Сын палача Том 2 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 7

Ничего не ответив она вновь повернулась к окну. Из одежды на волшебнице был больничный халат да белая сорочка. Ноги ниже колен оставались обнажены, что ее, похоже, нисколько не смущало.

— Хорошо, что ты идешь на поправку… — я начал осторожно говорить.

— Почему? — спросила девушка, не дав мне продолжить.

Тихий голос казался чуждым.

— Что почему? — спокойно спросил я.

— Почему это хорошо, Солрэн? — дрожащим голосом спросила девушка несмотря на меня. — Что в этом хорошего?

Я прошел в палату, закрыв за собой дверь, запоздало подумав о том, что ничего не принес для Рады.

— Что ты жива, Рада, и поправляешься.

— А Барнсар?

— Он вернулся к Великому Духу и начнет новую жизнь.

Волшебница опустила взгляд в пол, подтянув к себе колени и обняв их.

— Что-то это не слишком утешает.

— Да, — киваю, подходя ближе, — это так. Но если ты думаешь, что есть какие-то слова, от которых тебе вдруг станет легче, то ошибаешься, их нет, — горько улыбнулся я. Мне самому доводилось проходить через что-то похожее. — Но со временем станет легче.

— Да, — Рада прикрыла глаза. — Ты не первый, кто мне это сказал.

— Знаешь, — я присел на край подоконника, следя как капли стекают по стеклу, образуя своеобразные дорожки. — Когда один из моих друзей погиб в бою, меня мучила мысль… Почему он, а не я?

Девушка заглянула в мои глаза в ожидании. А я не сразу смог продолжить, какое-то время переживая нахлынувшие воспоминания.

— Мой командир тогда подошел ко мне, чтобы подбодрить… — произнес я после небольшой паузы. — Он говорил, чтобы я не винил себя. Говорил о том, что если бы погиб сам, то единственное что бы он хотел передать своим друзьям и товарищам — не беспокоиться, ведь ему больше не больно, и все в том же духе… — вздохнул я, непроизвольно сжав кулак. — Чтобы они за него выпили и жили дальше.

Рада несколько секунд молчала, ожидая продолжения, а затем спросила:

— И ты выпил за него?

— Да, — киваю. — Несколько раз.

— Помогло?

Образовалась тягостная пауза, я повернулся и встретился со взглядом волшебницы. Там, за зеркалами души, читалось много разных, отчасти противоречивых, эмоций и переживаний. Мне было искренне ее жаль. Отчего еще острее ощущалась собственная ошибка.

— Да, — коротко кивнул я. — Боль немного притупилась, вытесненная всем остальным.

О том, что это помогает далеко не всем, я говорить не стал. Умолчал и о том, что эта боль будет всегда с тобой, как бы ты ни старался. Ни к чему ей сейчас знать об этом. Такое лучше переживать на собственном примере, чем полагаться на кого-то, перекладывая часть душевной ноши на его плечи.

— Дядя Барнсара, — сказала Рада, вновь отвернувшись к окну, — вернувшись из военного похода, тоже какое-то время не вылезал из кабаков, а потом успокоился.

— Дядя? — заинтересовался я. — Не Илберт, случайно?

— Да, — удивленно посмотрела на меня девушка. — Откуда ты…?

— Познакомился с ним сегодня, — я непроизвольно поморщился. — Не могу сказать, что рад этому.

— Ты не имперец, — пожала плечами Рада. — А дядя немного недоверчив к новым людям и тем более не гражданам нашего государства. Есть насчет этого у него какой-то пунктик.

— Повторю тебе то же, что сказал госпоже Ноле, — хмыкнул я. — Немного?

— Мы привыкли, — Рада чуть улыбнулась, совсем чуть-чуть, краешками губ.

В дверь, прерывая наш разговор, постучали.

— Да, войдите, — откликнулась Рада.

Из-за открывшейся двери выглянул Зак. Маг Жизни выглядел уставшим и хмурым. Он при любых обстоятельствах на первое место ставил свои обязанности. Мне, как никому другому, известно, что Зак не поедет домой, пока не закончит с последним пациентом.

