Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 839

— Ничего себе свобода совести — мучить и убивать животных… а может быть, и кое-что похуже, — возмутился д’Агоста. — Нападать на полицейского, находящегося при исполнении служебных обязанностей — это тоже свобода совести? А нарушать спокойствие жителей?

— Мы примем меры в установленном порядке.

— Конечно, примете, — изящно вклинился Пендергаст. — Это ваша прямая обязанность — принимать необходимые меры. Именно поэтому мы здесь — хотим предложить, чтобы вы их приняли безотлагательно.

— Такого рода решения требуют долгой и тщательной проработки. Необходимы юридические консультации, изучение документов, тщательные согласования. Мы не можем провернуть все за один день.

— Но ведь времени у нас в обрез, уважаемый мистер Вартек! Общественное мнение явно не на вашей стороне. Вы читали сегодняшние газеты?

Вартек теперь уже весь пошел пятнами и покрылся испариной. Потом выпрямился во все свои сто шестьдесят сантиметров роста.

— Я же сказал, что мы изучим этот вопрос, — повторил он, провожая посетителей до двери.

Когда они спускались в лифте в компании безликих мужчин в однообразных серых костюмах, Пендергаст обратился к д’Агосте со словами:

— Мой дорогой Винсент, как приятно сознавать, что наш город имеет такое энергичное и эффективное руководство.

38

Зона ожидания восьмого терминала в аэропорту Джона Кеннеди находилась рядом с широкой лентой эскалаторов. Пендергаст с д’Агостой стояли в толпе представительных мужчин в черных костюмах, которые держали в руках листочки с именами прибывающих пассажиров.

— Скажите-ка мне еще раз, кто этот парень и зачем он здесь нужен? — попросил д’Агоста.

— Его зовут месье Бертен. Он был нашим домашним учителем.

— Нашим? Вы хотите сказать, вашим и…

— Да. Моего брата. Месье Бертен преподавал нам зоологию и естествознание. Я его просто обожал — это был весьма обаятельный человек, прямо-таки харизматическая личность. К сожалению, он был вынужден отказаться от места.

— А что случилось?

— Пожар.

— Пожар? Это когда ваш дом сгорел дотла? Он имел к этому какое-то отношение?

Пендергаст холодно промолчал.

— Так, значит, он спец по зоологии? Тогда при чем здесь убийство? Или я чего-то не понимаю?

— Помимо своей основной специальности он имел обширные познания в области местных верований и преданий — вуду, обеа, заклинания, зелья.

— Разносторонний специалист. Судя по всему, он научил вас не только лягушек резать.

— Я бы предпочел не распространяться на эту тему. Одно могу сказать — месье Бертен знает этот предмет как никто другой. Поэтому я и вызвал его из Луизианы.

— Вы действительно считаете, что здесь не обошлось без вуду?

— А вы нет? — спросил Пендергаст, поднимая серебристые глаза на д’Агосту.

— Мне кажется, что какой-то козел просто пытается задурить нам голову.

— Не вижу разницы. А, вот и он.

Повернувшись, д’Агоста невольно вздрогнул. К ним приближался крошечный человечек во фраке и широкополой белой шляпе. Кожа у него была такая же молочная, как у Пендергаста. На тонкой шее, обхваченной тяжелой золотой цепью, покачивалась маленькая морщинистая головка. В одной руке он держал потрепанную дорожную сумку с логотипом британской авиационной компании ВОАС, другой опирался на массивную трость с великолепной резьбой. Это была даже не трость, а палка или скорее дубина, как решил про себя д’Агоста. Ну прямо фокусник из бродячего цирка или псих, который забрел в аэропорт, чтобы погреться. Даже нью-йоркская публика, которую трудно чем-либо удивить, с любопытством косилась на этого типа. Человечка сопровождал носильщик, нагруженный немыслимым количеством чемоданов.

— Алоиз!

Торопливо семеня птичьими ножками, человечек подбежал к Пендергасту и в типично французской манере расцеловал его в обе щеки.

— Quelle plaisir![232] Ты ничуть не изменился.

