"Фантастика 2023-94". Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Ижевчанин Юрий - Страница 1104

Услышав это, Ян на мгновение остановился, со стоном закатил глаза, сообразив, что ему придется помимо парадного фрака надевать еще и бабочку, схватился за голову и ускорился в своем побеге от матери.

И дело было не только в том, что он терпеть не мог бабочки, запонки, пояса и все то, что предполагал на себя натягивать статус предстоящего мероприятия, но и в том, что существующие строгие правила регулировали всё, вплоть до того, какого цвета и фасона должны быть аксессуары. Например, те, кто собирались появится на балу в одиночестве, то есть, без сопровождения, должны были обозначать свой статус внешними элементами: мужчины — при помощи черной бабочки, женщины — повязывая или вплетая в волосы черные ленты. Таким образом окружающим демонстрировалось отсутствие пары и открытость к близким знакомствам с противоположным полом.

Но Ян категорически не желал никаких знакомств, ни близких, ни дальних! Ему хватало тех, что уже имелись, и к новым он не стремился в силу своего характера. Кроме того, вампир достаточно трезво смотрел на мир и прекрасно считывал мотивы окружающих, четко отделяя причину от следствия и крайне придирчиво выбирая тех, кому давал доступ в свою жизнь.

Он прекрасно понимал, что весь вечер на балу ему придется отбиваться, а точнее вежливо отговариваться от заботливых родителей, подсовывающих ему своих дочерей, от тетушек и дядюшек, зазывающих в гости на чашечку бренди, за которой непременно последует знакомство с какой-нибудь очередной племянницей, и от незамужних девиц всех мастей, родов и статусов, пытающихся подтолкнуть его к приглашению на танец.

И это была не просто надуманная фантазия, вызванная непомерно раздутым эго, а четкое осознание ситуации и её последствий, основанное на определенном жизненном опыте.

Вся эта так часто случающаяся вокруг его любящей уединение персоны суета провоцировалась не столько тем, что он — такой желанный объект для реализации чьих бы то ни было матримониальных планов, а тем, что таких, как он, то есть, молодых, обеспеченных и неженатых имелось в их сообществе немного. Не только среди вампиров, хотя они составляли подавляющее большинство присутствующих на балу, ведя являлись его основателями, но и среди остальных сверхъестественных созданий.

Бал Дождей — закрытое мероприятие, на которое невозможно попасть случайному человеку просто купив билет, ведь это не музей и не театральная постановка. Нет, на бал необходимо получить именное приглашение, которые начинают рассылать уже в марте и традиционно считается, что чем раньше ты получил красный конверт, запечатанный черным воском с двумя карточками внутри — белой и золотой, тем выше твой статус и тем дольше ты можешь раздумывать над ответом, но его обязательно необходимо дать, выслав по указанному на конверте адресу одну из карточек: белую — если подтверждаешь свое участие, золотую — если отказываешься.

Поговаривают, что отказавшись три раза подряд ты вовсе теряешь возможность впредь посещать бал, однако, это правило действовало скорее в отношении тех, кто получал пригласительные последними, то есть, были не так, чтобы особо важными гостями. Например, предыдущий Князь, отец Яна игнорировал приглашения на бал на протяжении нескольких десятков лет, а они все равно продолжали стабильно приходить в первых числах марта. И каждый раз почти в тот же день отправлялись в огонь, если его жена не успевала перехватить приглашения первой. Глава вампирского семейства, несмотря на все заявления мадам Ясмин о первом танце и щемящих душу воспоминаниях юности, не любил Бал Дождей не меньше Яна, утверждая, что сочетание блестящих платьев, корсетов, тиар, бриллиантов всех размеров и бесполезной светской болтовни провоцирует у него мигрень.

Каждый раз слыша подобные слова его дражайшая, лучшая и более клыкастая половина любезно напоминала любимому, что у вампиров не бывает головных болей.

Её супруг в свою очередь тут же сообщал, что тот отвратительный полонез, который пляшут пары — дебютанты, открывая бал, способен кого — угодно превратить в человека, а еще вызвать припадок эпилепсии, нервный тик и несварение одновременно.

