Весь Дэвид Болдаччи в одном томе (СИ) - Балдачи Дейвид - Страница 619

При упоминании этих огромных сумм Лу-Энн сглотнула комок в горле.

— Я ничего не смыслю в инвестициях, но как вы можете гарантировать ежегодно такие большие деньги?

Казалось, Джексон был разочарован.

— В точности так же, как я гарантировал тебе выигрыш в лотерею. Если я способен творить чудеса, полагаю, с Уолл-стрит я уж как-нибудь справлюсь.

— А если со мной что-нибудь случится?

— В контракте, который ты сейчас подпишешь, четко обговорены права твоих наследников и правопреемников. — Джексон кивнул на Лизу: — В первую очередь речь идет о твоей дочери. Ежегодные выплаты перейдут ей, а по окончании десятилетнего периода она также получит и основной капитал. Здесь также есть доверенность. Я взял на себя смелость заверить ее у нотариуса. Я человек многогранных талантов. — Усмехнувшись, он протянул из темноты папку с документами и ручку. — На всех страницах есть отметка в том месте, где требуется твоя подпись. Надеюсь, ты удовлетворена условиями. С самого начала я говорил тебе, что они будут щедрыми, не так ли?

Лу-Энн колебалась.

— Какие-либо проблемы? — резко спросил Джексон.

Покачав головой, она быстро подписала все документы и вернула их ему. Забрав документы, Джексон выдвинул из стенки лимузина консоль. Лу-Энн услышала, как он нажимает клавиши, затем раздалось громкое жужжание.

— Факс — это замечательная штука, особенно когда время играет важную роль, — объяснил мужчина. — В течение десяти минут деньги будут переведены на мой счет.

Забирая вылезающие из факса листы, он убирал их в чемоданчик.

— Твои чемоданы в багажнике. Твои билеты на самолет и квитанции на бронирование гостиниц у меня при себе. Я расписал твой маршрут на первые двенадцать месяцев. Тебе придется много путешествовать, однако красо́ты новых мест не дадут тебе скучать. Я выполнил твою просьбу отправиться в Швецию, страну, откуда родом твои предки по материнской линии. Считай все это просто очень длинным отпуском. Я мог бы просто отправить тебя в Монако — там нет подоходного налога на физических лиц. Однако осторожность никогда не бывает лишней, поэтому я составляю для тебя досконально задокументированную запутанную «легенду». Вкратце: ты в молодости уехала из Штатов, за границей познакомилась с состоятельным иностранцем и вышла за него замуж. С точки зрения службы по налогам и сборам все деньги принадлежат ему. Понимаешь? Все средства будут храниться исключительно в иностранных банках и на офшорных счетах. Служба по налогам и сборам требует от американских банков строгой отчетности, поэтому твои деньги никогда, ни при каких обстоятельствах не попадут в Соединенные Штаты. Однако помни о том, что ты будешь путешествовать по миру по американскому паспорту в качестве гражданки США. Какие-то слухи о твоем богатстве могут просочиться сюда. Мы должны быть готовы к этому. Однако если все деньги принадлежат твоему супругу, который не является американским гражданином и никогда постоянно не проживал в Штатах, который не имеет в Америке прямого дохода, а также деловых связей и инвестиционных проектов, то, вообще говоря, США не имеют права тебя трогать. Я не буду утомлять тебя сложными налоговыми правилами, регулирующими доходы от источников в Соединенных Штатах, такими как проценты по облигациям, выпущенным американскими концернами, дивиденды, выплачиваемые американскими корпорациями, прочие операции с ценными бумагами и продажа материального имущества, имеющего отношение к Соединенным Штатам, в которых запросто может запутаться непосвященный. Обо всем этом позаботятся знающие люди. Поверь моим словам: тут не возникнет никаких проблем.

Лу-Энн протянула руку к билетам.

— Не спеши, нам еще нужно совершить кое-какие шаги, — напомнил Джексон. — Полиция.

— Я позаботилась об этом.

— О, неужели? — насмешливо произнес он. — Что ж, я буду сильно удивлен, если к этой минуте «бравые молодчики»[102] уже не дежурят во всех аэропортах, железнодорожных вокзалах и автобусных станциях. Поскольку ты преступница, пересекшая границы нескольких штатов, возможно, к делу привлечено и ФБР. А эти ребята знают свое дело. Не надейся, что они будут просто терпеливо ждать тебя в гостинице. — Джексон выглянул в окно лимузина. — Нам нужно сделать кое-какие приготовления. Конечно, это даст полиции дополнительное время на то, чтобы расставить свои сети; однако мы вынуждены пойти на компромисс.

