"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Семенова Мария Васильевна - Страница 491

– Потому что…

Варак вдруг умолк. Его лицо в единый миг застыло, взгляд погас, а на губах возникла угодливая улыбка.

– Что такое? – удивилась Кирья.

Но вскоре она и сама услышала поскрипывание берестяной лодки и шуршание отодвигаемых шкур. Зарни проснулся и ворочался на ложе.

– Варак, иди-ка сюда, – послышался его тихий голос.

Ученый раб подскочил и, не глянув на собеседницу, кинулся к лодке.

«Как сильно он боится Зарни! – подумала Кирья, провожая его взглядом. – Почему?»

Еще недавно она подумала бы с презрением: «Да он просто трусливый арьялец!» – а теперь задумалась.

Рано утром путешественники отправились дальше. Зарни велел идти строго на полночь, словно знал путь, хотя дривы между собой шептались, что на их памяти гусляр никогда не бывал в этих лесах. Прошел день, другой. Вокруг все тянулась древняя, насквозь промерзшая чащоба. По-прежнему им не попадались ни звери, ни птицы. Дривы, надеявшиеся поохотиться в пути, были разочарованы и встревожены; Варак начал тщательнее считать припасы.

После того как Кирья угодила в ловушку у ручья, никто больше не ходил в лес один. Дривы жались к Зарни, словно тот был их оберегом от всех бед. Да и Кирья стала куда осторожнее. Один только гусляр выглядел по-прежнему спокойным, даже беспечным. Но Кирья, уже зная, как хорошо тот владеет собой, замечала в движении его пальцев, в звоне струн признаки нарастающего волнения.

А тревожиться стоило – лес был нехорош. Однажды на голом пологом холме они увидели валун высотой в три человеческих роста. Казалось, валун висит в воздухе, парит на локоть над землей, отбрасывая глубокую тень на снег. Это зрелище едва не повергло дривов в бегство. Но когда, набравшись смелости, они все же подобрались к камню, то увидели, что на самом деле валун стоит на трех небольших камнях.

– Того не легче! – шептались слуги. – Какие нечистые духи поставили на маленькие подпорки эдакую глыбу? Может, знак – не ходить дальше? Или жертвенник неведомых лесных богов?

Прежде чем уйти, они оставили «летучему камню» изрядную долю быстро скудеющих припасов.

В другой раз путники вышли на странную просеку – будто здесь пронесся вихрь, выкорчевав и повалив на своем пути деревья. Однако лесное диво, устрашившее слуг, совсем не напугало робкого, вечно всем недовольного Варака.

– Здесь летом прошли мамонты солнцеликого царевича, – объявил он. – Мы сейчас идем по следам охотников, что отправились в землю людей-медведей.

– Мы на верном пути! – довольно кивнул Зарни.

«Или тут ломился какой-нибудь древний зверь», – подумала Кирья, вспомнив ящера, которого они с Мазайкой встретили осенью неподалеку от острога.

Впрочем, просека была засыпана глубоким снегом – значит, кто бы ни проложил ее, прошел здесь давно.

После того как обнаружилась проложенная мамонтами «дорога», идти стало значительно легче. Вскоре просека вывела к широкому лесному ручью. На первый взгляд он казался спящим подо льдом, но оказалось – ничего подобного. Вода, тихо журча, струилась между обледенелых камней, где-то показываясь на поверхность, а где-то прокладывая путь под глубокими сугробами. «Верно, и я провалилась в такой ручей», – думала Кирья, разглядывая гладкое с виду пространство между деревьями.

Когда Зарни рассказали про ручей, он был очень доволен.

– Этот ручей течет с севера – значит, берет начало в земле медведей, – сказал он. – Следуя ему, мы должны прийти к неприступным скалам и водопаду. А вот что дальше – известно лишь по слухам. Земля медведей подобна чаше, окруженной горами. Зима там много мягче, чем здесь, благодаря теплому озеру, которое согревает землю, и высоким каменным стенам, что берегут ту долину от холодных ветров…

– Если ручей вытекает из теплого озера, вода в нем не замерзает! – добавила Кирья.

– Господин, дозволь сказать, – подал голос один из носильщиков. – Как мы поднимемся на скалы? Ты говоришь, они неприступны…

– И что люди-медведи? Они будут стоять и смотреть, как мы туда карабкаемся с лодкой на плечах? – подхватил второй.

