Буря и ярость (ЛП) - Арментроут Дженнифер - Страница 19

— Почему ты так считаешь?

— Потому что во мне нет ничего интересного.

— Наверное, это самая глупая вещь, которую я услышал за весь день.

Я подавила улыбку, если бы он только знал правду.

— Моя мама знала Тьерри ещё до того, как он стал Мастером, когда он жил в Нью-Йорке. Она подверглась нападению демона, когда я была маленькой, а остальное уже история, — сказала я, повторяя то, что попросил меня рассказывать Тьерри. — Когда он стал Мастером, мы переехали сюда вместе с ним.

— А твой отец не приехал?

Почти истерический смех вырвался из меня.

— Нет. Он где-то рядом, но его здесь нет.

Он нахмурил брови, как будто пытался осмыслить это. Он никогда не поймёт. Да в самом диком воображении.

— А твоя мать?

Я отвернулась, когда острый приступ боли осветил центр моей груди.

— Она ушла.

Зейн долго не отвечал.

— Ушла в… больше не с вами?

Кивнув, я проглотила комок в горле, который всегда появляется, когда я думала о маме.

— Да.

— Мне очень жаль это слышать, — сказал он, и когда я посмотрела на него, его взгляд блуждал по моему лицу. — Потеря родителей… никогда не бывает лёгкой.

Он поймал мой взгляд, удерживая его, и я спросила:

— Ты знаешь… знаешь каково это?

— Моя мама умерла при родах, как и многие женщины, — он убрал прядь волос за ухо. — А отец скончался несколько месяцев назад.

Моё сердце сжалось от неожиданного откровения.

— Мне очень жаль слышать это. Боже, это… очень тяжело. Мне действительно очень жаль. Моя мама умерла год назад, и это ещё свежо в памяти, но… не до такой степени.

— Спасибо, — он отвёл взгляд.

Что-то щёлкнуло на месте, пока я изучала его профиль. Мой желудок сжался.

— Твой отец Эббот? Лидер клана из Вашингтона?

Он снова повернулся ко мне.

— Да.

— Мне очень жаль, — я наклонила голову, поймав его взгляд. — Он умер смертью воина.

— Да.

— Я знаю, что от этого легче не становится.

— Да, так и есть.

Стражей нелегко убить, но смерть, как тень, которая тянется за ними в нескольких шагах позади, такова была ужасная сторона их повседневной жизни. Но это ни капельки не облегчало восприятие смерти.

— Мне действительно очень жаль, — повторила я, чувствуя, что должна сказать это снова.

Я прижала кожаный футляр к груди, и кое-что начало проясняться. Эббот, его отец, был лидером клана в Вашингтоне, а это означало, что после его смерти Зейн должен был занять его место. Неужели Николай бросил ему вызов и Зейн проиграл? Или он отказался взять на себя эту роль? В последнее, казалось, невозможно было поверить.

Я подумала о предостережении Миши. Разве клан не принял бы Зейна в качестве лидера? Он был молод — всего на несколько лет старше меня, — но было ли в этом нечто большее? В этом не было смысла, потому что в таком случае Тьерри знал бы об этом и не сказал бы, что Зейн был благородным мужчиной.

— Итак, — сказала я, проводя пальцами по гладкой коже.

Я собиралась спросить, то, что было очень личным, но, как сказал Тьерри ранее, я часто была слишком любопытна для своего же блага.

— Почему ты не лидер клана?

Зейн посмотрел на меня сверху вниз.

— Об этом я не могу говорить с тобой.

Разочарование поднялось во мне, хотя ответ отнюдь не был неожиданным.

— Потому что я не Страж?

Он натянуто улыбнулся в ответ.

— И потому что я тебя не знаю.

Стыд зашевелился у меня в животе.

— Прости. Мне не следовало спрашивать. Я часто так делаю… это всё мой взрывной характер и любопытство.

— Любопытство? Никогда бы не догадался, — его тон был лёгким, даже дразнящим, но я всё равно почувствовала, как краснеют мои щёки.

Взглянув на дверь, я решила, что пришло время поступить мудро и вернуться в дом до того, как ляпну ещё какую-нибудь глупость.

— Мне нужно идти, — я сделала шаг назад, чувствуя себя весьма нелепо. — Было приятно, хмм, во всём разобраться, и ещё раз, я сожалею о прошлой ночи.