Лу-Энн почувствовала, что лимузин сбавил скорость и остановился. Затем послышался медленный, долгий скрежет, как будто поднимались ворота гаража. Как только скрежет смолк, лимузин проехал вперед и снова остановился.

В салоне зазвонил телефон, и Джексон тотчас же взял трубку. Молча выслушав то, что ему сказали, он положил трубку на место.

— Подтверждение того, что сто миллионов долларов получены; хотя время работы банков уже закончилось, я заранее устроил так, чтобы для меня сделали исключение. Всеведение — это очень полезный дар. А теперь мне нужно, чтобы ты села рядом. — Он похлопал по сиденью. — Во-первых, закрой глаза и дай мне руку, чтобы я мог тебя направлять, — сказал Джексон, протягивая из темноты свою руку.

— Почему я должна закрыть глаза?

— Сделай мне одолжение, Лу-Энн. Я не могу обходиться в жизни без маленьких театральных эффектов, особенно поскольку такое случается нечасто. Смею тебя заверить, то, что я собираюсь сейчас сделать, абсолютно необходимо для того, чтобы ты смогла избежать встречи с полицией и начать новую жизнь.

Лу-Энн начала было задавать новый вопрос, но затем передумала. Она взяла Джексона за руку и закрыла глаза.

Он посадил ее рядом с собой. Женщина ощутила на своем лице лучи света, затем дернулась, почувствовав, как ножницы отхватили прядь ее волос.

— Я бы посоветовал больше так не делать, — дыша ей прямо в ухо, произнес Джексон. — И без того трудно делать все это в такой тесноте, без соответствующих инструментов, да еще когда поджимает время. Мне бы не хотелось нанести тебе серьезную травму.

Он продолжал отрезать волосы, периодически смахивая отрезанные пряди в пакет для мусора, до тех пор пока не открылись ее уши. В оставшиеся волосы непрерывно втиралось какое-то жидкое вещество, которое быстро затвердевало, превращаясь чуть ли не в бетон. С помощью расчески Джексон укладывал уцелевшие пряди на место.

Затем он закрепил на консоли портативное зеркало, окруженное лампочками, не выделяющими тепла. В нормальной обстановке для работы над носом, которую он собирался выполнить, Джексон использовал бы два зеркала, чтобы непрерывно следить за изменением профиля лица; однако он не мог позволить себе подобную роскошь, сидя в лимузине в подземном гараже на Манхэттене. Открыв сумку, наполненную всевозможными средствами для грима и бесчисленным количеством инструментов для их нанесения, Джексон принялся за работу. Лу-Энн почувствовала, как его пальцы проворно бегают по ее лицу. Первым делом мужчина залепил ее брови специальным пластырем, закрасил их тональным кремом и посыпал пудрой. После чего с помощью маленькой кисточки сотворил совершенно другие брови. Затем тщательно протер нижнюю половину лица Лу-Энн спиртовым лосьоном. Нанес на нос гримерный клей и дал ему подсохнуть. Пока клей сох, Джексон смазал пальцы специальным гелем, чтобы к ним не прилипала паста, которую он собирался использовать. Размяв кусочек пасты в руках, стал аккуратно накладывать пластичное вещество на нос, постоянно разглаживая его, пока наконец нос не принял удовлетворительную форму.

— Нос у тебя длинный и прямой, Лу-Энн, можно сказать, классический. Однако немного пасты, немного теней, и — voilà[103], у нас есть толстый горбатый хрящ, в котором нет ничего красивого. Но это только временно. В конце концов, все мы лишь временно живем на земле.

Джексон хмыкнул, довольный своим философским умозаключением, и продолжил обрабатывать пасту специальной пористой губкой, после чего напудрил нос и добавил в ноздри румяна для придания естественного вида. Мастерски используя тени, он добился того, что глаза Лу-Энн стали казаться посаженными близко, потом с помощью пудры и крема сделал подбородок не таким острым. Умело нанесенные на скулы румяна ослабили их общий эффект на ее внешность.