Преимущество на льду (ЛП) - Джеймс Лекс - Страница 18

Официантка и Тревор еще немного поболтали ни о чем, прежде чем она наконец ушла за нашими напитками.

— Что с тобой сегодня происходит? Ты выглядишь более сварливым, чем обычно.

Потирая ладонями лицо, я вздыхаю, чувствуя себя разбитым, потому что у меня действительно нет ответа для него.

— Сам не знаю. Просто сегодня не в духе, наверное. — Не вру, я правда не знаю, что со мной происходит. Обычно я так себя не чувствую. Может, нервничаю? Я не из тех, кто нервничает или волнуется, если только это не связано с Рори. И все же, не могу не задуматься, может, это чувство как-то связано с миниатюрной голубоглазой искусительницей, с которой снова встречаюсь сегодня вечером.

— С Рори все в порядке? — спрашивает он.

— Да, она в порядке.

Приносят наши напитки, и моя рюмка не успевает простоять на столе и трех секунд, как я хватаю ее и залпом выпиваю. Это должно успокоить мои нервы.

Тревор берет свою и ставит ее на стол, а затем откидывается назад с ухмылкой, от которой мне хочется ударить его по лицу.

— Твое настроение никак не связано с тем, что ты снова увидишься с Сойер?

— Блин, мужик. Я не знаю, — расстроено отвечаю. — Она явно чертовски сексуальна. И классная. Но я то что делаю? Кто я? На пятнадцать лет старше ее? И у меня ребенок. Она получает степень магистра и работает в стрип-клубе. Вряд ли Сойер будет готова проводить время с мужчиной, у которого есть ребенок, когда она сама практически ребенок.

— Не будь засранцем, — укоряет Тревор. — Она не ребенок, а взрослая женщина, о которой ты делаешь кучу предположений. Ну и что? Она моложе… какая разница? У многих молодых людей есть дети. Но…

— Нет. Я не буду говорить о Сойер и Рори вместе. Вот где я провожу черту. Ты прекрасно знаешь, что я не позволю кому-то войти в жизнь Рори только для того, чтобы ее бросили. Неважно, что я предполагаю по этому поводу, не хочу смотреть, как Рори страдает.

— Хватит оправдываться. Ты не можешь так жить. Я лишь хочу сказать, что чертовски нелепо предполагать, что только из-за ее возраста она не способна быть с кем-то, у кого есть ребенок. Кто знает? Она может быть великолепна с детьми.

— Это не оправдание. Когда я был в ее возрасте, отрывался каждые выходные и жил за счет родителей. Почему должен ожидать, что она будет другой? — спрашиваю я. — В двадцать четыре года я не мог взять на себя ответственность по уходу за ребенком, и мне точно не хотелось встречаться с кем-то, у кого есть ребенок. Не хочу никого приводить в жизнь Рори, в мою жизнь, пока не буду уверен, что это надолго. Так что сегодня я просто тусуюсь с друзьями. Ясно?

— Посмотрим. Я ставлю на то, что твой маленький план провалится в течение недели, так что давай просто подождем и узнаем, — отвечает Тревор с ехидной ухмылкой.

Полчаса спустя мы входим в бар, чтобы встретиться со всеми остальными. Оглядываясь по сторонам, не вижу их на нашем обычном месте и начинаю думать, что мы, возможно, пришли сюда раньше всех. Пока не слышу ее смех. Сразу же поворачиваюсь, чтобы найти, откуда доносится шум, и замираю на месте, когда наконец вижу ее.

Черт.

Она одета в облегающие черные брюки, которые обтягивают ее изгибы, как вторая кожа. Господи Иисусе. На ней черные сапоги, а крошечная кружевная майка открывает ее живот. Я хочу схватить ее и провести языком по обнаженным участкам кожи. Представляю, как ее бледная кожа красиво краснеет от моих зубов.

Я хочу подойти к ней и притянуть к себе. Трахнуть ее рот своим языком, пока она не начнет умолять меня о члене. Хочу почувствовать, как она трепещет подо мной, ожидая того, что я дам ей, и принимая все, как жадная маленькая шлюха. Только для меня.

Что, черт возьми, со мной не так?

Одно дело, когда знаю, что хочу кого-то трахнуть. У меня иногда случается секс на одну ночь. Но я никогда об этом не фантазировал. Тело Сойер становится навязчивой идеей, от которой не знаю, как избавиться. И хочу ли я этого вообще.