Повернувшись к д’Агосте, месье Бертен быстро смерил его взглядом.

— Кто этот человек?

— Я лейтенант д’Агоста, — представился тот, протягивая руку.

Проигнорировав этот жест, Бертен повернулся к Пендергасту.

— Полицейский?

— Я ведь тоже полицейский, maître,[233] — заметил Пендергаст, искренне забавляясь манерами своего бывшего наставника.

— Фу! — неодобрительно бросил Бертен. Белая шляпа на его голове затрепетала от негодования. Выхватив из пачки маленькую тонкую сигару, он вставил ее в перламутровый мундштук.

— Извините, maître, но здесь нельзя курить.

— Варвары, — пробурчал Бертен, не вынимая мундштук изо рта. — Тогда пойдем в машину.

Они вышли на улицу, где их поджидал Проктор.

— «Роллс-ройс»? Как это вульгарно!

Когда носильщик погрузил чемоданы в багажник, д’Агоста с неудовольствием заметил, что Пендергаст скользнул на переднее сиденье, предоставив ему делить с месье Бертеном заднее. Очутившись в машине, месье немедленно достал золотую зажигалку и поднес огонь к своей сигарке.

— Вы не хотите спросить разрешения? — поинтересовался д’Агоста.

— Не хочу, — отрезал тот, стрельнув на лейтенанта черными блестящими глазками.

Глубоко затянувшись, он приоткрыл окно и выпустил тонкую струйку дыма. Потом наклонился вперед.

— Итак, Алоиз, я долго размышлял над полученными от тебя сведениями. На месте убийства были оставлены очень зловещие знаки. Кукла из перьев и бородатого мха, иголки, обкрученные черной ниткой, имя, написанное на пергаменте, и этот порошок — соль с перцем, насколько я понял?

— Совершенно верно.

Бертен кивнул:

— Нет никакого сомнения. Это амулеты смерти.

— Амулеты смерти? — недоверчиво переспросил д’Агоста.

— Их еще называют черными амулетами, — продолжал Бертен, словно читая лекцию в набитой студентами аудитории. — Это явное худу,[234] и с ним легко справиться. Но вот этот revenant,[235] этот разгуливающий мертвец меня по-настоящему беспокоит. Это вуду в чистом виде. И это уже серьезно, особенно если учесть, что жертва тоже восстала из мертвых.

Бертен посмотрел на Пендергаста:

— Ты сказал, у него есть жена?

— Да.

— Ей грозит серьезная опасность.

— Я уже попросил обеспечить ей охрану, — ввернул д’Агоста.

Бертен только презрительно фыркнул.

— Я дал ей оберег от врагов, — сообщил Пендергаст.

— Это сможет защитить ее только от первого, но он не вызывает у меня больших опасений. Такие обереги не действуют на членов семьи или родственников, в том числе мужей.

— Я сделал защитный талисман и убедил ее носить этот мешочек в кармане.

Бертен просветлел лицом.

— Très bien.[236] А что ты туда положил?

— Защитное масло, корень красного вьюнка, вербену и горькую полынь.

Д’Агоста не верил своим ушам. Он изумленно переводил взгляд с Пендергаста на Бертена и обратно.

— Все это будет продолжаться, пока мы не найдем колдуна.

— Мы сейчас пытаемся получить ордер на обыск в Вилле. Вчера мы говорили с городскими властями о выселении его жителей.

Бертен что-то пробормотал себе под нос и выпустил очередную струю дыма. Д’Агоста когда-то любил сигары, но то было настоящее мужское курево нормального размера. А сейчас весь «роллс-ройс» пропитался каким-то отвратным гвоздичным запахом.

— У меня был знакомый парень, который курил вот такие же тощие сигарки, — вдруг заявил д’Агоста.

Бертен искоса посмотрел на него.

— Он заработал себе рак. Пришлось отрезать ему губы.

— Невелика потеря, — парировал Бертен.

Лейтенант почувствовал, что птичьи глазки изучают его лицо. Открыв окно со своей стороны, он скрестил на груди руки и закрыл глаза.