"Фантастика 2023-93". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Артемьев Юрий - Страница 649

Такие уже оскорбления, которые позволяют себе, только, если очень уверены в своей безнаказанности.

С панцирем, сваренным по космическим технологиям, острие копья, конечно, не справляется, однако, это уже прямая угроза моей жизни и я перестаю сдерживаться.

Перехватываю копье за наконечником, дергаю его на себя и в сторону, легко подтаскивая упершегося крепыша поближе. Он обоими руками вцепился в короткое древко и пытается вырвать его изо всех своих сил из моего захвата двадцать второго уровня.

Я хлопаю ему левой ладонью по лбу, по косматой челке, стриженной под горшок и мужик улетает на несколько метров от меня, ноги у него подгибаются и он с размаху валится на пристань, гулко ударившись головой о доски причала.

Парень в вороненой кольчуге оторопело и возмущенно кричит, размахивается копьем на меня, только мой напарник не дремлет, бросает тяжелый нож ему в голову, специально попадая ручкой по затылку, ноги у того тоже подгибаются, копье упирается в землю перед мостками, и я выхватываю его из его ослабевших рук, так же добавляя хлопок ладонью по многострадальной головушке богатыря.

Глава 2

БОЙНЯ ОКОЛО ПРИСТАНИ

На раздавшиеся звуки ударов тут же сверху выглядывает притаившийся за забором еще один мальчишка и увидев лежащие неподвижно тела своих защитников, сразу исчезает, только слышно как быстро шлепают его бегущие ноги по лежащим на земле доскам или еще чему-то деревянному.

— Честно говоря, побежал он явно за дополнительной помощью, — замечает Норль, нагнувшись над лежащим парнем и расстегивая с того пояс.

— Думаешь, что уже стоит? — спрашиваю его я о том, что не рано ли он собирает трофеи.

— Не смеши меня, такое неуважение к местным воякам нам никто не простит. Вот увидишь, первый малец вызовет не больше десятка воев, а за вторым прибегут уже все мужики этого поселения.

— Похоже на ловушку, — подтверждаю и я, занимаясь тем же самым со своим противником, закидывая пояс и копье в нашу лодку.

— И мы в нее попали, — подтверждает Норль.

— Ну, не все так плохо, старина, — замечаю я, — У меня есть один весьма ценный, пусть и не полностью прокачанный навык — ОЦЕНКА и он говорит мне, что еще не все для нас потеряно.

— И что ты разобрал про этих красавцев? — интересуется напарник, начиная с недюжинной силой вытряхивать своего парня из вороненой кольчуги.

Я поступаю по его примеру и вскоре кольчуга летит в лодку, как не пытается сопротивляться моим сильным рукам облегчаемый крепыш.

— Уровни то у них есть, что о многом нам говорит про этот мир. У моего — аж третий, у твоего вот — только второй.

Норль фыркает и перестает стаскивать кольчугу с поднятого к своей груди парня, он бросает его на мостки, так что тот снова сильно прикладывается головой о доски.

Загибаясь от хохота, он мне кричит:

— Второй? Третий? Мы что, детей тут грабим? Мне уже стыдно! — но, кольчугу он упорно продолжает стаскивать, несмотря на уверения про стыд и позор, вскоре одерживает убедительную победу над непослушным, вяло сопротивляющимся телом и бросает ее в ту же лодку.

— Может прыгнем в лодку и поплывем отсюда? Пока ополчение не набежало. Тут, судя по размеру поселения, с полторы сотни крепких мужиков и парней найдется, — настроен приятель достаточно миролюбиво, и я даже удивляюсь ему:

— Не заболел случайно? Может, те грибы, которых ты набрал целую груду и слопал жареными в одиночку — лишили тебя боевого духа?

— Ну, что-то в твоих словах есть, посрать очень хочется, уже два часа как.

— Раз уж нам тут точно не обломится с ночлегом и пожрать как следует, предлагаю и остальных раздеть так же и уже потом удирать. Чтобы иметь больше оснований не чувствовать себя несправедливо обиженными…

— А ведь нас сильно обидели уже, — добавляю я.

Норль обдумывает мои слова, но, ответить не успевает.

