Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 128

«До весьма зрелого возраста Дали продолжает мастурбировать и, по-видимому, любит заниматься этим перед зеркалом. Лет до тридцати, судя по всему, в обычном смысле он' — импотент». (Д. Оруэлл, 1992, с. 187.)

«… В основе личностного своеобразия Дали — сексуальный невроз, не будь которого, художник превратился бы в параноика, каким он нередко притворяется». (Рохас, 1998, с. 95.)

«Стремление всегда и вр реем противопоставлять себя миру толкает меня «а экстравагантности… Я обречен на экстравагантность, хочу того или, нет» (Дали, 1993, с. 18–19.)

«Болезненно застенчивый отщриро-ды, страдавший от этого даже в студенческие годы, как утверждают его близкие друзья, Дали не только преодолел в себе этот комплекс, но и превратился, по мнению писателя, в одного из самых великих эксгибиционистов тех времен». (Верников, 1994, с. 7.)

«…Он ущербный человек, с больными комплексами. По собственному признанию, он подвержен частым приступам парализующей его тревоги, много-кратным проявлениям симптомов шизофрении». (Бона, 1997, с. 376)

[1980 г.] «Страдающий анорексией Дали соглашается принимать пищу только в том случае, если сначала ее попробует Гала…: оц боится,чт0 его отравят. Гала пичкает мужа медикаментами, не советуясь с врачами. У Дали развивается токсемия из-за чрезмерного употребления антибиотиков и успокоительных препаратов… Дали поместили в кдинику доктора Пигверта в Барселоне. Доктор считает, что состояние мэтра очень серьезное, а особенную тревогу вызывает его психическое здоровье. Вернувшись домой, очищенныи после избыточного потребления медикаментов и прошедший курс психиатрического лечения, Дали пишет “Эь-стерминированных ангелов” — полотно, на котором изображены самые мрачные из его навязчивых видений Мания преследования вызывает у него приступы буйного безумия». (Там же, с. 573–574.)

«После смерти жены он не смог жить в их дворце в Порт-Льигате и переехал в другой дом. Он потребовал закрыть все ставни — мира для него больше не существовало. Художник отбросил карандаши и кисти и целыми днями плакал в полутемной комнате, отказываясь принимать пищу». (Головина, 1999, с. 47.)

«Испытывая муки сам, Дали мучил и других. Однажды после бессонной ночи он решил больше не вставать с постели и не есть. Его пытались кормить насильно, он вырывался, кричал, разгонял врачей и прислугу. Его вес уменьшился до 46 килограммов». (Безелянский, 1999, с. 159.)

Особенности творчества

«…Он возлагал большие надежды на освобождающую силу сна, поэтому принимался за холст сразу же после утреннего пробуждения, когда мозг еще не полностью освободился от образов бессознательного. Иногда он вставал среди ночи, чтобы работать — с той же целью». (Якимович, 1991, с. 29.)

«Сальвадор Дали пережил Галу на 7 лет. В своем одиночестве он написал всего одну — и то очень слабую — картину. Она называлась “Мы придем позднее, к пяти часам” (1983). Вдохновение у шло отДали». (Безелянский, 1999, с. 159.)

«Две центральные темы XX века — секс и паранойя — определяют все творчество Дали как художника и как дизайнера модных украшений, а также всю его личность в целом…» (Рохас, 1998, с. 185.)

«Картины и рисунки, отмеченные безудержной фантазией и виртуозной техникой исполнения, представляют собой фантасмагории, в которых самым противоестественным ситуациям и сочетаниям предметов придана видимая достоверность и убедительность». (Турчин В.С., CD Кирилл и Мефодий 98.)

В знаменитой фразе Сальвадора Дали, вынесенной в эпиграф патографии, есть большая доля лукавства (помимо обычного эпатажа и экстравагантности). Художник, безусловно, не безумец, требующий госпитализации в психиатрический стационар. Вместе с тем мы видим перед собой в тяжелой степени невротическую личность с массой нарушений психики пограничного характера, затрагивающих в основном сексуальную сферу. Но все эти невротические комплексы, весь этот патологический эксгибиционизм находит необыкновенно полное и одновременно оригинально-талантливое выражение в живописи Дали. Именно этот факт «психологической автобиографичности» картин не позволяет спутать их с работами других художников. Повторить, написать копию или пародию на картину Дали может любой способный ремесленник. Создать в первый раз полотно ТАКОГО содержания может лишь гений.

