"Аратта". Компиляция. Книги 1-7 (СИ) - Семенова Мария Васильевна - Страница 508

«Да что со мной? Успокойся!… А он… погодите-ка… Святое Солнце, он сурья!»

Зарни молчал. Хаста вдруг понял, что тот слушает его дыхание, и едва не закашлялся.

Гусляр чуть заметно улыбнулся:

– Слуги сказали мне, что встретили в лесу женщину с мальчиком, шедших к знахарке Линте…

Голос у Зарни был глубокий, хрипловатый. Хаста очень ярко представил, как он способен зачаровывать тех, кто его слушает.

– Так и было, славный Зарни Зьен, – почтительно подтвердил он. – Я шла к знаменитой знахарке Линте… Только я ее что-то не вижу. Твои люди сказали, ведунья прихворнула…

– Выжила из ума, – уточнил Зарни. – Что ж… Вы действительно шли к Линте. И понятия не имели, что здесь я. В твоем голосе и дыхании звучит изумление, которое очень трудно подделать… Одного не пойму: почему ты говоришь «шла», если ты, несомненно, шел? Или это и есть та самая беда, с которой ты направлялся к лекарке?

Издевка в голосе слепца была совершенно нескрываемой.

У Хасты ослабели коленки.

«Слепой видит меня насквозь. Тонкий слух… Он в самом деле способен по голосу отличать правду от лжи?»

– Почему ты трясешься, как осенний лист? – внезапно спросил Зарни. – Может, потому, что ты лазутчик? И хорошо знаешь, как поступают с лазутчиками? Итак… Судя по выговору, ты вырос в столице…

«Ему нельзя врать, он сразу поймет…»

Хаста стиснул зубы, пытаясь совладать с собой.

– Если я и лазутчик, то только свой собственный, – ответил он почти спокойно. – Не буду скрывать, я желал с тобой встречи, Зарни Зьен, ибо слыхал о тебе много необычного. Вот почему наша встреча – судьба это или случайность – лишает твердости мой голос…

– И что же ты обо мне слыхал, жрец Исвархи из столичного храма? – вкрадчиво спросил Зарни. – Много ли рассказывал обо мне святейший Тулум?

У Хасты перехватило горло так, что он какое-то время не мог вздохнуть.

Зарни захихикал.

– Святейший Тулум никогда не упоминал о тебе! – воскликнул Хаста, все ясней понимая, что от этого разговора зависит его жизнь. – Да, я в самом деле жрец из столицы, но ранг мой весьма невысок. Кто я такой, чтобы святейший обсуждал со мной свои замыслы? Зато в Яргаре, в Белазоре и прочих местах, где пролегал мой путь, я о тебе слышал немало. Все славят Зарни, все рассказывают о невиданных чудесах…

– А что ты делал в Яргаре, в Белазоре и прочих местах?

– Вез письма из столицы в Северный храм, – совершенно искренне ответил Хаста.

Зарни призадумался.

– Наклонись ко мне, – приказал он.

Хаста повиновался. Гусляр протянул руку и быстро ощупал лицо жреца.

– Ты старше, чем я думал, – пробормотал он. – Много странствуешь… И ты умен: быстро понял, что врать мне вовсе не следует… От писем, конечно, давно избавился… Ну, вот он я. И что же ты обо мне думаешь?

– Я думаю, – медленно заговорил Хаста, – что ты – жрец Исвархи, распоясанный или беглый…

– Я?! – изумился Зарни. – Жрец Исвархи? – Он расхохотался, но тут же умолк и потребовал: – Продолжай, это очень занятно! Почему ты так решил?

– Чудеса, подобные твоим, умеют творить посвященные в столице, а также и Белазоре. Такие, как Светоч…

– Или Тулум.

– Я не видел, чтобы Тулум являл чудеса, кроме рукотворных.

Зарни принюхался:

– Угу, погремушки вроде Гнева Исвархи, что у тебя в сумке… Ну, продолжай.

– Я думаю, что ты – бывший жрец, изгнанный из храма за некую тяжкую провинность, – продолжал Хаста. – Даже не могу вообразить какую. И кто мог в наказание так искалечить тебя.

– В самом деле, кто бы? – фыркнул Зарни. – Столько умельцев в столичных пыточных!

– Ты был наказан и изгнан и теперь желаешь отомстить храму. Именно затем ты провозгласил новую веру и повсюду насаждаешь ее. Ибо как лучше отомстить врагам, нежели уничтожить то, чему они поклоняются?

