Змеиные поцелуи (СИ) - Демина Наталья - Страница 45

- Для начала, - кивнула Лида.

- Да вы коварны, моя госпожа, - рассмеялся он.

Лида решила отпустить себя. Побыть хотя бы один раз беззаботной, свободной, необременённой проблемами.

«Надо жить для себя. Для себя», - повторяла она про себя.

Кирилл и Лидия шутили друг над другом, покидая стоянку. Они были так увлечены, что не заметили улыбающуюся Ольгу, которая стояла у кованого забора, ограничивающего территорию больничного комплекса, держа в руках телефон.

«Отлично, Кира, - женщина сохранила только что снятое видео счастливой парочки. – Так держать!»

Глава 87.

Жемчуг - олицетворяет целомудрие и в тоже время слёзы разочарования от потери первой любви. Он сияет, впитывая в себя человеческое тепло, и тускнеет потеряв его. Он сам, как квинтэссенция любви, живая, волшебная, неповторимая. Тяжёлые, чуть прохладные жемчужины так и льнут к телу, мечтая испить жар сердца, впитать в себя восторг и очарование души. Одна из таиландских легенд рассказывает о жемчужинах, которые выпили досуха свою «хозяйку», желая почувствовать любовь, что бурлила в её крови.

Лида была счастлива. Счастье опьяняло, как пузырьки шампанского, будоражило, толкая на безрассудства.

- Лидочка, - Кирилл осыпал нежными поцелуями лицо женщины, то и дело, мимолётно прижимаясь к её губам. – Как же я люблю тебя.

Безбрежное счастье. Вот, что растекалось внутри мужчины. Такая эйфория окрыляла. Ему казалось, что всё, абсолютно всё, подвластно ему. Он мог бы свернуть горы, изменить русло реки, даже сорвать луну с неба, прихватив несколько звёзд.

«Как хорошо», - словно кошка выгибалась женщина, купаясь в ласке, нежности и любви, которые щедро дарил ей Кирилл.

Но идиллия не могла длиться вечно.

Совесть. Она появляется тогда, когда её не ждут, мучая душу, отравляя даже самые счастливые моменты, разрушая любую сказку, превращая всё в пепелище…

Чем ниже опускалось солнце, тем тревожнее становилось Лиде. Будто закончился запал фитиля и теперь едкий дым разочарования в себе терзал её.

«Боже, что же я делаю?» - волна стыда накрыла её с головой. Она и раньше знала, что не сможет убежать от действительности. Сколько не прячь голову в песок, однажды, всё равно придётся поднять её…

Она подскочила с постели и заметалась по гостиничному номеру, подбирая свои вещи с пола.

- Лида, - Кирилл тоже встал с постели, быстро натягивая трусы. – Что случилось? – схватил её за руку, разворачивая к себе.

- Кирилл, так нельзя, - она не смотрела ему в глаза. – Мы не можем. Это неправильно, - старалась прикрыть обнажённую грудь рукой. Магия, которая витала в воздухе ещё несколько минут назад, развеялась, оставив неприятный горьковатый осадок. С одной стороны, Лидия сделала то, что хотела, а с другой стороны, ей было неловко, что она так беззаботно потратила время на себя, получая сладкое удовольствие.

«Не знала, - избегала смотреть мужчине в глаза, - что жить для себя, окажется, так мучительно больно».

- Лида, - Кирилл прижал её к себе, не желая отпускать. – Успокойся. Всё хорошо.

- Нет, - вздохнула она.

- Мы говорили с тобой об этом. Помнишь?

- Да, - как-то обречённо произнесла женщина. – Мы взрослые люди, но…

- Никаких «но», - провёл рукой по спине Лиды. – Ты обещала быть смелой.

- Обещала, - обняла его, прижимаясь щекой к мужчине, как раз в том месте, где взволнованно билось его сердце. – Но ты должен меня понять. Я раньше никогда, - она обернулась на кровать, - не вела себя так… Да я и в гостиницах никогда не была.

- Лидочка, - улыбка появилась на губах Кирилла, - ты очаровательна.

Он подхватил её на руки, целуя, увлекая обратно в ворох простыней и мягких подушек.