ДАНТЕ АЛИГЬЕРИ (Dante Alighieri) (1265–1321), итальянский поэт, создатель итальянского литературного языка; политический деятель.

«Мне мачехой Флоренция была, Я пожелал покоиться в Равенне».

Н.А. Заболоцкий. «У гробницы Данте»

«Ломброзо выводит свое предположение, что Данте страдал эпилепсией, из следуютцего: в “Божественной Комедии” поэт часто — всего чаще в Аду, реже в Чистилище и, наконец, только очень редко в Раю — описывает свои состояния, когда он терял сознание и падал. Из мест, которые Ломброзо считает доказательствами своего взгляда, приведем только следующие. Ад. Песнь III, стих 45: “Мелькнул красный свет, вытеснивший во мне всякое ощущение. Я упал, как человек, внезапно застигнутый сном”. Песнь V, стих 47: “…От жалости я потерял сознание, как бы умер. Я упал наземь, как труп…” Если бы даже Данте в указанных стихах описывал пережитое им самим, это все же не позволяло бы еще определенно заключить, что поэт страдал эпилепсией… Описанные поэтом обстоятельства, если бы у него существовала одна из двух упомянутых болезней, скорее указывали бы на истерию, чем на эпилепсию». (Левенфелъд, 1904, с. 29–30.)

[В переводе М.Л. Лозинского (1961 г.) упомянутые места текста звучат следующим образом: «Дохнула ветром глубина земная, / Пустыня скорби вспыхнула кругом, / Багровым блеском чувства ослепляя; /Ия упал, как тот, кто схвачен сном». («Ад», III, 133–136.) «…И мука их сердец / Мое чело покрыла смертным потом; /Ия упал, как падает мертвец». («Ад», V, 140–142.)]

«Очевидно шизоидный психопат. Постоянно депрессивный. Очень раздражительный, мстительный. Очень эротичный. Мстительность к своим противникам при изображении их мучений в аду. Чрезмерно впечатлительный. Высокомерие, эгоцентричность. Вместе с тем нравственный и безошибочный судья грешного человечества.

Характер полон противоположностей. Распутная жизнь. Из-за эротического влечения к Беатриче испытывает экстатические видения, делирии (обсессии)». (Lombroso, 1893, с. 553–558.)

«Прекрасная меня пленила дама». (Данте. «О, бог любви…»)

«Галлюцинации посещали Данте…» (Громов, 1970, с. 98.)

«Относительно сильно развитое гомосексуальное стремление… Удовлетворение своего садизма стихотворным путем». (Sperber, 1914, с. 240, 247–248.)

«Данте любил уединяться, жить отшельником, дабы ничто не прерывало его размышлений, а если ему приходила в голову занимательная мысль, то в каком бы наш поэт ни находился обществе и о чем бы его ни спрашивали, он отвечал, лишь додумав эту мысль до конца, приняв ее или отвергнув, и так оно бывало и в часы многолюдных трапез, и во время путешествий, и вообще когда угодно… Это был человек неистовых страстей, пытающийся сковать их христианскими заповедями. Но поскольку это невозможно, подавление кипения в сочетании с Божьим даром и дало миру величайшего гения… Ключик к Данте — человеку и поэту дал он сам — и не раз. Вот он: “Явилось мне чудесное виденье”. Не буду сужать сказанное им до галлюцинации или расширять до фантазии поэта. Как говорил Джойс117, ключи даны! Далее каждый использует их по собственному разумению». (Гарин. 1994, т. 5, с. 76, 82, 89.)

«Каррель считал, что любовь возбуждает ум, если остается неудовлетворенной. Если бы Беатриче стала возлюбленной Данте, Божественная Комедия могла бы не появиться… Божественная Комедия — развернутое человековедение, психоанализ и психопатология одновременно… Стимулом к ее написанию были превратность жизни самого Данте и особенности его психики видеть незримое. Если бы Данте жил спокойно, он написал бы только “Рай”. Если бы он не был визионером, то не написал бы ничего…» (Там же, с. 170, 243, 330.)