Ты больше не уйдешь! (СИ) - Орлан Нари - Страница 35

А прощение он еще не заслужил. К счастью, Адам не задерживал меня в грузовом отсеке и дал уйти. Вернувшись в каюту, я с облегчением вздохнула. Ростик ушел, а уборка поможет мне немного успокоиться.

Путь от Эквадора до Таити предстоял долгий. Семь суток. На лайнере вовсю гремели развлечения. Чтобы никакой пассажир не заскучал. Но я по максимуму отсиживалась в каюте. Почти постоянно одна. Родители много времени проводили вдвоем — и отношения между ними вроде потеплели. Ростик гулял с Юной днями и вечерами напролет. Влюбился по уши. Да и у нее в глазах горели влюбленные огоньки. Я почти свыклась с ней, несколько раз мы дружелюбно болтали. Конфликт, который вспыхнул под кабинетом врача, остался в прошлом году.

Я каждый день боялась, что Назар вот-вот появится и заставит меня выполнить часть его плана. Так жить нельзя. Я сутками ломала голову, но ничего не могла придумать.

Семейные ужины оказались настоящей пыткой. Адам являлся на каждый, словно член семьи, папа старался много не пить, а я — не смотреть на него как на врага народа. С ним тоже хотелось поговорить. Может, его подставили?

Научившись на предыдущих ловушках, я покидала каюту только с кем-то за компанию и не отходила ни на шаг, пусть и ловушки теперь казались интересной забавой. Я всего лишь не хотела остаться с Адамом наедине. Потому что меня накроет, раздавит и размажет. Я и так держалась из последних сил, на грани нервного срыва. Смотрела на маму и папу, а перед внутренним взором разыгрывалась сцена, как она плачет, пытаясь обнять его через прутья решетки.

Отсиживаться в каюте и ждать приговора, будто меня саму посадили, не выход. Нужно поговорить с Адамом. Может, не рассказывать все, но завуалировано обсудить. Как-то предупредить его.

После очередного ужина, когда уже все поднимались из-за стола, я поймала взгляд Адама и движением глаз намекнула, что хочу с ним отойти в сторону.

— Мы можем поговорить? — спросила я, чувствуя затылком, как на нас пытливо смотрят родители и Ростик.

Думаю, он удивился, хотя не подал виду и лишь кивнул. Потому что я четыре дня напролет игнорировала его. На заманчивые предложения сходить вдвоем кое-куда находила отговорки, какие только можно придумать. И он, смерив меня нечитаемым взглядом, уходил. Подозреваю, закручивал новый план, как меня охомутать, потому что старый уже не работал.

А тут я сама подошла к нему.

— Где хочешь? — прошептал Адам.

— У тебя.

В этот раз брови у него взлетели и на губах мелькнула шальная ухмылка.

— Это не то, о чем ты подумал, — поспешила остудить я его. — Буду у тебя через полчаса, идет?

Он кивнул. В его голове явно уже складывался пошлый сценарий того, что мы будем делать в его каюте. Вертя в кармане смарт-ключ, я шла следом за семьей и думала, как с порога дать понять, что у нас предстоит важный разговор, а не утоление лютого голода.

Лично я не могла ни о чем другом думать, кроме предстоящего поручения от драного стервятника по имени Назар.

Вертеть смарт-ключ в руке дивным образом меня немного успокаивало. Я пару раз думала пойти посидеть в машине, расслабиться — там чудесно комфортные кресла — но боялась с кем-то столкнуться, когда буду взламывать замок на двери грузового отсека. В частности, с Адамом.

Зачем мне целых полчаса? Чтобы пожелать родителям спокойной ночи, подождать, пока Ростик соберется на ночное рандеву с Юной.

Но он никак не собирался. Завалился на кровать с грустным видом и включил игрушку на телефоне. Будет странно, если я сейчас внезапно уйду на ночь глядя сама, когда все четыре дня умоляла составить мне компанию.

— Ты не идешь гулять с Юной?

— Наше место для гуляния накрылось.

Вовремя. Придется сказать правду. Брату еще можно, лишь бы не родителям. Ибо начнется…

— Послушай, я хочу сходить к Адаму. Никому не говори, ладно?

Ростик поиграл бровями.

— Скажи, что ты вернешься под утро, а?

