Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 377

ЧЕБОТАРЕВСКАЯ АНАСТАСИЯ НИКОЛАЕВНА (1876–1921), русская писательница, переводчица.

«Федор Кузьмич4", наблюдая внимательно за несколько приподнятым настроением Анастасии Николаевны и за ее слишком страстным отношением к мелочам жизни, мог заметить какую-то странную неуравновешенность в характере жены. Революция окончательно подорвала душевные силы Анастасии Николаевны, и незаметная для посторонних ее душевная болезнь стала очевидною для самого Сологуба… В середине сентября 1921 года болезнь Анастасии Николаевны обострилась. 23 сентября, воспользовавшись недосмотром служанки, и тем, что Федор Кузьмич вышел в аптеку за бромом, Анастасия Николаевна убежала из дому и бросилась с дамбы Тучкова моста в реку Ждановку». (Чулков, 1991а, с. 246–247.)

«Кстати, сестра Анастасии Александра Чеботаревская точно таким же образом свела счеты с жизнью». (Безелянский, 1998, с. 221.)

Наследственность, отягощенная аффективными расстройствами (самоубийство сестры), и клиническая картина болезни (смена «приподнятого настроения» суицидом.) позволяют предполагать, что Чебота-ревская страдала биполярным аффективным расстройством.

ЧЕЛЛИНИ (Cellini) БЕНВЕНУТО (1500–1571), итальянский скульптор, ювелир и писатель. Представитель маньеризма.

«Именно таково было обыкновение: не меланхолия, а неистовство, переходившее порою в самые настоящие припадки бешенства, припадки почти патологические, когда у человека туманится сознание, пена показывается на губах и чем-то застилает глаза… “Ярость стала у него хроническим состоянием”, — говорит Сен-Виктор, и это едва ли очень сильно преувеличено. Но нужно сказать, что в таком состоянии он становится способен не только на величайшие преступления, но и на величайшие подвиги и на величайшее напряжение творческой энергии. Всю свою долгую жизнь он жил от одного припадка неистовства до другого. Только с годами они делались реже и слабее. Да и в промежутках между двумя припадками Бенвенуто больше жил инстинктом, чем рассудком… Самые важные решения принимаются под влиянием аффекта… Темперамент и страсть — только один источник этой необычайной чувствительности к малейшим обидам. Есть и другой. Это его необыкновенно высокое представление о своей персоне. Бенвенуто серьезно верит, что какие-то особенные явления провиденциально указывали в разные моменты его жизни на то, что он человек избранный… Нелепыми выходками, капризами, озорством, безумными вспышками полна его жизнь. Но подлинный пафос живет только в одном уголке его души — в том, где любовь к искусству». (Дживелегов, 1998, кн. 2, с. 150–151, 155, 160.)

«Он долго не задерживался нигде и переходил от одного мастера к другому <…> в запальчивости убил одного ювелира и вновь вынужден был бежать, теперь уже во Флоренцию… В 1558 он постригся в монахи, но вскоре изменил решение, чтобы жениться, несмотря на то что ему исполнилось 60 лет». (Комарова, Железнова, 2000, с. 594–596.)

[Всемирную славу Челлини как писателю принесли его мемуары, которые больше напоминают авантюрный роман] «Страницы эти охватывают жизнь Челлини с 1554 по 1562 год (с пропуском 1556—59 гг.) и, видимо, писались в состоянии душевной депрессии в самом конце 1566 — начале 1567 года,… О причинах, побудивших Челлини бросить свои воспоминания, можно только гадать. Кажется лишь, что одной из наиболее вероятных причин является душевная усталость и общая разочарованность в том, что творилось вокруг… [Пропуск в мемуарах Челлини за период с 1556 по 1559 г. возможно обусловлен тем]…что за это время Бенвенуто был подвергнут довольно суровому наказанию за избиение одного золотых дел мастера и за содомию. Видимо, ни того, ни другого Челлини коснуться не пожелал». (Томашевский, 1987, с. 18–19, 492, 494.)

«…Дважды, в 1527 и 1557 гг., привлекали к суду за связи с мальчиками, причем во второй раз он был вынужден признаться и был приговорен к штрафу и четырем годам тюрьмы». (И.С. Кон, 1998, с. 157.)