— Рада, вам нужен отдых! — врач сразу подошел к ней, бесцеремонно отодвинув меня в сторону. Впрочем, я и сам уже сделал шаг в сторону, видя с какой решимостью он двинулся к девушке. — Как бы вы себя ни ощущали, организм еще слаб…

И пока Рада терпеливо переносила внеплановый осмотр, я оглянулся на дверь, Зак пришел не один. В проходе в палату стоял молодой маг в эффектном фраке, на котором не было ни пылинки. Холеное лицо играло дружелюбной улыбкой, руки держали трость из темного дерева.

— Прошу прощения за навязчивое вторжение, — чуть склонился он, показательно закрывая за собой дверь.

Рада поспешно спрятала ноги в полах халата. Зака она не стеснялась, а вот от незнакомца укрылась.

— Отвернитесь и дайте мне вернуться в кровать, — строго произнесла она, скрывая свое смущение.

— Конечно, госпожа Талсодан, — гость тут же выполнил требование, отвернувшись к стене. — К тому же вам совершенно нечего стесняться. Вы просто живое воплощение Асиры Кассан.

— Кого? — не поняла девушка, устраиваясь на кровати и скрываясь под одеялом.

Я напряг память, продолжая рассматривать незнакомца.

— Асира Кассан. Мифическая царица древнего Дэллерона. По легендам она имела внеземную красоту и острейший ум, — сказал я, вместо уже почти готового отвечать на вопрос мужчины. — А также была непревзойденной волшебницей, в которую влюбился языческий бог Шеннох, даровавший ей силу и магию, недоступную смертным. Первая известная в истории женщина-маг. По крайней мере, с ней связано самое древнее упоминание о волшебницах в исторических хрониках. Если подумать, — я окинул свою знакомую внимательным взглядом, — сравнение более чем уместно.

— Именно так, — подтвердил незнакомец уже развернувшись.

Рада чуть покраснела, что было заметно из-за ее бледности, но заговорила спокойно:

— Благодарю за эти слова. И все же кто вы?

Гость повернулся, легким движением достав из кармана удостоверение.

— Девятый Отдел Имперской Канцелярии, — пусть произносил он это вполне доброжелательно, но, казалось, что после этих слов в палате стало заметно прохладней. — Своего имени, простите, назвать не могу, — извиняясь, развел руками мужчина, — такая работа. Титулы должности и регалии вам, поверьте, ни к чему.

В кожаном портмоне хранилась массивная металлическая эмблема — герб империи и большая цифра девять. Рада подобралась и напряглась, Зак и так знал, кем является незваный гость, а я же понял, что слегка сел в лужу со своими знаниями. Об имперской канцелярии я знал, но понятия не имел, какие там имеются отделы и чем они заняты. Впрочем, об этом не подозревает и большинство граждан Империи, получая информацию в основном из слухов.

— Чем обязаны вашим вниманием? — осторожно спросил я.

— Все достаточно просто, — имперец лучился добродушием, все так же улыбаясь. — Отдел, в котором я имею честь состоять, занимается случаями незаконного применения магии, с целями… Скажем так, нас интересуют попытки некоторых личностей получить силу, серьезно выходящую за пределы дарованной изначально, с нарушением в процессе всех возможных этических и моральных норм. Это, знаете ли, бывает довольно… хлопотно. С подобным, как я знаю, вы столкнулись дважды за короткое время.

Рада нахмурилась:

— Вы среагировали… — на языке у нее явно крутились обвинения в нерасторопности, но она побоялась озвучивать их, выразившись более обтекаемо, — не сразу…

— Да, к сожалению, — признал гость. — Но пока до канцелярии дошли отчеты, пока их передали в наш отдел… Я прибыл так быстро, как смог. Но вернемся к делу, — отдернул мужчина воротник своего фрака. — Мистер Эрлоу, — он кивнул Заку. — Прошу вас, расскажите нам о результатах вскрытия.

Зак не выказал ни малейшего энтузиазма от исполнения этой просьбы.

— А эта информация не… секретна? — спросил маг Жизни.

— Нет, не секретна, — заверил имперец. — Но я бы никому не советовал излишне рьяно ее распространять. Скажем так, — смотрел при этих словам он почему-то на меня, — роду Эвверан ее знать не запрещено, но я надеюсь, что дальше эти знания не пойдут, — сопровождалось это недвусмысленным взглядом, от которого мне стало очень неуютно. — Итак?

— Хорошо, — кивнул врач, посмотрев на Раду и меня. — Во-первых, существо, которое убило Барнсара Эвверана, было не совсем живым. Это точно не нежить в привычном понимании, скорее некий…