Гороскоп для жениха (СИ) - Вагнер Лара - Страница 24

******

Мы вылезли из машины и направились в сторону стандартного двора на три дома, стоявших буквой «П». Отыскали нужный подъезд, позвонили по домофону в сорок девятую квартиру. Никто не отозвался.

— На работе сейчас все, Валер. И Платонов тоже. Лучше ближе к вечеру…

— Неохота тянуть до вечера, — Валера еще раз потыкал по кнопкам и обернулся. — Похоже, за нами наблюдают. Бабушки.

— Не такие уж они и бабушки.

Прямо напротив подъезда, на скамейке под липой расположились две пожилые дамы, одна из них в вязаной крючком шляпке. Дамы явно вели наблюдение за нашей подозрительной парой.

— Подойдем к ним, поспрашиваем?

— Давай попробуем.

Мы приблизились к скамейке, Валера включил все свое природное обаяние и заговорил:

— Здравствуйте. А вы не подскажете: Михаил из сорок девятой квартиры куда-то вышел? Может, заметили его? А то мы с ним по телефону договорились в это время встретиться. По домофону он не отвечает. По телефону тоже.

Дамы переглянулись. Та, что без шляпки, ответила:

— Мы сами только недавно ко двор вышли. Не видали Мишу. — Ее приятельница молча кивнула. — А зачем он вам понадобился?

— Мы по объявлению.

— Велосипед, что ли, свой продает?

— Не совсем. В общем, приехали, а его нет. Досадно. Он хотя бы по вечерам дома бывает?

— Да вот же он как раз, — сказала дама в шляпе. — Из магазина, наверное, едет.

В дальнем конце двора появился силуэт человека на элекросамокате. Плавно развернувшись, покатил в наше сторону. За спиной Платонова виднелся переполненный рюкзак, из которого торчало горлышко пластиковой бутылки и не полностью поместившийся внутри багет. Все бы прекрасно, вот только на портрет спутника Дианы Платонов не был похож совершенно. Этот низенький и уже начинающий лысеть толстячок, скорее, напоминал еще молодого Дэнни де Вито. Моментально стало ясно, что делать нам тут нечего. Однако ретироваться мы не успели, потому что дама в шляпке энергично махнула рукой и громко позвала:

— Миша, к тебе пришли!

Толстячок махнул в ответ, подкатил прямо к нам и эффектно притормозил.

— Здрасьте.

— Здравствуйте. Вы продаете принтер?

Он удивленно поднял брови.

— Какой принтер? Нет, не продаю.

— Ну как же, — изумился Валера. — Мы ведь с вами общались сегодня по телефону. Договорились, что мы подъедем…

— Впервые слышу.

— Михаил, улица Толоконникова семьдесят восемь?

Михаил добродушно усмехнулся:

— Это сорок восьмой дом. До семьдесят восьмого минут двадцать пешком идти. У нас на доме цифры мелкие, и номер висит высоко. Сразу и не разберешь. — Он поднял голову и посмотрел на номер дома, и правда, мелковатый. — Так что вы перепутали.

— Простите ради бога, — сконфуженно сказал Валера.

— Какие пустяки. Не за что.

Он лихо спрыгнул с самоката, пристегнул его к ограде, поправил рюкзак, кивнул нам на прощанье и проследовал свой подъезд. Мы раскланялись с двумя дамами и тоже отчалили.

— Было бы странно, если бы с первого раза повезло, — сказал Валера, захлопывая дверцу машины.

— Действительно.

— Такой лихой наездник… Забавно смотрится. Тоже, что ли, самокат прикупить? Ладно, погнали на свидание с Вячеславом.

Ехать предстояло недалеко. По обеим сторонам дороги проплывали дома, невысокие липы и разморенные июньской жарой прохожие…

Глава 25

— А почему к Вячеславу? — спросила я. — Это ведь Измайлов? Мы же вроде к Платонову сначала собирались.

— Я решил перекроить маршрут, — с деловым видом пояснил Валера. — Тут свернуть удобней. А потом сделаем большой круг по городу. Всех навестим в порядке очереди. Платоновым закончим.

— Как скажешь.

Подъезд дома, где проживал Вячеслав Измайлов, оказался открыт. Железную дверь подпирал кирпич, а изнутри доносился какой-то шум. Возле подъезда стояла грузовая «газель».