«Во время заключения в тюрьме дважды перенес помрачение рассудка; пытался совершить самоубийство; имел зрительные и слуховые галлюцинации». (Cabanes, 1900, с. 719.)

«Бионегативная структура личности, пронизанная психотическими компонентами». (Lange-Eichbaum, Kurth, 1967, с. 344.)

«Бенвенуто Челлини единственную в своей жизни поэму писал в тюрьме щепкой, вырванной из двери, а чернила приготовил из толченного кирпича». (Парандовский, 1990, с. 100.)

«Скажу тебе о чуде превеликом: / Пришла мне как-то мысль писать блажная; / Чего не сыщешь в случае толиком: / Хожу в каморке, голову терзая; / Затем, к тюремной двери ставши боком, / Откусываю щепочку у края; / Я взял кирпич, тут бывший ненароком, /Ив порошок растер его, как тесто; / Затем его заквасил мертвым соком. / Пыл вдохновенья с первого присеста / Вошел мне в плоть, ей-ей, по тем дорогам, / Где хлеб выходит; нет другого места». (Б. Челлини)

В данном случае можно думать об импульсивном подтипе эмоционально неустойчивого расстройства личности (то, что раньше называли «эксплозивной психопатией»). Естественно, что с возрастом интенсивность таких «припадков бешенства» снижалась. Следует отметить, что «величайшее напряжение творческой энергии» у Челлини также имело место во время психопатических декомпенсаций. Можно предположить, что не обладай он таким авантюрным характером, вряд ли у него были бы поводы и биографические материалы для сочинения своих знаменитых мемуаров.

ЧЁРНЫЙ САША (наст, имя и фам. Александр Михайлович Гликберг) (1880–1932), русский поэт. С1920 г. в эмиграции.

Наследственность

«Отец часто бывал в разъездах, дети его почти не знали и боялись. Мать, больную, истеричную женщину, дети раздражали. Когда возвращался глава семейства, она жаловалась на них, и он, не входя в разбирательство, их наказывал». (Иванов, 1987, с. 385.)

Общая характеристика личности

«Маленький Саша, лишенный материнской ласки, фактически не знал детства. Никто не дарил ему игрушек, а если он приспосабливал для игры какую-нибудь вещь в доме — следовала расправа. Отсюда сочетание в характере скрытности и кротости со своенравием и бунтарством. Пятнадцати лет от роду Саша бежал из дому, последовав примеру старшего брата… Ущербность детства лежит неизгладимой печатью на всей его личности — болезненная ранимость, нежелание быть на виду… Здесь, очевидно, кроется разгадка многих “тайн” Саши Черного и, в частности, отсутствие в печати изображений поэта». (Там же, с. 385–386.)

«И вот тогда, молю беззвучно, / Дай мне исчезнуть в черной мгле, — / В раю мне будет очень скучно, / А ад я видел на земле». (С. Черный)

«…Меньше всего походил он на баловня славы: очень чуждался публичности… С писателями он почти ни с кем не водился, лишь изредка бывал у Куприна и Леонида Андреева, которые душевно любили его. Да и там при посторонних все больше молчал, и было в его молчании что-то колючее, желчно-насмешливое и в то же время глубоко печальное. Казалось, ему в тягость не только посторонние лица, но и он сам для себя… Вообще он держал себя гордо и замкнуто». (Чуковский, 1963, с. 379–380.)

Можно предположить у поэта патохарак-терологическое формирование личности, происхождение которого было обусловлено хроническими семейными психотравмирующими ситуациями и неправильным воспитанием. Мы видим и реакцию пассивного протеста (уход из дома). Таким подросткам свойственно также компенсаторное фантазирование. Во взрослом состоянии патохарактерологическое развитие переходит, как правило, в личностное расстройство.

ЧЕРНЫШЕВСКИЙ НИКОЛАЙ ГАВРИЛОВИЧ (1828–1889), русский революционер и мыслитель, писатель, экономист, философ; один из родоначальников народничества, вдохновитель революционного движения. В 1864 г. приговорен к 7 годам каторги.

Наследственность