Мой милый босс (СИ) - Родина Арина - Страница 12

Да, вряд ли Аня специально что-то подстроила, но могла же и она ошибиться? Наверное, могла, ведь по всему получается, что это именно ее промах. И вообще из-за ее неуместного поведения мне теперь неизвестно сколько последствия разгребать. Не удивлюсь, если этот мелкий пакостник только первая ласточка.

Я прислушалась к совету Ларисы и изложила все так, как она подсказала. Через десять минут объяснительная была закончена. Нести ее к начальнику сама я не решилась, попросила Ларису.

14. Свадьба

О своем решении я пожалела почти сразу. Где-то в груди поселилось неприятное липкое ощущение, мешающее вдохнуть полной грудью. Оно не давало сосредоточиться на работе, цифры и таблицы на экране превращались в сплошную кашу, а попытки сфокусировать на них взгляд вызывали лишь приступы головокружения.

Лариса быстро вернулась из кабинета начальника, и, вроде бы даже повеселела — по крайней мере суетиться стала меньше. Вслед за ней прибежала и Саша, будто специально где-то отсиживалась, пока гроза пройдет мимо. Рабочий процесс в отделе пошел своим чередом.

Я несколько раз порывалась пойти к Роману Анатольевичу и объясниться, но так и не решилась. Трусиха, чертова трусиха! Всегда ведь старалась поступать правильно, а тут что? Нужно было сразу брать вину на себя и будь что будет — ну уволят, подумаешь, не убьют же. Сразу! Вот именно, а не после этой дурацкой объяснительной.

От дальнейших резких действий меня удерживала надежда на то, что эта бумажка не пойдет дальше нашего отдела — Роман Анатольевич не любитель выносить сор из избы, директор уехал куда-то на неделю, так что шансы на то, что ситуация не получит огласки, оставались, и неплохие. Я постаралась загнать нарастающий страх, и совесть, глумящуюся над моим несчастным мозгом, подальше в глубины сознания, и продолжила выполнять рабочие обязанности, будто ничего не произошло.

«Перемелется — мука будет», напомнила я себе бабушкину мудрость в очередной раз. День переждать, в пятницу у меня отгул — Светкина свадьба, а там решу, что делать дальше.

Зная подругу, я предполагала, что дело ограничится скромным мероприятием — тихо расписались и пошли в кафе с друзьями. Но она смогла меня удивить — белое платье, букет, торжественные речи, покатушки по «местам славы», замочек на местный «мост любви», и все это с фото— и видеофиксацией.

— Свет, а зачем все это? — улучив момент, пока фотограф запечатлевал многочисленную родню жениха на фоне очередного памятника, а невеста скромно улизнула в сторонку попить водички, я не выдержала и озвучила зудевший вопрос, — ты, насколько помню, хотела скромную регистрацию?

— Хотела, и Виталя согласен был, но Изольда Михална настояла, пришлось уступить, — она расправила микроскопическую складочку на платье, стряхнула прилипшую к юбке травинку и драматично вздохнула, закатывая глаза, — люди не поймут, если свадьбы не будет.

— Тоже тогда пригласила бы весь свой табор, — я кивнула в сторону Светкиных родителей, которых в этот момент тащили фотографироваться со сватьей, — для равновесия.

— А мне вас троих достаточно. Мне перед половиной города красоваться не надо, — Света внезапно расчувствовалась и порывисто обняла меня, прижимая к колючему от нашитого бисера корсажу, — Все будет хорошо, Веруня, правда?

— Конечно будет! — я отстранилась и энергично закивала, — Все будет отлично!

В следующий миг невесту у меня умыкнули — пришла пора ехать в ЗАГС. А потом — торжественная регистрация, шампанское, лепестки роз и голуби. И китайское кафе, которое тоже, видимо, выбирала свекровь. Сама Света не особенно ценила восточный колорит, да и кухню предпочитала европейскую.

Войдя в зал, я обнаружила, что места уже распределены — на тарелках лежали карточки с именами гостей. Столы установили в форме буквы П, в верхней части которой усадили новобрачных и их родителей. А я оказалась довольно далеко от них, между пышной блондинкой средних лет и улыбчивым пожилым мужчиной, который периодически утирал пот со лба и обширной лысины платочком.

