст сошел с автобуса на виале Джаннотти и пешком пересек небольшой парк, где росли преимущественно сикоморы, миновав на своем пути небольшую карусель. Одет он был как обычно — за пределами Соединенных Штатов необходимость в маскараде отпала. Выйдя на виа ди Риполи, Пендергаст свернул налево и остановился перед огромными железными воротами монастыря Суоре-ди-Сан-Джованни-Батиста. На висевшей на них табличке значилось лишь: «Вилла Мерло-Бьянко». За воротами послышались звонкие голоса школьников, отпущенных на перемену.

Пендергаст нажал кнопку звонка, и через минуту ворота раздвинулись, открыв посыпанный гравием двор перед большой виллой. Боковая дверь была распахнута, и, судя по маленькой табличке, за ней находилась комната регистрации постояльцев.

— Доброе утро, — произнес он по-итальянски, обращаясь к маленькой пухленькой монахине за стойкой. — Насколько я понимаю, вы и есть сестра Клаудия?

— Да, это я.

Пендергаст пожал ей руку.

— Рад знакомству. Как я уже говорил по телефону, у вас останавливалась моя племянница — мисс Мэри Улсисор. Она убежала из дома, и семья очень переживает.

Монахиня чуть не задыхалась от волнения.

— Да, синьор, я действительно заметила, что молодая леди была очень встревожена. Когда она пришла, у нее было такое измученное лицо! И она даже не осталась ночевать — прибыла утром, потом вернулась в тот же вечер и ушла, несмотря на мои уговоры…

— Она уехала на автомобиле?

— Нет, она пришла и ушла пешком. Вероятно, села в автобус, потому что такси всегда въезжают в ворота.

— Во сколько она ушла?

— Она вернулась в восемь вечера, синьор, вся мокрая и продрогшая. Думаю, она даже заболела.

— Заболела? — резко переспросил Пендергаст.

— Я, конечно, не уверена, но она шла как-то съежившись и прикрывала лицо.

— Прикрывала? Чем?

— Темно-синим шерстяным шарфом. А потом через два часа она спустилась вниз с багажом, заплатила слишком много за комнату, в которой не ночевала, и ушла.

— Одета она была так же?

— Нет, она переоделась, и в тот раз на ней был уже красный шарф. Я пыталась ее остановить, честное слово.

— Вы сделали все, что могли, сестра. Могу я теперь осмотреть комнату? Вам не стоит беспокоиться — я сам открою.

— Комнату уже убрали, там нечего смотреть.

— Я бы все же предпочел взглянуть, если вы не возражаете. На всякий случай. После этого в ней кто-нибудь останавливался?

— Пока нет, но завтра супружеская пара из Германии…

— Будьте добры, дайте ключ.

Монахиня протянула Пендергасту ключ. Он поблагодарил ее, пересек холл и быстро поднялся по лестнице. Комната, в которой останавливалась Констанс, располагалась в конце длинного коридора. Она оказалась совсем небольшой и очень просто обставленной. Заперев дверь изнутри, Пендергаст тут же опустился на колени и осмотрел пол, заглянув под кровать, но, к его великому разочарованию, комнату тщательно убрали. Он поднялся и задумчиво огляделся, потом открыл тумбочку. Она оказалась пуста, но, приглядевшись, Пендергаст заметил в дальнем углу маленькое темное пятно. Он протянул руку и, коснувшись пятна, поцарапал его ногтем. Это была кровь — уже подсохшая, но еще довольно свежая.

Когда Пендергаст спустился вниз, сестра Клаудия казалась еще больше встревоженной.

— Девушка была очень взволнована. Не понимаю, куда она могла отправиться в десять часов вечера. Я пыталась с ней поговорить, синьор, но она…

— Уверен, вы сделали все, что было в ваших силах, — повторил Пендергаст. — Еще раз большое спасибо за помощь.

