Остаюсь твоей (СИ) - Султан Лия - Страница 40

— О Господи! — Яся закатила глаза, а потом на нее нахлынула новая волна.

— Я понял! Я сейчас!

До мужчины, наконец дошла жизненно важная информация. Он вылетел из ванной с криком: "Никуда не уходи! Я быстро!" А Яся склонилась над белым ободком и простанала:

— Куда я теперь денусь?

Дорогие мои, завтра утром опубликую эпилог, где мы узнаем, что там за Киндер-сюрприз у Яси, а также встретимся с другими героями книги.

И завтра же я выложу первую главу новой истории. Очень надеюсь, что она вам понравится..

Эпилог

Девять месяцев спустя

— Божечки, ну что за щечки у этого красавца?! Так бы и съела. Какой лапочка! — тихо умилялась Карина, пока маленький Андрюша посапывал в люльке. — Ты, мать, просто ксерокс. Это же вылитый Назаров!

Карина прижала ладошки к щекам и перевела взгляд с младенца на счастливую подругу.

— А помнишь, ты очень давно мне сказала, что хотела родить Артёму сына, чтобы у него были такие же русые волосы и зеленые глаза?

— Конечно, помню, — улыбнулась Яся и показала рукой на малыша. — Вот, план выполнен.

— Обалдеть! Тебе только 32, а у тебя дочь-подросток и новорожденный сын! — ахнула Карина. — Я только сейчас поняла, что твоих детей зовут Малика Нурлановна Смагулова и Андрей Артёмович Назаров!

— Да, у нас интернациональная семья, — тихонько засмеялась Яся и указала на беременный животик Карины. — А ты решила, как назовешь свое чудо?

— Ты что? Мы еще гендер-пати не провели. Вот узнаем, кто у нас, тогда будем думать! — подружка погладила свой животик и села на край кровати. — Ох, не могу. Эти оттеки меня убивают!

Глядя на Карину, Яся вспомнила, как проходила ее вторая беременность. Это было время радости, нежности и наслаждения. Правда, только со второго триместра. Потому что первые месяцы малыш отрывался по полной программе, заставляя мать загибаться от страшного токсикоза. Ясмина ела только хлеб с маслом и пила воду. Все остальное — в расход. В желудке ничего не задерживалось, от запахов тошнило и выворачивало, а готовка превратилась в настоящий ад. Поэтому какое-то время спасались либо доставкой, либо тетя Надя передавала еду через Артёма или привозила сама. В конце концов, Ясмине пришлось ставить капельницы. Прошло немного времени, и токсикоз отступил, а будущая мама снова вошла в строй.

Во время беременности жены Артем был хуже матери-наседки: сам отвозил и забирал жену, строго следил за тем, чтобы она во время принимала витамины, ходил с ней на все скрининги. И вместе они узнали, что в новом году у них родится мальчик.

Ясмину умиляла его забота и постоянные вопросы:

— Не холодно? Не жарко?

— Тебе чего-нибудь хочется? Вчера ты просила купить китайской лапши. Сегодня тоже?

— А на солененькое не тянет?

И Яся, смеясь, отвечала:

— Не холодно, нормально.

— Неее, китайской лапшички не хочется. Хочу селедочки и мороженного.

— Тёма, успокойся! Не тянет меня на соленые огурцы.

Перед рождением малыша Артём, Ясмина и Малика переехали в новую квартиру. В старую он не хотел приводить жену и дочь, ведь до этого там хозяйничала Марина. Она, кстати, уехала в большое путешествие по Азии, чтобы понять, как жить дальше. Говорила, что хочет, как героиня Джулии Робертс из фильма «Ешь. Молись. Люби» познать и найти себя. Ее дядя Сан Саныч отнесся к этому скептически, но сказал: «Чем бы дитя не тешилось, лишь бы не уголовка». В общем, укатила Маришка далеко и надолго.

Когда у Ясмины начались схватки на 38 неделе, Артём отвез ее в роддом и через несколько часов увидел своими глазами чудо рождения новой жизни. Своего сына — Андрея Артёмовича.

Малика рождение младшего брата встретила с радостью. Они с Артёмом подружились, и он все-таки показал ей свою мастерскую и детейлинг центр. Девочка в свойственной ей манере быстро со всеми подружилась и всех покорила. Она обожала машины и умоляла Артёма научить ее водить. На уговоры мамы ушёл месяц, после чего она сдалась и разрешила. Правда, только на автодроме, и только под присмотром мужа.