Красно-золотой интерьер почти физически давил на мозг, а множество незнакомых людей вокруг только усиливали ощущение. Другие гости время от времени со мной заговаривали, я в ответ кивала и улыбалась, почти не прислушиваясь к словам. И не могла оторвать глаз от молодоженов. Вместе они смотрелись потрясающе — широкоплечий богатырь и красна девица, коса до пояса. Хоть сейчас в социальную рекламу.

— Милые мои дети! — новоиспеченная свекровь постучала вилкой по бокалу и тяжело поднялась, поворачиваясь к молодым, — сегодня вы стали мужем и женой, а я обрела дочь, о которой всегда мечтала. Светочка, я очень рада тому, что ты вступаешь в нашу семью и хочу тебе пожелать в первую очередь терпения, женской мудрости и гибкости. Это очень важно в семейной жизни.

Светочка, насколько я знала, собиралась создавать собственную ячейку общества, а не вступать куда-то, поэтому во время всего спича я наблюдала за ее реакцией. Изольда Михайловна закончила прочувствованную речь и ослепительно улыбалась, благодарно принимая овации, жених выглядел невозмутимо спокойным, а невеста краснела, но молчала, бросая в мою сторону говорящие взгляды. Я отсалютовала ей бокалом и закинула в рот дольку яблока.

Надеюсь, она знает, на что идет, и оценила все перспективы. Виталя всегда казался мне «простым хорошим парнем», этакой каменной стеной, но с его мамой мне до сих пор пересекаться не доводилось. А теперь еще вопрос, кто в этой семье каменная стена. Предчувствие надвигающегося одиночества пугало. За эти шесть лет Света стала мне ближе, чем родная сестра, а теперь она уходит в новую, непонятную мне жизнь, а я остаюсь. Пока мы с подругой играли в гляделки, из-за стола поднялась следующая тостующая.

— Дорогие Светлана и Виталий, поздравляю вас с потрясающим событием — рождением новой семьи! Сегодня — самый счастливый день в вашей жизни! — то ли тетушка жениха, то ли подруга его матери вдохновенно зачитывала поздравление с открытки, а я перестала вслушиваться после первых слов. Если сегодня — самый счастливый день, то что дальше? Мрак и тлен?

Света, в своем белом платье с пышными многослойными юбками, была похожа на зефирку. Или на бумажный кораблик. И бурный поток сейчас тащил этот маленький кораблик вдаль от меня, все дальше, все быстрее. Хотелось вырвать ее из этого окружения и увести, потребовать… Даже не знаю, чего. Остановиться? Задуматься? Сколько там они вместе? Полгода? Я с ней в десять раз дольше! Ну нельзя же доверять человеку, которого знаешь всего полгода! Они даже не жили вместе, редкие ночевки не в счет.

Самопровозглашенная тамада, то ли родственница, то ли еще одна подруга свекрови, наконец вспомнила о гостях со стороны невесты, и, после тостов родителей, вынудила меня толкнуть речь. Сердце бешено колотилось от волнения и выпитого вина, руки терзали несчастный конвертик с купюрами. Конечно, я не готовилась, не покупала открытку со стихами и не искала поздравлений в интернете. Надеялась на экспромт.

Я встала, всматриваясь в фигуру подруги и ощутила, как меняется зрительное восприятие — все вокруг становилось маленьким: столы, люди, дурацкие драконы на стенах, даже мои руки, сжимающие сиреневый картонный прямоугольник стали крошечными. В ушах зашумело, а в голове внезапно стало прохладно и пусто, руки начали мелко подрагивать, и конвертик улетел на пол. Воздух, казалось, загустел, я пыталась, но никак не могла вдохнуть полной грудью. Я словно покинула свое тело и перестала его контролировать.

А потом колючей волной накатил страх. Вот черт, не хватало только грохнуться в обморок и испортить свадьбу. Голова закружилась, и я начала оседать.

Кажется, Света быстрее меня поняла, что происходит. Спустя пару мгновений я сидела на стуле, развернутом спинкой к общему столу, Света держала меня за руки и смотрела в глаза, присев передо мной прямо на пол, не жалея смявшихся юбок.

— Отойдите, сейчас все пройдет, ей просто нужно подышать, — рявкнула она куда-то поверх моего плеча, и продолжила, уже глядя в глаза, — ты же помнишь, что делать, верно? Смотри на меня, сконцентрируйся. Вдыхай глубоко. А теперь ме-е-е-едленно выдыхай. Молодец. Еще раз: вдо-о-ох, вы-ы-ыдох. Я с тобой, все хорошо.