Наследник от Тирана (СИ) - Ридель Ада - Страница 21

И всё же, психую. Хватаю, вытаскиваю бумажку.

Бегаю взглядом по листу. Ищу то самое заветное слово.

Сердце в ушах барабанит.

А пальцы сильнее сжимают белый лист.

Натыкаюсь на заключение.

Замираю. Стискиваю зубы, не дыша.

Отрицательный.

Тест на отцовство…

Отрицательный.

Милана

– Что же ты всё в рот тянешь, – обеспокоенно смотрю на малышку. Я отлучилась на какую-то секунду! Не заметила, как малютка, опираясь о кровать, смахнула с неё заколку. И не могу её сейчас найти. Боюсь, что Кама проглотила.

– Да ну, не съела она ничего, – Лариса пытается утешить, но плохо получается.

– Удостоверюсь в этом, когда найду её, – не унимаюсь.

Отношу малышку в кроватку. И корю себя за то, что попросила Ларису помочь мне. Вот почему я не могла этого предугадать?

Опускаю малышку на мягкий матрас и убираюсь. Высматриваю проклятую заколку. Зачем я их вообще купила? Шла в подарок вместе с резиночками… Нужно было оставить всё, как и есть! А не делать тупые хвостики, чтобы Самир увидел их!

Осматриваю кровать – ничего не нахожу.

Уже думаю звонить в больницу.

Но вовремя нахожу их на тумбочке.

Падаю на кровать и тяжело выдыхаю.

Боже, я схожу с ума.

Я ведь не успела ещё их и распаковать. Видимо, сделала это в мыслях, а потом…

 Облегчённо прикрываю глаза.

– Нашлось?

– Да…

Вроде вот, сижу дома. Няня помогает. Но морально выматываюсь как никогда. В основном, из-за тревоги, беспокойства. Накручиваю себя постоянно.

Я не понимаю Самира от слова «вообще».

Приезжает редко.  То хочет интима, то не хочет.

Вроде, жить нормально начали. Как обычно всё. Чисто «спальные» отношения. Хоть бы сказал, когда приезжать будет. А то сделает это раз в неделю… Ой, да пошёл он.

Или я просто себе уже напридумывала многое.

Любовница я, не более. Вот и приезжает, когда хочет. Без предупреждений. А зачем? Пора жить своей жизнью, а не постоянно ждать его у дверей, как собачонка. И думать о нём перестать.

Да вот как?

Опять под сердцем его ребёнка ношу.

Наверное, гормоны снова играют, раз я злюсь на свои же мысли!

И жена меня его бесит, и сын!

Обозлённо бью ладонями по кровати.

– Не нервничайте так, Милана. Всё обошлось. Пойдёмте, чаю вам сделала. На травах. Успокоитесь. Что же вы как курица с яйцом... Только накручиваете себя. Пойдёмте, чайник согрелся.

Она права. Но не про Камиллу. А про Самира. Я накручиваю себя. Почему-то считаю себя большим, чем просто любовница. Но нет.

– Ты права, – устало усмехаюсь.

Встаю с кровати, иду на кухню.

Лариса делает нам чай.

– Мне лучше кофе, – с ним я хоть немного приду в норму.

– Может, чай? Всё же, с травками. Помогает лучше.

– Нет, кофе, – мотаю головой. – Если не выпью, чувствую, помру…

– Как скажете, – говорит и тянется за кофе. Я отворачиваюсь к окну, смотрю на охрану в машине… Опять там сидят. Не понимаю до сих пор, зачем? – Тут новый какой-то появился. Может, Филипп привёз?

Ну, подумаешь, любовница его сдохнет. Не беда же?

– Вот, держите.

Передо мной опускается чашка ароматного кофе.

Я вдыхаю умопомрачительный запах, обхватываю посуду пальцами и делаю первый глоток, обжигая язык.

– Так намного лучше, – расплываюсь в улыбке.

Мы говорим на разные темы, как и всегда.

Допив кофе, решаюсь на вторую кружку. Немного становится нехорошо. Голова болеть начинает, а тело в жар кидает. Давление? Да нет… Перед глазами немного кружится, и я отставляю кофе в сторону. Хватит с меня на сегодня. Видимо, перебрала.

Продолжаем разговор, пока Камилла не начинает плакать.

Я подскакиваю с места, и голова кружиться начинает.

Делаю неуверенный шаг, держась о стенку.

И не понимаю, в чём дело.

Почему всё плывёт?