Наверху я слышу, как стучат ноги бегущих к нам ополченцев по тонким стволам деревьев, заменяющих здесь тротуары, ими выложены и ступени наверх, примерно определяю их количество в шесть-восемь человек, о чем говорю приятелю:

— Бери лук и стрелы, Ученик великого Мастера! Ополчение местное уже собралось и сейчас спустится к нам, чтобы поделиться своей мудростью и исконной справедливостью с гостями незваными.

Из-за частокола и правда, густо валят вниз оружными местные жители, по широким ступеням они могут бежать по двое сразу, а чертов крепыш так и не пришел в себя, все так же вызывающе продолжает валяться, раскинув руки и ноги. Прямо подставляет нас своей позой, как будто мы какие-то беспредельщики и отморозки.

Второй пострадавший понемногу отползает с мостков в сторону и уже может невнятно разговаривать, призывая своим мычанием, переходящим в рычание, жестоко отомстить чужеземцам за такое бесчестье. Слов я не понимаю, конечно, но, общий смысл мычания мне понятен.

— Ну, посмотрим, на что ты способен, — Норль достает из-под мешков пару мечей из тех, что получше и бросает один мне, самый длинный и тяжелый. Второй вешает себе на пояс и поднимает лук, накладывая на него стрелу.

— Ты лучше на луке постой, у местных тоже лучники имеются, — уже командую я приятелю и сам считаю собравшихся напротив меня мужиков. Их шесть человек, и половина из них в кольчугах, четверо с такими же короткими копьями, еще пара держит уже натянутыми обычные охотничьи луки, целясь в нас с Норлем.

— Чужак! — так, все местные уже в курсе, что мы плохо говорим на их языке, этот коренастый взрослый мужик, поперек себя шире, приближается ко мне, придерживая пока раздвинутыми в стороны руками свою банду.

Ну, или охрану и защиту поселения, посмотрим, кем они себя теперь покажут.

Приближается и грозно так ревет, показывая, что он главный хищник под этим склоном, да и в поселении тоже самый сильный самец.

В одной руке у него копье, такая же вороненая кольчуга, похоже, огромного размера надета на крупное тело и выглядит он довольно серьезно в качестве соперника. Мощь и волевое лицо с парой больших шрамов издалека кричат, что сей муж огромной силы и немало в жизни повидал, много кого без проблем серьезных оставил на своем пути несчастными вдовами и сиротами убогими.

Мы окружены около своей лодки, пострадавшие от нас защитники подняты и задвинуты назад, за дружный строй и от немедленного нападения местных ополченцев удерживает только хороший лук в руках Норля и наложенная на него стрела, как и его решительное лицо.

Впрочем, не только это, еще я чувствую определенную неуверенность у главного среди этого деревенского ополчения. Он матерый такой мужик и много чего испытал уже в своей жизни, но, пока не может идентифицировать нас в своей системе координат опасных людей, и во многом поэтому опасается отдать команду о нападении. Хочет немного пообщаться и дать себе время как-то определиться, что делать.

А что ему делать лучше всего — это напасть как можно внезапнее, что я хорошо понимаю. Похоже, что его смущает наше спокойствие и то, что мы без каких-то заметных проблем побили его лучших людей.

Лучших — это потому, что крепыш выглядел солиднее всех остальных защитников поселения, кроме их вожака, а вороненная кольчуга второго явно самая дорогая опять же, кроме вожака, среди тех, кого я вижу перед собой.

Следует яростная речь, перемежаемая почти рычанием, в которой я понимаю только отдельные слова, но, общий смысл вполне понятен. За нападение на воинов селения мне и Норлю придется ответить по местным суровым законам и заплатить виру за причиненное бесчестье, побитых воинов и нарушение всего, чего только можно на этой пристани.

Край щита главарь еще не грызет, по причине отсутствия такого предмета в руках, но, состояние демонстрирует достаточно похожее. Очень себя распаляет и поддерживает своих воинов в таком возбужденном состоянии для храбрости, не иначе как.

Главный настойчиво несколько раз показывает мне рукой за спину, мол, обернись и согласись, что в лодке лежат наше оружие и доспехи, признай потом свою вину и готовься заплатить.