Опасное притяжение (СИ) - Джель Тина - Страница 45

— Да — отвечает, а я улыбаюсь.

Как я раньше не догадалась?

— Почему?

— Хотел подстраховаться. Там действительно было не всё чисто, — прижимает опять. — Очень тогда боялся за тебя. Надеялся, что она, если что-то случится, сможет тебе помочь. Других искал. Но ты непослушная, не удалось мне тебя уговорить… — усмехается и гладит по голове, как всегда…

Целую его в грудь, в знак благодарности…

— Почему ты не уехал? — у меня слипаются глаза, но я так соскучилась и у меня так много вопросов…

— Потому что не мог без тебя…и не смогу уже…никогда… — он тоже устал сегодня.

— Вы общаетесь?

— Да… — но меня это не останавливает и его не останавливает.

Я больше не сомневаюсь в себе. В нём не сомневаюсь. Ни в чём не сомневаюсь. Как будто я долго-долго бродила в потёмках и, наконец, вышла на свет. Он — мой свет.

Уснули, когда начало всходить солнце. Он обвил меня руками и ногами и крепко прижал к себе. Я думала, что я не смогу так — отвыкла за год спать в таком коконе. Но я уснула, почти сразу. Просто провалилась в сон, уткнувшись носом в его грудь, вдыхая умопомрачительный запах его тела и открыла глаза только днём…

Его нет — паника.

Подскакиваю с кровати и прислушиваюсь: тихий шорох на кухне — расслабляюсь. Он не хотел меня будить.

Натягиваю футболку и иду к нему.

Он стоит у окна, одетый. Разворачивается сразу на шум и улыбается. Мне не нравится его улыбка. Я молча сажусь на стул и жду…

Он опускается передо мной на корточки и целует мои коленки. Медленно целует. Сначала одну, потом другую. Берёт мои руки, закрывает ими своё лицо, как тогда, когда я приезжала к нему на свидание. Дышит в них, дышит, надышаться не может… Целует их, пальчики целует. Его руки дрожат. Или это я дрожу сейчас? Не разобрать…

— Катюш, — поднимает голову, — ты должна знать, что всё, что между нами сегодня было, для меня очень важно и останется со мной навсегда. — я ничего не понимаю, но слёзы начинают прокладывать влажные дорожки по моим щекам. — Я с ума по тебе схожу, ты это знаешь, — говорит не своим голосом. — Но делить тебя никогда и ни с кем не буду… не смогу. Сегодня я тебя отпущу, если ты решишь уйти. Завтра — нет.

Встаёт и выходит…

Очухиваюсь и что есть мочи ору ему вслед: — только попробуй уйти! — но уже поздно. Дверь тихо защёлкивается за его спиной.

Подхватываю чашку с капучино, которую он мне поставил на стол, намереваясь запустить её в дверь. Останавливаюсь, в последний момент, и с грохотом ставлю её на стол, разливая половину.

Не понимаю ничего…

Глава 36

Громкий стук в дверь…

Даже не звонок — стук.

Я в бешенстве. Так со мной ещё никто не шутил…

Глаза застилает пелена. То ли от слёз, то ли от злости. Делаю глоток из чашки и бросаю её в раковину — вдребезги.

Шарю глазами по столу, пытаясь отыскать ещё что-нибудь, чтобы выпустить пар, но на столе ничего — идеальный порядок. Всё, как я люблю. Он что встал и навёл мне здесь чистоту, после вчерашнего, чтобы потом устроить вот это?

Начинаю метаться по кухне, не в состоянии справиться с эмоциями, которые мешают мне сейчас думать и принимать адекватные решения: я не могу ему это спустить с рук просто так и не открыть я ему не могу тоже…

Под очередной громкий стук, лечу в комнату и дрожащими от злости руками, пытаюсь натянуть на себя трусы. Они перекручиваются и не хотят надеваться, как положено. От этого нервничаю ещё больше. Наконец, справляюсь с задачей и почти бегу в коридор…

Распахиваю с шумом дверь, сжимая кулаки, представляя, как я сейчас на него наброшусь…

Стопор…

Это не он…

— Катенька, девочка моя, — его голос дрожит, но как и раньше, лишает меня способности мыслить. — Иди ко мне, — протягивает руки и глаза его загораются адским пламенем. А я застываю, теряя остатки разума…

Моргаю, чтобы сбросить морок и делаю шаг назад. Не в силах оторвать от него глаз.