– Ну что ж, прекрасно, – одобрил Зарни. – С тобой интересно беседовать, жрец. Но тебя ведь что-то смущает? Я слышу в голосе некое сомнение…

– От тебя ничего не укроется, мудрый Зарни. Я был уверен в своих предположениях, пока не увидел, что ты сурья. Порой сурьи достигают весьма высоких рангов – наместник Аршалай тому пример, – но все же главный храм, тем паче внутренний…

– Ладно, – поднял руку Зарни. – Я услышал достаточно. Спасибо, жрец.

«Это что же – я вообще не угадал? – потрясенно подумал Хаста. – Он не был жрецом? Но где он тогда приобрел подобные знания?!»

– Да, беседа доставила мне удовольствие, – повторил Зарни. – Не поверишь, до сего мига я и сам не осознавал, какая тоска, когда вокруг лишь говорящие орудия… Ты останешься при мне, жрец. Мы иногда будем беседовать.

– Это честь для меня, – склонил голову Хаста.

– Не прикидывайся. Ты, похоже, ловкий плут, а я – загадка, которую тебе неймется разгадать. Да, ты наткнулся на меня случайно. Но при первом же удобном случае сбежишь и помчишься с докладом к своему любимому Тулуму… Ты ведь любишь Тулума?

Зарни наклонился вперед. Хасте стало жутко от выражения его лица.

– Люблю, – сдавленным голосом сказал он. – Как же не любить его, нашего мудрого отца и наставника…

– Конечно, – съязвил Зарни. – Помню, как на него пялились молодые жрецы в храмовой школе! Будто столичные девки на наследника престола!

Он откинул рысью шкуру, показывая культи:

– Вот это сделал Тулум. Собственными руками.

Хаста отшатнулся. Он в самом деле был поражен.

– Тулум? Быть не может…

– Еще как может, – прошипел Зарни. – И глаза… Потом расскажу, как это было… Теперь ступай. По двору можешь ходить свободно. За ворота – запрещаю. Слуги тебя устроят и накормят… Что там за мальчишка с тобой?

– Я его не знаю. Проводник из местных, – не думая, соврал Хаста. И прикусил язык.

Но утомленный допросом Зарни не заметил промашку.

– Приставим его к готовке, а то Линта совсем стала бесполезна… Знаешь, у меня был раб… Образованный раб из столицы, Варак его звали.

– Варак? – озадаченно повторил Хаста. – Я знал его. Он был распорядителем Великой Охоты… Я думал, Варак давно погиб…

– Погиб, но не так уж давно. Не выдержал суровой северной зимы. Только сейчас я понял, как мне не хватает ученого слуги.

«Ну спасибо», – чуть не ляпнул Хаста.

Но вместо этого робко спросил:

– Я пойду?

– Ступай… Хотя погоди-ка. Ты ведь был в Белазоре? Видел исчезнувшую башню? Что думаешь об этом?

– Понятия не имею! – с полной искренностью заявил Хаста. – Все это сущий бред и дивье наваждение!

Зарни досадливо скривился.

«Ну что ж, – подумал Хаста. – Хоть башню отправил в небо не он… Но тогда кто?»

Глава 4

Жар звезды

Метта вылил в котел берестяное ведерко воды. Подождал, пока она зашумит и пойдет пузырями. Всыпал туесок сушеных грибов, помешал плетеной ложкой…

– Отойди, – не выдержал Хаста. – Сам все сделаю…

Уже шестой день пленники жили в Замаровой пади. Бьяры из свиты Зарни на удивление равнодушно восприняли «превращение» Хасты из женщины в мужчину. Никто к нему не лез, вопросов не задавал – все вели себя с рыжим жрецом как с еще одним слугой. Впрочем, по приказу Зарни следили за ним в оба. Хасте уже опостылело постоянно чувствовать на себе чей-то пристальный взгляд. За ограду его не выпускали – да жрец и не думал о побеге. Явной опасности для себя или Метты он пока не видел. А загадок тут было столько, что он не ушел бы, даже если бы его погнали прочь…

Главной из здешних загадок был, конечно, сам Зарни. Чем чаще Хаста беседовал с ним, тем больше его интересовал этот необычный калека. Таинственное прошлое, огромные знания, неведомые цели, чародейский дар – все это завораживало жреца. Пожалуй, за всю свою жизнь Хаста ничего и никого подобного не встречал…

За Меттой тоже приглядывали, но не так, как за жрецом. Подросток ходил на ручей – за водой, стирать, мыть посуду. В сопровождении одного из слуг – в окрестный лес за хворостом. Бьяры, которых Зарни, судя по всему, нанял для охраны и как носильщиков, радостно свалили на мальчишку всю мелкую грязную работу.