Дочь по-прежнему ездила к отцу. Только теперь не в больницу, а домой. После аварии Нурлан передвигался на инвалидном крессе и готовился к операции на позвоночнике, которую могли сделать в Турции. Эта процедура была его единственной надеждой встать на ноги. Кто знает, может когда-нибудь это произойдет. Ясмина так и не навестила бывшего мужа. Изображать мать Терезу не было ни сил, ни желания. Достаточно того, что мать и жена ходили за ним по пятам, и чуть ли не с ложечки кормили. Это его страшно раздражало, он устраивал скандалы, после которых Зарина убегала в слезах, а у матери поднималось давление. Отец и брат старались вразумить Нурика, просили не ставить на себе крест, но он не хотел их слушать и продолжал смаковать свою боль и разочарование. Практически все время он проводил дома, но иногда Малика с младшим братом Асланом, гуляли с ним в роще. Трагедия сделала свое дело — неожиданно для всех именно после нее Нурлан сблизился со своими детьми, которых раньше не замечал.

Кайрат и Енлик все-таки поженились. И надо отдать должное армейскому другу Артема, он поступил, как мужчина и все сделал правильно. Так как о матери Енлик — Гуле — до сих пор ничего не было известно, сваты пришли в дом Айман и Ильшата. Там же провели обряд «сырга салу» — надели на девушку золотые серьги. Это означало, что невеста засватана и фактически вхожа в семью жениха. Енлик было неудобно видеть, как дядя и тетя тратят на нее свои сбережения, ведь всем этим должны заниматься родители девушки. Но Айман и Ильшат сказали племяннице, что для их будет большим счастьем провести для нее проводы невесты — «Кыз Узату». И куда им еще тратить деньги, если не на них? И хотя у пары не было своих детей, Ясмин, Енлик и Ермек стали для них родными. А те в свою очередь знали: что бы не случилось, у тети и дяди их всегда ждут и любят.

Свадьба младшей сестры особенно растрогала Ясмину. Именно она надела на Енлик саукеле — свадебный головной убор невесты. Затем девушка поцеловала сестру, тетю и дядю и ступила на белую дорожку «ак жол». Пройдя по ней, Енлик окончательно прощалась с отчим домом и переходила в дом жениха. Кайрат ждал свою невесту на другом конце полотна, и после окончания обряда забрал ее к себе.

Но на этом праздник не закончился, потому что на следующий день все собрались на большой той — свадьбу, которую делала сторона жениха. Ее называют «Беташар». Во время обряда знакомства невесты с родней мужа, ее лицо закрыли белой фатой. Певец-импровизатор играл на национальном музыкальном инструменте — домбре, и в стихах представлял родственников, которым Енлик должна была поклониться. Гости подходили ближе и оставляли на подносе рядом с акыном «коримдик» — деньги за погляд. В конце церемонии он же поднял фату грифом своей домбры, показывая всем, как выглядит прекрасная невеста.

Когда Яся училась в школе, она хотела, чтобы ее забрали из отчего дома правильно, согласно традициям. Но судьба преподнесла ей неприятный сюрприз. А затем еще один, и еще. Жизнь проверяла хрупкую девушку на прочность, гадая, сколько испытаний она сможет вынести. И ведь вынесла. Ей было всего 32, а она чувствовала себя старше. Словно полвека уже прожила. На самом же деле именно сейчас перед ней расстилалась та самая белая дорожка «ак жол». И она прошлась по ней с гордо поднятой головой, не оборачиваясь назад.

***

Комнату освещал мягкий свет ночника. На большой кровати лежали трое: Ясмина, Артём, а между ними Андрюша. Яся только покормила сына и тихо пела ему колыбельную, проводя подушечкой указательного пальца по его крошечному носику. Малыш уже закрыл глазки и сладко улыбнулся. Есть такое поверье, что если новорожденный во сне улыбается или смеется, значит, с ним говорят его предки-ангелы.

Артём лежал на боку, подперев голову рукой. Он любовался женой, понимая, что его чувства к ней с каждым днем становятся все больше и больше. Его Яся — это девочка, которая краснела и наспех собирала разбросанные книжки. Это влюбленная девушка, подарившая ему свой первый поцелуй. Это сильная, но все-таки слабая женщина, за которую он мог бы убить и умереть сам. Это все она.