Я швырнула в него подушкой и встала. Помнится, Юна делила каюту вместе с родителями. На внешнем виде она не экономила, но, оказалось, номер у них намного теснее, чем наш. Ростик вроде так ни разу у нее и не был. Его пальцы уже летали по экранной клавиатуре. Строчил своей ненаглядной.

— Ну скажи, когда вернешься? — догнал он меня вопросом у двери.

— Нескоро, это точно.

Сомневаюсь, что уложусь в десять минут. Надеюсь только, в окно вылезать не придется.

По дороге в каюту Адама я прокручивала в голове то, что собираюсь сказать, и вертела в кармане широких джинсов ключ. Так, это первое, это второе. А дальше планировать не стоит — все зависит от того, что он ответит.

Ноги свернули к открытой палубе. Там свежо, ветрено. Можно немного остудить пылающие щеки и грудь. Охладить горячую кровь и угомонить скачущее сердце.

Я ведь соскучилась по нему. Эти четыре дня худшие за все время круиза. В одиночестве. Везде, даже в кругу семьи. Если бы выгнать с лайнера Назара, если бы случилось что-то, что перечеркнуло бы все плохое.

Разум твердил, что с плохим нужно разобраться. Я больше никогда не хочу чувствовать тот смертельный страх, когда холодное дуло пистолета упирается в висок. Почему Адам хотя бы, самую малость, не пообещает, что в будущем такого не случится?

Ветер бил в лицо, и я содрогнулась от прохлады. Недалеко от нас плыло большое судно. Что за корабль? Плохо видно.

Ладно, полчаса уже прошло. Нервы стали слегка меньше искрить. Я вернулась в тепло и твердым шагом двинулась вперед, никуда не сворачивая.

Мимо каюты Назара я пролетела стрелой. И ни на секунду не замялась перед дверью Адама, торопливо постучала. Он быстро открыл.

За порогом горел приглушенный свет, лилась ненавязчивая мелодия и пахло чем-то приятным и расслабляющим. Создал романтическую атмосферу. И сам стоял совершенно умопомрачительный в слегка расстегнутой рубашке и с хитрой ухмылкой.

— У нас будет серьезный разговор, — сообщила я, едва он запер дверь. — Я пришла покаяться.

На столике красовалась бутылка вина и тарелка с фруктами. Подготовился капитально.

— В чем? — Адам обошел меня и закинул в рот виноградину.

— Твоя флешка… — От жгучей неловкости я сцепила руки в замок. — В общем, я скопировала архив на свой ноутбук и…

Почему так сложно выталкивать слова из себя? На горле словно удавку затянули.

— Подобрала пароль и его открыла? — спросил Адам, ошеломив. — Поэтому меня игнорируешь все эти дни?

— Что? Как бы я его подобрала?

— Еще нет? — улыбался он. — Странно. Тогда в чем дело?

Я протолкнула тугой ком.

— Кто-то скопировал себе этот архив, когда нас с Ростиком не было. Я узнала, потому что у меня стоит отслеживающая программа…

Договаривать не стала. Брови Адама сошлись на переносице. Лицо его напряглось. Он не донес следующую виноградину до рта.

— Прости, что не сказала раньше.

— Когда это произошло?

— На следующий день после того, как отдала тебе флешку. Вернулась в каюту после фокуса и заметила… Мне кажется, здесь на лайнере есть человек, который желает тебе зла.

— Кто знал о флешке?

К такому вопросу я не подготовилась. Действительно. Как Назар мог узнать о ней? Следил за мной?

— Папа… — начала я перечислять.

— Нет, скажи конкретно, кто знал, что ты ее нашла?

Ростик, папа и, наверно, мама. Больше никто.

— Подожди. Может, этот нехороший человек хотел просто обыскать нашу каюту, увидел ноутбук и…

— Почему-то скопировал только архив. Именно сразу, как ты ушла. Повторяю, кто знал?

Адам напирал на меня, придавливал к земле тяжелым взглядом. Но зачем кому-то из семьи копировать архив?! Еще друг-хакер брата знал, но тот вообще за тридевять земель… Черт побери! Толку было планировать, разговор пошел совсем не в ту степь.

Но его еще можно вернуть туда, куда надо. Мы ведь только начали…

В дверь заколотили. С такой силой, будто выбить ее пытались. Адам рванул к ней и шустро открыл. На пороге оказался капитан с бледным лицом, будто всего пару минут назад ему акула чуть ногу не откусила.