Наследник от Тирана (СИ) - Ридель Ада - Страница 2

Я даже убежать не могу.

Пыталась… один раз. Неуспешно.

И зря я это сделала. Только сильнее разозлила Тимура.

Я до сих пор помню тот день. Спустя месяц после неудавшегося побега. Роды у меня принимали дома, в обустроенной для этого комнате.

– Дайте мне этого ребёнка.

Сквозь сон прорывается этот голос. Голос мужчины, который испортил всё.

Распахиваю глаза, слышу плач моей новорождённой дочери.

Привстаю, смотрю на то, как Багров пытается взять малышку на руки.

– Не смей к ней прикасаться! – кричу, понимая, что сейчас он сможет сделать с ней всё, что угодно.

– А то что, Милана? – усмехается. – Боишься, что сделаю с ней что-нибудь? Я могу, но…

Кислорода резко начинает не хватать. Задыхаюсь от одних только слов.

– Этот ребёнок нужен мне. Я оставлю его в живых. До некоторых пор… Он также умрёт, если ты вдруг решишься убежать. Попросить помощи у моего брата.

Самир Хаджиев и Тимур Багров – братья, хоть и неродные; у них большая разница в возрасте. Они совершенно разные, но похожи одним. Своей жестокостью. И если Самир бы никогда не стал шантажировать меня ребёнком, то Багров… делает это.

В некоторые моменты я думала, что как только увижу Хаджиева в обществе, попрошу у него помощи. Расскажу ему про дочь, но…

Как назло, на такие мероприятия я выходила нечасто. А если и выдавались такие случаи, губернатор на таких мероприятиях не появлялся. И Тимур как будто знал об этом, поэтому брал меня с собой.

Столько времени хотела увидеть Самира. Задавалась вопросами, почему он не заходит к брату. Почему даже не пытается отомстить мне за тот случай?

Он просто забил.

Тогда я пришла к такому выводу.

Он ненавидит меня за то, что я убила нашего ребёнка.

Но ведь Кама жива. В опасности, каждый день как на пороховой бочке.

А сейчас он говорит эти слова…

– Не скрывалась? – усмехается. – Не держи меня за придурка, Милана. Не ты ли пряталась восемь месяцев прежде, чем появиться с моим братом под ручку? Я всё знаю. Прекрасно осознавал, что такая дурочка, как ты, сама не пошла бы на аборт. Жизнь потерять боишься. Но в сговоре с Тимуром… Вполне.

Что он говорит?..

Он думает, что я с ним в сговоре?

Но это ведь не так!

– Знаешь, почему я не обращал на тебя внимания раньше? Боялся сорваться. Пытался остыть. Простить тебе смерть нашего сына. Выходило плохо. Думал, быстро пройдёт, но ты, как самая настоящая зараза под кожу залезла и не выходишь оттуда.

Впервые Самир настолько откровенен и многословен.

За те три месяца, что мы жили в одном доме, я ни разу не видела его таким. Да он даже в последнюю нашу встречу, когда я сказала об аборте… Был не так эмоционален.

Его так сильно задело это? Что он впервые полюбил, а я предала его?

– Остыл, наконец. Как видишь, не ломаю твою шейку. Ты знаешь, чем тебе обернётся это, Милана? Ты связалась с моим братом, чтобы уничтожить меня? И как, вышло?

– Всё было не так, – выдыхаю. – Я не скрывалась. Наоборот, хотела найти тебя, но у меня не было возможности. Попросить о помощи…

В голове сумбур.

Слова перемешиваются.

Я не видела его… Долго.

Не чувствовала его запах, кожу под пальцами.

И сейчас теряюсь.

– Но… Он шантажировал меня. Угрожал мне, и…

Я смотрю ему за спину и вижу Тимура. Он стоит у шатра. И хоть между нами достаточное расстояние, я вижу это выражение лица. Желающее убивать. Пышущее угрозой и предупреждением.

Идёт в нашу сторону.

И пока он не сделал это, я сжимаю руку тирана, ради которого пошла на всё это.

– Что же ты в дом брата ни разу за это время не приехал? – поднимаю на него кричащий от ненависти взгляд. – Даже когда узнал после светских новостей, что мы вместе, а? Приезжай в его дом. Завтра. И я покажу тебе правду.

Я отталкиваю его в надежде, что он приедет.

 Багров уже рядом.

Просто покажу ему дочь! Она вся пошла в него!