Мы зашли в подъезд. Возле лифта суетились двое парней в комбинезонах, загружали в кабину плоские картонные упаковки. Видимо, кому-то из жильцов привезли новую корпусную мебель.

— Ничего, прогуляемся пешком. Ждать не будем, — решил Валера и мы начали подниматься по лестнице.

В этом доме было по четыре квартиры на лестничной площадке. По две квартиры прятались за железными перегородками и мощными дверями, выкрашенными в тот же серо-голубой цвет, что и стены. Справа эти перегородки подходили к самой лестнице, а слева — находились подальше, возле лифта. Карабкаться пришлось на девятый этаж.

Наконец Валера позвонил в квартиру, находившуюся справа. Увы, на этот звонок и на следующие не было никакой реакции. Неужели зря тащились на такую высоту? Валера нажал кнопку другого звонка, от квартиры рядом. Со второй попытки нам ответили. Послышался поворот ключа, и еще одна железная дверь в полутьме тамбура приоткрылась.

— Кто там? — послышался недовольный голос

— Добрый день! Это к соседу вашему, Вячеславу Измайлову. Вы не подскажете, когда он сегодня будет?

— Откуда же я могу знать? Он мне не отчитывается.

— Может, подскажете, когда его в последний раз видели?

— А кто вы такой, чтобы я вам докладывала?!

Валера так выразительно скосил глаза, что я без лишних слов и указаний сообразила, что от меня требуется. Не поворачиваясь, сделала один шаг к лестнице и спустилась на пару ступенек. Окошечко в перегородке было таким узким, что находящаяся в своей квартире соседка меня не должна была заметить.

— Видите ли, уважаемая, — продолжил Валера, — Измайлов — предполагаемый свидетель по делу. Пока только предполагаемый. Поэтому…

— Так вы из полиции, что ли, молодой человек?

— Я общественный помощник. Вот, можете мое удостоверение посмотреть.

Валера открыл солидную кожаную папку, которую на этот раз прихватил с собой из машины

— Погодите, я сейчас, — слегка сбавила тон женщина. — Тапочки только другие надену.

Через минуту она вышла из своей квартиры и приблизилась к самой перегородке. С моего места соседку Измайлова не было видно, зато слышно отлично.

Валера поднял руку и махнул каким-то удостоверением перед окошечком. Щелкнула задвижка, и заветная дверь довольно широко открылась, чуть не задев меня по носу. На всякий случай я спустилась еще на одну ступеньку. Теперь соседка меня бы точно не заметила. Раз уж Валера зачем-то решил скрыть, что пришел не один, лучше было лишний раз не высовываться.

— Так что вам нужно? — спросила соседка.

— Мне поручили уточнить, был ли он дома в прошлую пятницу с шестнадцати до девятнадцати часов. От этого зависит, станут Измайлова привлекать в качестве свидетеля, или нет. Но раз уж не застал его…

— Я бы вам подсказала, конечно, мне не жалко. В прошлую пятницу… Не было, скорее всего. Он вообще редко тут появляется.

— Вот как?

— Да. На две-три недели пропадает. Очень редко слышу, когда дверь открывается. Я сутки через трое работаю. В остальное время дома в основном. Иногда только в магазин рядом или в аптеку выберусь. Если бы сосед каждый день входил-выходил, услышала бы.

— Понятно. Так и запишем.

Валера что-то черкнул в блокноте, который тоже вытащил из папки. — А вообще что он за человек?

— Откуда ж я знаю? Мы с ним не общаемся. С прежней соседкой, Викторией Алексеевной, душа в душу жили, такая чудесная женщина была. Да только к дочери в другой город переехала, внуков нянчить. Квартиру продала…

— Давно это было?

— Года три назад. Тогда после покупки там ремонт затеяли, стены сверлили, полы меняли. Шума, конечно, много было. Могли бы и предупредить меня, извиниться. После дежурства невозможно выспаться было. Я даже как-то постучала в дверь, но там рабочие одни только оказались, хозяина не было. Ладно, чего уж там, ремонт такое дело. Да и закончили они быстро, квартира-то однокомнатная, площадь маленькая.

— Ясненько. Значит, вы с соседом не общаетесь?

— Какое там: «общаетесь». Я даже и не знала, как его зовут, пока вы не сказали. Видела его один единственный раз за все это время. Нет… кажется, два раза… точно, два.