Полное собрание рассказов - Воннегут-мл Курт - Страница 186

Часть I

Когда-то Эд Луби работал телохранителем у Аль Капоне, затем сам занялся контрабандой спиртного и сделал на этом неплохие деньги. Когда сухой закон отменили, Эд Луби вернулся в родные места, в старинный промышленный городишко Илиум, где купил несколько предприятий, в том числе и ресторан. Ресторан получил название «У Эда Луби» и славился на всю округу. На красной входной двери сиял бронзовый дверной молоток.

Однажды вечером, в семь часов, Харви и Клэр Эллиот постучали молотком в красную дверь, потому что она была закрыта. Эллиоты приехали из соседнего городка в тридцати милях отсюда, чтобы отпраздновать четырнадцатую годовщину свадьбы. Все предыдущие годовщины они отмечали в ресторане Эда Луби.

Детьми супругов Эллиот Бог не обидел, счастья тоже хватало, а вот с деньгами было туговато. И все-таки раз в год они позволяли себе пошиковать: разодевшись по-праздничному, доставали из сахарницы заветные двадцать долларов, приезжали в ресторан «У Эда Луби» и сорили деньгами, точно короли.

В ресторане горел свет и играла музыка. Стоянка была забита машинами, и все они выглядели гораздо новее старенького «универсала» Эллиотов, который разваливался на ходу. Ресторан явно работал, но красная дверь не поддавалась.

Харви еще немного поколотил по ней дверным молотком, и вдруг дверь распахнулась. На пороге стоял сам Эд Луби — злобный старик, совсем лысый, маленький и тяжелый, словно пуля 45-го калибра.

Эд Луби был в ярости.

— Какого черта вы в дверь колотите? Хотите гостей переполошить? — проскрежетал он.

— Что? — не понял Харви.

Луби выругался и посмотрел на молоток.

— Снять его сейчас же к чертовой матери! Что за тупость — молоток на дверях! — Он повернулся к стоявшему за спиной громиле. — Сними его прямо сейчас!

— Есть, сэр, — ответил громила и отправился за отверткой.

— Извините, мистер Луби, — вежливо сказал озадаченный Харви, — что, собственно, происходит?

— Что происходит? — повторил Луби. — Это я должен у вас спросить, что, собственно, происходит. — Он по-прежнему рассматривал молоток, игнорируя Харви и Клэр. — Что это вам в голову втемяшилось? Хэллоуин наступил, что ли? Пора надеть дурацкие костюмы и барабанить в дверь частного заведения, пока все там с ума не сошли от грохота?

Шуточка насчет дурацких костюмов явно предназначалась для того, чтобы задеть Клэр, и стрела попала в цель. Клэр очень чувствительно реагировала на замечания о своей внешности: не потому, что выглядела смешно, а потому, что платье сшила сама, а шубку взяла напрокат. На самом деле Клэр выглядела просто замечательно. Замечательно для тех, кто умеет разглядеть красоту — красоту, тронутую жизненными невзгодами. Клэр была стройная, нежная и невероятно жизнерадостная. Годы, тревоги и работа всего лишь оставили на ее лице легкий отпечаток постоянной усталости.

Харви Эллиот не сразу отреагировал на шпильку: он все еще пребывал в праздничном настроении, все неурядицы и вся низость будней на время отодвинулись. Харви не собирался обращать внимание ни на что плохое. Он хотел одного — войти в ресторан, где звучит музыка, где подают еду и напитки.

— Дверь не открывалась, — объяснил Харви. — Извините, мистер Луби. Просто дверь заклинило.

— Дверь не заклинило, она была заперта, — ответил Луби.

— Вы… вы что, закрылись? — неуверенно спросил Харви.

— Теперь здесь закрытый клуб, — заявил Луби. — У всех членов клуба есть ключ. У вас есть ключ?

— Нет… — признался Харви. — А как… как нам его получить?

— Заполните заявление, заплатите сто долларов и ждите решения комиссии, — объяснил Эд Луби. — Это занимает недели две, иногда месяц.

— Сто долларов! — воскликнул Харви.

— Знаете, ребята, я не думаю, что вам у нас понравится, — сказал Луби.

— Но мы же всегда отмечали у вас годовщину свадьбы, вот уже четырнадцать лет… — Харви почувствовал, что краснеет.

— Ну да, я знаю. Я вас очень хорошо помню.