– Брат! Что же ты мою невесту к себе прижимаешь? – подходит к нам. Метает на меня зоркий и горящий взгляд.

– Соскучился, – цедит сквозь зубы. – Ревнуешь? Нет смысла. Я не любитель пользованных.

Глаза становятся как два блюдца.

Что он имеет в виду?...

Он ведь был у меня первым и последним.

И я даже не хочу спорить с этим.

Убегаю как можно дальше.

Грудь на куски разрывается.

Всё вышло так, как я и не хотела. Он не поверил, послал меня, оскорбил.

Он ведь не знает, что я сделала это для нас. Чтобы наша девочка выжила.

Чтобы выжил он.

Но он никогда мне не поверит. Вряд ли он даже перешагнёт порог дома Багрова. Он его ненавидит. Не скрывает это. Оскорбляет его у меня на виду. У них явно натянутые отношения.

И я снова понимаю, что всё бесполезно.

Возвращаюсь обратно в шатёр. Думаю вернуться на люди как можно быстрее, тогда Багров мне ничего не сделает. Но не успеваю. Он хватает меня за руку, притягивает на себя и отводит меня в сторону.

– Что ты ему сказала? – спрашивает пока спокойно. Челюсти плотно стиснуты, а глаза метают молнии.

Волнуется?

– Ничего, – говорю правду. – У тебя моя дочь. Я не стану рисковать.

Давно бы ему всё рассказала, но… Нет. Я не могу так рисковать моей девочкой.

Тимур довольно улыбается, хлопает меня по макушке. Показывает, какая я хорошая.

– Молодец, – хвалит как дрессированного щенка. – Верю тебе. Пойдём обратно.

Он тянет меня за собой, я не сопротивляюсь. И мы снова оказываемся в шатре.

Я ничего вокруг не слышу, не вижу. Пью воду от жары и из-за нехорошего состояния.

После встречи с Самиром мне не по себе. Особенно от того, что он сидит где-то рядом. Как и его жена.

Но не она волнует меня. Не она заставляет частички надежды потухать.

Самир не верит мне. Считает соучастницей.

И я не знаю, как его переубедить.

Могу только одним. Надеюсь, что завтра он увидит мою дочь. Сопоставит факты, возраст. И… Что-нибудь произойдёт?

Мы задерживаемся на скучном мероприятии недолго, уезжаем через час.

Я сразу же иду к дочери, играю с ней, укладываю спать и ложусь рядом. Хоть у меня и есть собственная комната, я предпочитаю спать с ней. Чтобы если вдруг Багрову… Что-то в голову взбредёт.

Надеюсь, что наутро Хаджиев только назло мне приедет к Багрову.

Но нет.

Он не приезжает.

Ни через день, ни через два.

Я уже отчаиваюсь.

Хорошо, что за эти дни ничего не происходит.

Или плохо.

Затишье перед бурей. Самое настоящее…

Сегодня выхожу из комнаты с Камиллой на руках и осматриваюсь по сторонам. Никого нет, угнетающая тишина. Иду по коридорам, решая спуститься вниз. Немного погулять с малышкой. А пока иду мимо комнат, кабинетов, неожиданно останавливаюсь.

Когда слышу…

Голос.

До боли знакомый.

– Я приехал к тебе как губернатор, – говорит Самир. Я застываю на месте, а малышка тем временем целует меня в щёку. – А не как брат.

Чуть на месте не подпрыгиваю от радости.

Он приехал!

Приехал!

Бегу обратно в комнату. Буквально на секунду, чтобы достать ручку и листок. Думаю оставить Камиллу здесь, но она закатывает истерику. И я понимаю, что лучше взять её с собой. Покажу её отцу. Возможно, когда он посмотрит на неё, увидит в ней себя?

Хотя даже если так и будет, он не примет мою дочь.

Я помню, что он говорил…

Что хочет только сына.

Только его.

Мне плевать. Я попробую. Хотя мне потом и влетит.

Пишу на листке несколько слов. Сминаю, убираю под длинный рукав тёмного платья. И быстрее бегу в кабинет к Багрову. Каме мой забег нравится. Она пыхтит, улюлюкает и буквально виснет на шее.

Я останавливаюсь, пытаюсь отдышаться. Через несколько секунд после этого влетаю в кабинет с громкими словами:

– Если ты ещё раз хоть пригрозишь мне…

Останавливаюсь театрально на пороге. Сжимаю свою девочку сильнее и смотрю на двух мужчин, сидящих друг напротив друга.