– Мы туда и не будем подниматься, – ответил Зарни. – Нам там делать нечего, да мне вас всех там и не защитить. В землю медведей пойдет одна Кирья.

– Что? – Кирья вскинула голову. – Я одна?

– Именно так. Ты поднимешься на скалы – вроде охотники видели там тропу неподалеку от водопада. Ну а дальше – вдоль ручья до самого озера. Долина невелика – если все будет хорошо, ты выйдешь на рассвете и к закату вернешься.

– Но медведи!

– О них не думай, я буду защищать тебя. Поверь, медведи тебя даже не заметят…

– Ладно, – с сомнением протянула Кирья.

Вот так новости!

А Зарни, как нарочно, добавил:

– Не медведей тебе надо бояться. Намного важнее то, что ждет тебя в храме.

– Расскажи, что за храм!

– Те лунные стойбища, что я видел, располагались в подгорных пещерах. Думаю, и это не будет исключением. Ручей приведет тебя куда надо.

Кирья кивнула:

– Что ждет меня внутри?

– О, это самое важное. Все лунные стойбища зачарованы на небесную кровь. Расскажу о том, которое я видел в юности на родине. Это холм в безводной степи. Сурьи называют его храмом Солнечного Змея. – Зарни ухмыльнулся. – Любого арья перекосило бы от такого святотатства, хе-хе! При входе в храм на стене – круг, а в нем – отпечаток ладони. Он вдавлен в скалу, словно кто-то прикоснулся к камню раскаленной ладонью и расплавил его. Когда ты входишь под арку ворот, раздается голос. Он спрашивает, кто ты и зачем пришел. Ты отвечаешь и прикладываешь руку к отпечатку. А дальше храм или пропускает, или убивает тебя.

– Что же внутри?

– Это-то я и хочу узнать!

– Но почему ты думаешь, что храм меня пропустит? – с тревогой спросила Кирья. – Ты ведь сам сказал, что моя кровь порченая, что я полукровка! А что, если я не справлюсь?

Зарни скривился:

– Дочь, мы с тобой идем сейчас неторным путем, на котором можно умереть в любой миг. Это путь силы, он всегда пролегает рядом со смертью. Однако тот, кто от него откажется, проживет свою жизнь как во сне, без всякого смысла. Я давно выбрал этот путь – или путь выбрал меня, как и тебя… А что касается опасности… Ты не раз слыхала о своем невероятном колдовском даре. Ты и сама в него веришь, я вижу.

– Конечно, я верю в свой дар, – кивнула Кирья. – Как же иначе?

– Ну вот. Ты легко одолела свою наставницу Локшу – а она опытная чародейка, намного более умелая и знающая, чем ты! Ты отобрала мальчишку и похитила костяную дудку у ее наставницы Калмы, перерожденной ведьмы, отказавшейся от человечьей сущности ради власти! И главное – ты моя дочь.

– А ты – колдун, который пошел за Кромку в одиночку.

Зарни широко усмехнулся:

– Все истинно сильные считают себя бессмертными и непобедимыми. Они сомневаются в чем угодно, только не в своем превосходстве! Понимаю, пора бы уж мне отучиться от этой самонадеянности, но не могу преодолеть себя… Верно, Кирья? Да о чем я? Ты и сама такая же.

Кирья фыркнула, но возражать не стала.

– Впрочем, это и хорошо, – продолжал рассуждать Зарни. – Слишком разумный, чересчур осторожный не сумеет взять то, что лежит в запретном храме. Будь он даже царской крови. Тому свидетели – два старших сына бывшего правителя Аратты.

– А в меня ты веришь? Считаешь, я достойна войти в храм?

Зарни положил ей руку на голову:

– Конечно, дочь Солнца.

На пятый день пути над верхушками елей замаячила серая стена скал. Едва завидев ее, Зарни приказал устраивать привал.

– Сегодня ночью, пожалуй, выставим сторожей, – приказал он. – Мне надо выспаться. Завтра будет очень непростой день. Мы бросаем вызов богам Аратты, и тратить силы на то, чтобы отгонять от ночлега медведей…

– Господин! – донесся из ельника полный страха голос одного из дривов. – Здесь звериные следы! И кости! Огромные! Оборони нас Ячур, что это за тварь?!

Зарни с досадой пробормотал: