Ледяной венец. Брак по принуждению (СИ) - Туманова Ульяна - Страница 84

— Беседы, — пытаясь не выдать сжирающего изнутри беспокойства повторила за Пелагеей я. — Когда? Сейчас? — не зря же она принесла одежду.

— Если бы! — вытерла пот со лба она. — В полночь!

— В полночь… — я приложила руку к груди, судорожно анализируя, что он мог придумать и почему он хочет увидеться ночью.

— Блажь! Кем он себя возомнил?! Мать — не девка, с которой гуляют под покровом ночи!

— Но вы согласились?

— Согласилась, куда деваться, — сокрушалась наставница. — Сначала должны были быть дары! Потом беседы. Не говоря уже о том, что Арт Лихх, как ваш первый выбор, имеет право и на первую беседу. Имел… — поправила себя Пелагея. — Но…

— Но? — потребовала ответа я.

— Небеса распорядились иначе, — только и ответила наставница и тут же надела непроницаемую маску. — Надо вас приготовить.

— К полуночному свиданию с Верховным?

— К беседе! — надавила женщина. — При свидетелях. Ограниченное время.

Совсем уж наивной я, конечно, не была. Ни о какой беседе в рамках выбора кандидатов не идет и речи. Мотт же сказал, что будет играть по моим правилам…

Но вот, что именно за игра меня ждет этой же ночью, остается только догадываться. Самым ужасным было то, что несмотря на всю необходимость остаться в Сорре, часть меня жаждала подготовленного моттом капкана.

Мог лихорадочно прокручивал в голове сценарии. Каково это будет — снова его увидеть? Ожидание вызывало самую настоящую лихорадку, и то, как дрожали руки заметили даже помогавшие мне тетки.

Приготовления снова начались с ванны, душистых кремов, втираний в волосы цветочных масел.

А я все смотрела на часы и поражалась, как время тянулось и летело одновременно. Часть меня просто изнемогала в ожидании. А вторая понимала, что это не романтическая прогулка под луной, а всего лишь стратегия мотта.

Он что-то придумал, и свою цель будет преследовать до последнего.

— Дайте шарф, — голос Пелагеи вытянул меня из раздумий. — Она дрожит.

Плечи сразу же окутала согревающая пуховая ткань. Я все поражалась тому, что в жарких землях есть практичные для холодной погоды вещи.

— Всё нравится? — спросила Пелаегея, чем удивила. Никто и никогда в этом месте не задавал мне таких вопросов. — Вы стоите на пороге выбора всей вашей жизни.

Ее словам я только кивнула, потому что выбор произошел давным-давно. Задолго до того, как я осмелилась признаться в этом самой себе.

— Не нравится, — ответила, глядя на свое отражение в напольном зеркале. — Принесите платье.

***

Буря стихла, стоило мне спустить на нижний этаж Песчаного Замка.

Мотт там, снаружи. Он и есть каменная стихия. Был ей с самого начала.

В сопровождении наставниц я вышла во внутренний двор, и там нас встретила совершенная тишина. Такая, которую я уже слышала в Авенте, когда она была погребена под снегами.

Сжала ладони в кулаки и кивнула Пелагее, чтобы та отвела нас в назначенное место, ведь полночь уже наступила. Свет луны залил тропинки, стоило остаткам бури покинуть небо. Вспыхнули крупные звезды, кое где проявились и созвездия.

Я же все это отмечала краем глаза и была предельно сконцентрирована. Каким образом мне удастся заставить мотта мне не мешать, я не знала. А вот в том, что с утихшей бурей в замок вот-вот наведается Эр, я была уверена.

И не допусти Небеса, чтобы он узнал о моих истинных намерениях.

— Ой, какая! — голос провидца не просто застал врасплох, он вернул меня в те времена, когда мне только казалось, что у меня проблемы. — Только посмотрите!

Ни капли не изменившийся, но такой родной старичок в кафтане и с длинной бородой, перегородил нам дорогу. И как бы я ни хотела замечать того, что у него за спиной, мотта я увидела сразу же.

Наверное, меня зацепил его взгляд. Колкий и полный вызова.

— Я рада вас видеть, — призналась я, и все-таки заглянула в зеленые, словно весенняя листва, глаза. — Вижу, обещание вы сдержали, — припомнила я ему наш последний разговор.