Страшно становится. Сердце в ушах чечётку отбивает.

– Л-лариса? – сглатываю, чувствуя странное покалывание во всём теле.

Эй, я же не умру?

Нет же?

Кто будет с Камиллой?

Если я умру, кто о ней позаботится? Самир? Я не…

Ноги становятся ватными, подкашиваются.

Не могу закричать, только вздох изо рта вырывается. 

И под быстро бьющееся от паники сердце лечу вперёд. Прямо на пол, по пути теряя сознание…

***

В ушах шум.

Только пиликающий, раздражающий звук проникает через него.

Звук аппарата…

 Помню его ещё с детства. Мерзкий.

Открываю глаза. Делаю это не сразу. Веки словно налиты свинцом. Как и всё тело. С трудом шевелю пальцами, ничего не понимая.

Впереди – белый потолок.

В носу – запах спирта.

Осматриваюсь по сторонам, еле разбирая предметы.

Я в больнице…

Воспоминания болью отражаются в голове.

Кривлюсь, выпускаю стон боли, когда пытаюсь схватиться за виски. В руке что-то покалывает. Опускаю взгляд – капельница.

Я помню всё… Как малышка Кама заплакала, а я встала и… Упала.

Удар. Темнота.

А теперь смотрю на входящего в палату врача.

– Вы очнулись, – констатирует факт. – Как самочувствие?

– А… Так себе, – отвечаю сдавленно. – Где моя дочь?

Врач пожимает плечами.

– Не обладаю такой информацией.

Пульс ускоряется.

Опять пульсирующая боль в висках появляется.

Не знает…

А что, если с ней что-то случилось?

С ней же Лариса… наверняка, Лариса же?

– Речь сейчас о вас, а не о вашей дочери, – говорит строго. – А о вас.

Что?..

– А что со мной?

Я помню, как выпила кофе. Головокружение. Давление так ударило?

– Пока выясняем. Но ещё чуть-чуть, и вас бы не спасли. Откачивали.

В одну секунду меня словно электричеством бьёт. Когда до конца понимаю, что он сказал.

Ладонь сама опускается на ещё плоский живот.

Я была при смерти?

– Пока есть только предположения. Озвучить их не могу.

– Если меня откачали… – шепчу онемевшими губами, смотря на пальцы, лежащие на голубой ткани.

Я поднимаю взгляд на доктора. Смотрю на него, а на глазах слёзы наворачиваются.

– Что с ним? Что с моим ребёнком?..

Глава 15

– А, точно, – врач будто только сейчас понимает мои слова. Садится на стул рядом с кроватью. – Вы же были беременны.

«Были».

Одно слово, сокрушающее наповал. Лишающее и так недостающего воздуха, который ловлю губами.

Внутри что-то трескается.

Я узнала о беременности всего несколько дней назад, а сейчас… Её нет. Больше нет.

– Нет, вы меня неправильно поняли, простите, – начинает доктор, видимо, увидев моё лицо. – Я неправильно выразился. Я забыл о данном факте. Возраст.

Ничего не понимаю. Причем здесь возраст? Да, он седой, на лице куча морщин и даже обвисшая местами кожа. Но… В чём я его неправильно поняла?

– Вы и сейчас беременны. С плодом относительно всё в порядке, но придётся немного полежать у нас и прокапать вас.

Я чуть не плачу.

Старый ты… Да я сейчас жизнь собственную прокляла!

Чуть не начала рыдать в три ручья!

Хотя и делаю это, поглаживая плоский живот.

Даже уже почти ничего и не слышу из того, что говорит врач.

– Поэтому, как минимум, вы у нас на три дня. Меня зовут Пантелеев Павел Матвеевич. Я ваш лечащий врач. По всем вопросам ко мне.

Поднимаю голову, смотрю в глаза Павла, желая задать ему ещё несколько вопросов. Хотя мозг отказывается складывать буквы в слова.

– Кто привёз меня сюда?

Он хмурится от неожиданного и странного вопроса. Да, некорректно я выразилась, но хотя бы так…

– Двое мужчин. А что?

Двое… Значит, охрана?

Фух, Лариса с Камиллой.

– Нет, ничего, – мотаю головой.

– Не волнуйтесь. Мы перевели вас в персональную палату. У нас тут не частная клиника, но всё же, – усмехается, чуть расслабляя атмосферу. – Лечение ваше оплатили…

Он заминается на секунду.

– Губернатор, – из его рта это звучит странно. – Я так понимаю, вы знакомы?