— В самом деле? — с надеждой спросил Харви.

Теперь Луби повернулся к ним самой мерзкой стороной.

— Так ведь у тебя же куры денег не клюют, — сказал он Харви. — Ты мне как-то двадцать пять центов на чай дал. Мне, Луби, хозяину заведения, ты однажды дал целых двадцать пять центов. Разве можно забыть такого крутого парня?

Луби нетерпеливо взмахнул пухлой ручкой.

— Вы бы отошли с дороги, — обратился он к Харви и Клэр. — Пройти людям не даете. Не видите что ли, члены клуба хотят войти.

Харви и Клэр смиренно отступили назад.

К дверям величаво приблизились те самые члены клуба, которым они мешали пройти: муж и жена средних лет, пышнотелые, самодовольные, с лицами, неотличимыми друг от друга как два грошовых пирожка. Мужчина был одет в новый фрак. Зеленое вечернее платье и темная соболиная накидка делали женщину похожей на гусеницу.

— Добрый вечер, господин судья, — обратился к ним Луби. — Добрый вечер, миссис Уомплер.

Судья Уомплер держал в руке золотой ключ.

— А я-то надеялся им воспользоваться, — сказал судья.

— Пришлось открыть дверь для небольшого ремонта, — объяснил Луби.

— Понятно, — кивнул судья.

— Молоточек решили снять, — продолжал Луби. — А то приходят тут всякие, не хотят верить, что это закрытый клуб, и давай барабанить в дверь, всех гостей переполошили.

Судья и его супруга бросили на Харви и Клэр беглый взгляд, полный тошнотворного презрения.

— Так мы не первые прибыли? — спросил судья.

— Начальник полиции приехал час назад, — ответил Луби. — Доктор Уалдрон, Кэйт, Чарли, мэр — все уже в сборе.

— Прекрасно, — сказал судья и вошел вместе с женой в клуб.

Давешний громила, телохранитель Эда Луби, вернулся с отверткой.

— Эд, они все еще тебя достают? — спросил он и, не дожидаясь ответа, двинулся на Харви. — Давай-давай, малыш, проваливай.

— Харви, пойдем отсюда, — чуть не плача, попросила Клэр.

— Вот именно, проваливай! — заявил Луби. — Идите-ка лучше в дешевую забегаловку, там вам подадут на ужин отличный гамбургер за полтора доллара. А кофе хоть залейся, причем бесплатно. Оставьте им двадцать пять центов чаевых, и вас примут за миллионера.

Харви и Клэр вернулись к своей старенькой машине. Харви был так унижен и взбешен, что не осмеливался сесть за руль. Он сжал дрожащие руки в кулаки, мечтая придушить Эда Луби вместе с телохранителем.

Больше всего Харви донимала мысль о злосчастных чаевых.

— Четырнадцать лет назад… Наша первая годовщина. Тогда я дал этому паршивцу двадцать пять центов! И он до сих пор помнит!

— Он хозяин, имеет право сделать закрытый клуб, если хочет, — безразлично сказала Клэр.

Телохранитель Луби снял молоток и вместе с хозяином вошел внутрь, хлопнув большой красной дверью.

— Ну конечно, имеет! — бушевал Харви. — Разумеется, он имеет на это право! Но эта вонючая крыса не имеет права оскорблять людей!

— Да он просто больной, — сказала Клэр.

— Прекрасно! — Харви стукнул кулаками по приборной доске. — Больной, значит. Тогда давайте перестреляем всех таких больных, как Луби.

— Смотри, — сказала Клэр.

— На что? — спросил Харви. — Что я тут могу увидеть, от чего мне полегчает или, наоборот, еще сильнее затошнит?

— Просто посмотри на замечательных людей, которым повезло стать членами клуба.

Из такси вылезали двое в стельку пьяных пассажиров, мужчина и женщина. Пытаясь заплатить водителю, мужчина уронил мелочь и золотой ключ от дверей клуба. В поисках пропажи он встал на четвереньки. Его спутница, судя по виду, девица легкого поведения, прислонилась к машине, явно не в состоянии держаться на ногах без посторонней помощи.

Мужчина поднялся, с гордостью держа в руках ключ.

— Это ключ от самого дорогого клуба в Илиуме, — похвастался он водителю.

Собираясь заплатить, он обнаружил, что самая мелкая купюра в его кошелке — двадцать долларов. Сдачи у водителя не было.