— А как же иначе, красавица?

Он выглядел точно таким же, каким я его запомнила. Даже пресловутый кафтан, из-за которого я когда-то тонула, был на нем!

— Мать вам не красавица! — строго и гордо вспыхнули сразу несколько теток. — Вы свидетель, верно? Так и ведите себя подобающе.

— Верно-верно, дорогие женщины! — поклонился наставницам провидец. — Все понял!

Он отошел с тропинки в сторону высокого шатра, по углам которого горели четыре огненные чаши. Их тепло отгоняло ночной холод, что было весьма кстати. И судя по витающему в воздухе сладковатому запаху, в пламя добавили душистое вещество…

Небеса, я готова думать о чем угодно, только бы не смотреть на Теона! Он находился под шатром, вернее сидел на усеянном подушками низком диване и смотрел на нас. На меня!

— Посиделок у нас не планируется! — громко, так чтобы он услышал, произнесла Пелагея.

— Я хочу показать Матери дары и угостить ее дурманом из Авенты.

Вежливо, приглашающе и лукаво ответил мотт. Ох, дурман я, конечно, помнила… Он, что специально это делает? Намекает на то, что между нами было?

— Так не пойдет, — сопротивлялась наставница.

— Пусть показывает, — прервала ее я. — Может, одна встреча заменит две? Сбережем время.

Шагнула с тропинки в сторону шатра и медленно прошла вперед. Теон не двигался, только смотрел. В руке он держал бокал со знакомым жемчужным напитком.

Когда я шагнула под растянутую над нами ткань, он поднялся с подушек, выпрямился… И я тут же захотела прогнать всех свидетелей к чертям собачим!

Черная льняная туника и брюки сидели на нем непозволительно отлично. В разрезе воротника была видна шея, и я понятия не имела почему эта деталь так сильно меня взволновала. Впрочем, обтянутые тканью крепкие запястья тоже буквально заворожили.

— Кажется, ты думаешь о том же, о чем и я, — ощупывая меня взглядом, произнес мотт.

А вот в том, что он был прав я не признаюсь ему никогда.

— Ты испортил погоду, вот о чем я думаю.

— Можешь не благодарить.

Произнес он и потянулся к столу, на котором стоял дурман и блюдо с закусками. За яствами я не сразу заметила шкатулку. Незамысловатую и деревянную, будто ее сделали собственными руками.

— Это от меня! — крикнул провидец издалека, оставаясь рядом с няньками, что были выше его на две головы — не меньше.

Мотт подтолкнул ее ко мне кончиками пальцев и неспеша открыл. Я опасливо наклонилась. Внутри рассмотрела несколько лежащих рядом пузатых мешочков разных цветов, а под ними…

— Камни времени… — прошептала себе под нос я ровно в ту де секунду, когда старичок громко рассказывал наставницам о том, что привез мне в подарок свой лучший, с любовью выращенный на огороде, чай.

Круглые, маленькие и прозрачные словно стекло камушки, однажды давшие мне надежду на спасение, разбередили душу. Положил ли их провидец сюда намеренно? Что бы я, в случае беды, могла спастись?..

Взяв шкатулку в руки, я повернулась к нему, чтобы поблагодарить за подарок хотя бы взглядом.

Дело было в том, что чай правды, камни времени, да и сам провидец пробудили во мне давно скопившуюся грусть, которую я упрямо и методично скрывала даже от самой себя. И сколько бы я не старалась прогнать это щемящее чувство, легко мне это не давалось.

— Ты тронута, — подытожил мотт, глядя на слегка растерянную меня, и вышел из шатра. А вернулся обратно с большой коробкой, которую медленно опустил на диван.

— Загляни, — пригласил он, предусмотрительно сделав шаг назад.

— Что там? — недоверчиво подошла я, и почему-то решила принюхаться. Вдруг запах подарка подскажет мне о содержимом? Небеса, какая глупость…

— Открой и узнаешь.

Нечитаемое выражение лица Теона вообще не помогало. Что там говорила Пелагея? Матерям чаще всего дарили ткани, драгоценности, книги… Да в коробку такого размера поместится все перечисленное разом! Только вот зная мотта, я и предположить не могла, какой дар он мог привезти для той, кого считает предательницей.