На этом моменте мадам Ясмин соглашалась, что, да, полонез никуда не годится вот уже как несколько десятилетий. А мазурка так и вовсе откровенно плоха, и лучше бы её заменили на что-то, что не будет выглядеть как деревенский карнавал, проводящийся между курятником и загоном для свиней.

Метафора красочная и достаточно снобистская, как и сама мадам Ясмин, которая почему-то вдруг загорелась настойчивым желанием заставить сына явиться на бал.

Вампир, который успел не только покинуть замок, успешно избавившись от общества матери, но и добраться до конюшни, вдруг остановился и крепко задумался.

Ему неожиданно вспомнились слухи, которые достигли даже его ушей, хоть он и старался всеми силами отгородиться от подобных явлений, пресекая попытки перемыть окружающим косточки даже среди своей прислуги. Слухи были о том, что в ближайшем к его замку городе среди обычных людей тайно поселилась некая морская принцесса, которую почему — то никто не видел и лично её не знал, но про которую в последнее время вдруг начали все отчаянно судачить, веря, что она — не выдумка слишком впечатлительных местных кумушек. Члены их сверхъестественного сообщества болтали о ней с каждым днем все больше, рассуждая и предполагая, с чем связан внезапно обнаруженный факт обитания принцессы среди людей, который многим показался подозрительным, сбивающим с толку и даже немного пугающим. Ведь всем было хорошо известно, что правители пусть даже самых маленький королевств во все времена отчаянно берегли своих наследников. Потому что наследник — это продолжение рода, это преемственность власти, это сохранение привилегий семьи, а у королевских родов семьи, как правило, отнюдь не маленькие и каждый его член стремился к тому, чтобы удержать своё положение в обществе, залогом которого являлась сидящая на престоле родня.

Эта тема оказалась благодатной для тренировки воображения, а потому захватила умы большинства на многие недели. И чем ближе подходила дата проведения бала, тем яростней обсуждался вопрос — а появится ли на нем принцесса?

И если да, то как её узнать среди огромного количества гостей?

Первый раз услышав подобные россказни, Ян посмеялся, решив, что кто-то просто неудачно пошутил, а все поверили. Но после, в один из дней проходя мимо оранжереи по направлению к тренировочному залу, чтобы попрактиковаться с мечами, вампир услышал приглушенный разговор. И это сразу же его насторожило.

Оранжереей и огромным, прилегающим к ней садом, заведовала Аксинья — крупная женщина возрастом за пятьдесят, которую случайно обратили во время Жатвы. До нападения Аксинья была поварихой в детском саду и имела такой громкий, пробирающий аж до костей голос, что когда она заговаривала окружающие начинали вздрагивать и нервно оборачиваться, совсем впечатлительные — падать на колени, прикрывая голову руками, потому что голос статной мадам мог посоперничать с иерихонской трубой. Сама женщина свой своеобразный дар объясняла просто — громче всех звала деда Мороза на детских праздниках, потому что всегда верила в чудо. И однажды её вера в это самое чудо оправдалась, хотя кто — то, не такой оптимистично настроенный, как Аксинья, мог бы расценить это по-другому — как проклятье.

Молодой вампир, укусивший Аксинью, на самом деле целился не в неё, а в девушку которая шла по темному переулку в двух метрах впереди поварихи, имея намерение сделать девушку своей вечной спутницей. Но в его планы вмешалась Аксинья. Она каким-то невообразимым образом заметила стремительное приближение клыкастого, который собирался использовать тактику «налетел — укусил — улетел», и кинулась защищать его жертву буквально всем своим немалым телом. И как-то так получилось, что её шея попала прямиком под зубы вампира, не ожидавшего такого поворота событий, а потому не успевшего вовремя среагировать. В итоге девушка, благодаря Аксинье оставшаяся человеком, с визгами и воплями о помощи унеслась вперед. Вампир, быстро сообразив, что произошло, тоже поспешил убраться с места событий, а женщина зажимая рану рукой и ощущая усиливающуюся с каждой минутой слабость во всем теле отправилась домой. Там, едва зайдя в квартиру, она добралась до кровати и рухнула в постель, уснув непробудным сном на семьдесят два часа. Вернее, это поварихе показалось, будто она уснула. Уснула и видела тяжелые, липкие, кошмарные сны. На самом же деле, женщина умерла, а после воскресла, трансформировавшись в кое — что, совершенно иное.