Двадцать минут назад я твердо говорил, что это плохая идея, но теперь думаю только о том, как раздеть ее догола и заставить кричать мое имя.

Сойер, видимо, чувствует мой взгляд, потому что поднимает голову, осматривает комнату и улыбается, когда меня замечает.

Я не могу пошевелиться. Ноги словно приросли к месту, и лишь глазею на нее. Она стоит в другом конце комнаты и делает то же самое. Наконец, она разрушает заклинание и с улыбкой произносит «Привет». Мне кажется, что я нахожусь в трансе или в альтернативной вселенной, потому что на самом деле улыбаюсь в ответ и отвечаю:

— Привет.

Тревор наконец отходит к бару, а я иду к Сойер и не останавливаюсь, пока не оказываюсь перед ней. Она стоит со всеми нашими друзьями, но я сосредоточен лишь на ней. Слышу, как Майлз и Кейд здороваются, но не отвечаю.

Она занимает все мое внимание, и это чертовски раздражает. Но не могу отрицать, что мне это нравится.

Обычно я не слишком тесно общаюсь с женщинами за пределами спальни, поэтому привлечение или поиск внимания никогда не стояли на первом месте в моем списке дел. Обычно меня волнует только поиск ближайшей спальни, где можно потрахаться. Или туалет. Или, черт возьми, я согласен на ближайшую поверхность. Но не сейчас. Сейчас я просто хочу поговорить с Сойер.

— Привет, незнакомец, — говорит она, в равной степени застенчиво и соблазнительно, от чего кровь приливает прямо к члену. Она потягивает напиток и жует соломинку, заставляя меня желать, чтобы я был этой самой соломинкой.

Я еще даже не поцеловал женщину, а мой член уже слушается ее лучше, чем меня.

— Привет, — отвечаю я.

— Рада тебя видеть. Как дела?

— Да все хорошо. Неделя была долгой, но я пришел, — говорю, слегка натягивая кепку — моя нервная привычка. — А ты как?

— Я в порядке. Неделя была напряженной: занятия, работа, но я справилась.

— Чем все занимаются? — спрашиваю я, оглядываясь по сторонам, чтобы увидеть, где все находятся.

— Кэсси и Майлз играют в дартс. Думаю, Харрис и Тревор пытаются уговорить Гвен сыграть в бильярд с Мелиссой. И, очевидно, Тревор купил поднос с коктейлями, — отвечает она со смехом.

— Здорово. Ты сказала, что неделя учебы выдалась напряженной? На кого ты учишься?

— Я получаю степень магистра в области бизнеса.

— Бизнеса? Вроде говорила, что ты танцовщица?

Видимо, слова прозвучали резче, чем я хотел, потому что в ответ у нее напряглись плечи. В глазах ее теперь больше грусти, а их яркость потускнела настолько, что потеряла блеск в слабом свете бара. Она долго отпивает из своего бокала и смотрит на меня, и грусть на ее лице бьет мне прямо в сердце.

— Да, ты прав. Так и было, но потом я получила травму. Когда это случилось, решила, что хочу найти способ поделиться своей страстью к танцам с другими, так что теперь я их преподаю. Если не можешь сам, научи, или как там еще говорят люди.

— Да, я понимаю. Но почему именно бизнес?

— Я хочу открыть собственную студию здесь, в городе, но сделать это по-своему, а не так, как все думают. Для этого мне нужна своя студия и диплом, который поможет мне преуспеть в качестве владельца бизнеса.

— Потрясающе. Где бы ты открыла студию, если бы выбирала место?

— Честно говоря, не знаю. У меня была идеальная студия на Бродвее, но все сорвалось. Сейчас я просто присматриваюсь, когда есть время, но ничего серьезного, пока не закончу учебу в мае.

Не буду врать, я впечатлен ее видением. У нее есть цель и планы, чтобы ее осуществить. Чертовски привлекательно видеть девушку, у которой есть и мечта, и решимость воплотить ее в жизнь. Ее взгляды на жизнь также удивительны в столь юном возрасте. По крайней мере, я предполагаю, что она юна. Судя по ее виду, она едва ли легально пьет алкоголь.

— Я знаю, что это нарушает все правила, и некультурно спрашивать девушку, но если ты не против, спрошу, сколько тебе лет?

— Двадцать четыре.

— Ого. — Черт, она молода. Но, к счастью, не так молода, как я предполагал. К тому же она довольно взрослая для своего возраста, поэтому с ней легко общаться. — Приятно видеть кого-то в твоем возрасте с таким стремлением.