Он безумно красив: его, сильно отросшие за это время, тёмные, почти чёрные волосы, убраны в небрежный хвост. Загар красиво оттеняет его невероятные глаза, делая их ещё опаснее. Из под коротких рукавов футболки выглядывают татуировки, которых у него никогда не было. Он вырос, возмужал, превратился в сногсшибательного мужчину, способного свести с ума кого угодно…

Только не меня…

— Что ты здесь делаешь? — хриплю.

— За тобой приехал, — закрывает дверь и делает шаг в мою сторону.

— Ты меня бросил, — шагаю назад.

— Неправда. Я всегда говорил, что вернусь за тобой… — ещё шаг ко мне.

— Ты предал меня, — отступаю…

— Никогда… — громко сглатывает и делает ещё один шаг в мою сторону, разглядывая меня горящими глазами. — Ты стала ещё красивее… — дыхание его учащается. — Катенька, девочка моя, ты же знаешь, как я тебя люблю… Знаешь?

Его слова действуют на меня как заклинание, на каком-то подсознательном уровне: я задыхаюсь, начинаю дышать через рот, как рыба выброшенная на сушу. Ноги больше меня не слушаются, голова кружится. Я проваливаюсь в какую-то параллельную реальность…

«Самая сладкая девочка на свете… Катенька моя…» — это сон: сладкий, горький. Давно мною забытый…

Там, во сне, он целует меня так нежно, почти невесомо… Только он так умеет…

Не хочу просыпаться. Так хорошо мне…

Утыкаюсь носом в его грудь, обнимаю его, дышу, громко втягивая его запах…

Это не он — простреливает мой затуманенный мозг.

Это не он — начинаю выпутываться из его рук и ору изо всех сил:

— Ты спал с ней? — получается так, неожиданно, громко, что он выпускает меня из рук.

Я смотрю на него и меня трясёт от злости. Его тоже… Никогда его таким не видела.

— Это всего лишь секс, — спокойно говорит, а в недоумении хлопаю глазами, не в состоянии подобрать слова, — я просто хотел тебя защитить…

— Сексом? — не могу его понять, но его признание, окончательно приводит меня в чувство. Я даже умудряюсь скривить губы в ухмылке…

— Катюш, это вообще ничего не значит. Для меня главное — ты. Я всегда любил только тебя, ты же знаешь это… — протягивает руки, но я отхожу.

— Твоя корова, хотела меня изуродовать и лишить возможности иметь детей… — начинаю опять злиться…

— Бред! Она даже не видела тебя никогда…

— Зато меня видели твои друзья и твой старший брат — повышаю голос. — Ты никогда не задумывался, почему я ходила по больницам после того, как они нас навещали? Не хочешь у них уточнить?

Завожусь не на шутку. Он немного растерян. Никогда не видел меня такой.

Мы не ругались с ним раньше никогда. Год, как медовый месяц прошёл. А сейчас стоим, смотрим друг на друга — искры так и летят в разные стороны, тушить только успевай.

— Я согласен на детей. Когда захочешь… — говорит абсолютно спокойно…

— Запрещённый приём, на мне его уже опробовали до тебя — не получится. — врываюсь ещё сильнее.

— Ты изменяла мне? — чуть подаётся в мою сторону с нескрываемым удивлением на лице.

— Тебя не было год! — делаю такое же, удивлённое, лицо, передразнивая его…

— Хорошо, согласен. Я виноват перед тобой. Готов всё забыть и начать сначала. Катюш, ты же знаешь, как я тебя…

— Я спала с твоим братом, — перебиваю его, — и это был не просто секс…

Он не дышит…только желваки по скулам бегают и глаза блестят странным блеском.

И я не дышу…

— Как ты узнала, что он там? Я не говорил ему — спрашивает с недовольным выражением лица, наконец, взяв себя в реки

Молчу…

— Я не отдам тебя ему, никогда. Он знает это. Ты моя и всегда будешь только моей…

— А меня ты забыл спросить?

Подходит ко мне вплотную. Мне больше некуда отходить: позади — стена. Берёт моё лицо в ладони и смотрит в глаза…Я смотрю на дно его океана и больше в нём не тону. Он мелкий для меня — по колено. Я видела другой… — глубже, интереснее, опаснее…

— Уходи, — шепчу одними губами, но он меня слышит…

— Я не забуду тебя, никогда… — шепчет в ответ…