Улыбка стала шире.

— Значит ли это, что ты не ненавидишь меня?

Я поморщилась.

— Я сказала это прошлой ночью, не так ли?

— Да.

— Я часто говорю, не подумав. Опять же это всё моя импульсивность и любопытство.

Он улыбнулся и сунул руки в карманы джинсов.

— Я обязательно добавлю это в пылкий список атрибутов.

— Сделай это, — отступив ещё на пару шагов, я сказала: — Увидимся позже, Зейн.

Я развернулась и сделала несколько шагов.

— Тринити.

Я остановилась и закрыла глаза. Я понятия не имела, что делать с лёгкой дрожью, которая пробежала по моему телу в ответ на то, как он произнёс моё имя. Это была сильная реакция, но он произнёс моё имя, как будто… как будто пробовал его на вкус.

— Да? — не имея контроля над собой, я повернулась к нему.

Он стоял на месте, и я снова была слишком далеко, чтобы ясно разглядеть его глаза, но я чувствовала его пристальный и твёрдый взгляд. Моё сердце забилось быстрее.

— Как умерла твоя мама? Это был демон? Или что-то естественное?

Каждый мускул в моём теле напрягся, и часть меня знала, что я не должна говорить правду, но слова сорвались с моего языка. Правда, которой я редко давала возможность быть услышанной.

— Нет, — сказала я. — Это был Страж.

ГЛАВА 7

Джада громко и устало вздохнула, откинувшись на спинку дивана возле моего кресла.

— Он такой нудный.

— Да.

Я отхлебнула клубничный коктейль, наблюдая как Клей толкнул одного из младших ребят в грудь и засмеялся, когда мальчишка споткнулся о камень в Яме размером с Хаммер.

Почему я не замечала его поведение раньше? Неужели я была ослеплена тем, что он уделял мне внимание? Я вздохнула. Вероятно, так и есть, а значит, мне нужно лучше думать, прежде чем делать важный жизненный выбор.

— Я очень надеюсь, что его переведут куда-нибудь подальше отсюда, — Джада пошевелила пальцами, и я протянула ей смузи. — Например, в Антарктиду.

— Это всё равно слишком близко.

Тай сидел по другую сторону от Джады, вытянув свои длинные ноги. Я всё ещё не привыкла к его волосам, которые он недавно очень коротко подстриг.

— Зная мою удачу, в конечном счете, он будет назначен в тот же город, что и я.

К этому времени в следующем году он сам пройдёт через Чествование, а потом, как Клея и остальных, перевезут в город. Джада определённо поедет с ним, а я… скорее всего, я всё ещё буду здесь. Депрессия закралась в мою грудь, и я попыталась унять её.

Джада сделала глоток моего смузи.

— А вот и его рубашка.

Нахмурившись, я снова повернулся к Яме. Пламя горело позади Клея, а он в это время стянул рубашку через голову и бросил её в парня, которого только что толкнул, что-то крича.

— Зачем он это делает? — спросила я.

— Не знаю, — прошептала Джада, качая головой. — Его тянет спариться или типа того…

— Фу.

Я вздрогнула.

— Трин, иди, поговори с ним, — на мой острый взгляд, Тай поднял брови. — Ты ему нравишься.

Угу, я уже прошлась по этому пути.

— Ну, — сказал Тай, наклонившись к Джаде. — Что там происходит с твоим парнем?

Я метнула взгляд туда, где Миша сидел рядом с Алиной, и я хлопнула в ладоши.

— Мой маленький мальчик становится взрослым.

Джада хихикнула.

— Только взгляни на него, — прошептала я, забирая смузи. Миша показывал Алине что-то на телефоне. — Он обменивается с ней номерами. Сближается. Следующее, в чём я уверена, он будет спариваться и…

Миша повернул голову в мою сторону. Как будто у него было какое-то шестое чувство или что-то в этом роде, так как я чертовски была уверена, что он нас не мог услышать.

Мы втроём помахали ему рукой.

Миша покачал головой и повернулся к Алине.

— Вы знаете Алину? — поинтересовалась я у них, подавив зевок.

— Не очень, но она кажется довольно крутой, — Джада прижалась щекой к плечу Тая. — Немного стеснительная и тихая. Она учится на целителя, чтобы работать в клинике.