Он покинул монастырь и в глубокой задумчивости вышел на виа ди Риполи. Констанс ушла ночью, под дождем… Но куда?

Войдя в небольшое кафе на углу виале Джаннотти, Пендергаст заказал эспрессо и продолжил свои размышления. В том, что Констанс встретилась во Флоренции с Диогеном, у него не было никаких сомнений. Между ними произошла потасовка, и она была ранена. Казалось невероятным, что этим все ограничилось: как правило, люди, которых затягивало на орбиту Диогена, не покидали ее живыми. Вероятно, тот недооценил Констанс, как, впрочем, и сам Пендергаст. В этой женщине вдруг открылась неожиданная, бездонная глубина.

Пендергаст допил кофе, купил у бармена транспортную карту и, перейдя улицу, стал ждать автобуса, следующего в центр города. Когда автобус наконец появился, Пендергаст вошел последним. Подойдя к кабине, он протянул водителю пятьдесят евро.

— Мне платить не нужно, просто пробейте свой билет, — раздраженно сказал водитель, резко трогаясь с места и энергично выкручивая руль толстыми руками.

— Мне нужна информация.

Водитель даже не взглянул на деньги.

— Какая информация?

— Я ищу племянницу. Она ехала в этом автобусе в десять часов вечера два дня назад.

— Я работаю в дневную смену.

— Вам известно имя водителя ночной смены и номер его мобильного телефона?

— Если бы вы не были иностранцем, я бы подумал, что вы из полиции.

— Это дело не имеет отношения к полиции. Я просто дядя, разыскивающий свою племянницу. — В голосе Пендергаста послышались просительные нотки. — Пожалуйста, синьор, помогите мне. Семья буквально сходит с ума.

Водитель притормозил на повороте и сказал, уже мягче:

— Его зовут Паоло Бартоли, номер три-три-три-шесть-шесть-два-ноль-три-семь-шесть. И уберите деньги, они мне не нужны.

Пендергаст сошел на пьяцца Ферруччи, вынул из кармана сотовый телефон, купленный уже во Флоренции, и набрал номер. Бартоли оказался дома.

— Как я мог ее забыть? — воскликнул водитель в ответ на вопрос, помнит ли он молодую особу, ехавшую в его автобусе поздно вечером два дня назад. — Голова у нее была обмотана шарфом, поэтому лица я рассмотреть не смог, а голос звучал очень глухо. Она говорила на давно устаревшем итальянском, которого я не слышал со времен Муссолини, и казалась каким-то призраком из прошлого. Я даже принял ее за сумасшедшую.

— Не припомните, где она сошла?

— Она попросила остановить у Национальной библиотеки.

Путь от пьяцца Ферруччи до Национальной библиотеки занял довольно много времени. Библиотека находилась на другом берегу Арно, ее сдержанно-элегантный коричневый фасад в стиле барокко возвышался над грязной площадью. В холодном гулком читальном зале Пендергаст нашел библиотекаря, также хорошо запомнившего Констанс.

— Да, я работал в ночную смену, — сказал он. — В эти часы не бывает много читателей. А она казалась такой одинокой, такой потерянной. Я то и дело на нее поглядывал. Она заказала одну книгу и читала ее больше часа. Причем смотрела на одно место, не переворачивая страницу, и все бормотала что-то про себя словно сумасшедшая. Время приближалось к полуночи, и я уже было хотел попросить ее идти домой, чтобы закрыть читальный зал, но она неожиданно встала и взяла еще одну книгу.

— Какую?

— Географический атлас. Она рассматривала его примерно десять минут, быстро записывая что-то в маленький блокнот, потом вскочила и убежала, словно за ней гнались все черти ада.

— Что это был за атлас?

— Я не обратил внимания. Он стоял на полке со справочной литературой, и, чтобы посмотреть его, не нужно было заполнять регистрационную карточку. Подождите-ка, кажется, у меня осталась карточка книги, которую она брала перед этим. Минутку, сейчас я ее принесу.