- Кирилл, нет, - вяло сопротивлялась она, желая всем сердцем, чтобы он стёр поцелуями все её страхи и сомнения, спрятал в своих объятиях от всего мира.

- Люблю тебя, - вновь и вновь шептал он, отчаянно, горячо, страстно.

Но все его старания оказались тщетными. Спустя некоторое время, когда мужчина расслабленно спал, Лидия осторожно покинула его тёплые объятия. Она оделась и тихо ушла, оставив на подушке записку: «Кирилл. Мне необходимо время, чтобы подумать. Лида».

«Сейчас не время шокировать всех, - размышляла она, когда добиралась до дома на такси. – Вначале пусть Дима поправится, а потом…» - что будет потом, она не знала.

Совесть, будь она неладна, не давала Лиде забыть, что пока она предаётся любви, в больнице страдает Дима, осуждает её Саша, и ненавидят Кристина Олеговна и Ольга. И сколько бы она ни убеждала себя, что поступила правильно, червячок сомнения всё-таки грыз её изнутри.

Квартира встретила женщину темнотой и тишиной. Она ахнула, когда неожиданно вспыхнул верхний свет.

- Явилась, - голос Кристины Олеговны сочился ядом. – Хорошо, что Саша ушёл ночевать к другу и не видит этого бесстыдства. Замужняя женщина, мать взрослого сына шляется по ночам, как последняя гулящая девка, - поднялась с «пуфика».

- Я свободная женщина, - с вызовом ответила ей Лида. Стыд, будто по мановению волшебной палочки, исчез, оставив ярость и злость.

«Напрасно я переживала», - корила она себя.

- Ха, - скрестила руки на груди мать Дмитрия, - это ты будешь Сашке объяснять. Уж я постараюсь просветить его…

- Нисколько не сомневаюсь в ваших способностях.

- Смелая стала! – зашипела Кристина Олеговна.

- А хоть бы и так! – ответила ей Лида.

- Думаешь, любовника завела и море по колено стало. Нет, Лидочка, жизнь она длинная, ещё не раз тебя носом в навоз ткнёт.

- Жду - не дождусь, когда вы сами испытаете все прелести «сельской жизни», - не растерялась Лида. – Жизнь длинная, как вы говорите.

- Лидка! – Кристина Олеговна замахнулась, чтобы ударить её. – Неблагодарная!

- А за что мне вас-то благодарить?- перехватила её руку Лидия. – Вы никогда не любили и не уважали меня. Сын ваш об меня ноги вытирал. Хватит. Я больше не ваша рабыня.

- Да, как ты смеешь! – закричала женщина.

- Я-то, между прочим, у себя дома, а вот вы: нет. Будете шуметь, вызову кого следует.

- Тебе Саша не простит, что ты бросила на произвол судьбы его отца, - заметила Кристина Олеговна, высоко задрав нос, снова скрещивая руки на груди.

- С сыном я, как-нибудь, сама разберусь. Он парень умный.

- Умный, - передразнила её женщина. – Кровь не водица. А за твоё пренебрежение своими прямыми обязанностями он возненавидит тебя.

- Значит, - вздохнула Лида, - плохо я его воспитала, если он готов по первому щелчку переобуться и отвернуться от матери, забыв о предательстве отца. В конце концов, он и сам может при желании ухаживать за ним. Впрочем, как и вы.

- Но Дима хочет…

- А я не хочу. Не хочу, - и Лида скрылась в своей комнате, закрыв дверь на замок.

- Неблагодарная! – всплеснула руками Кристина Олеговна.

- Лучше быть неблагодарной, - ответила ей Лидия, - чем бесхребетной.

Она добралась до кровати и легла, не раздеваясь. Слёзы душили её, не давая вздохнуть.

«Я не могу сдаться, - убеждала она себя. – Не могу…»

Глава 88.

После расставания принято возвращать подарки. Вот только дети, плоды любви, почему-то, обычно остаются женщине. Не для того ли, чтобы она всю оставшуюся жизнь смотрела на подрастающий «сюрприз» и… Жалела о прошлом? Смирилась с настоящим? Полюбила будущее?

- Давай, колись, что у тебя случилось? – толкнул в бок Сашу приятель, который вошёл в комнату с двумя пакетами чипсов, и сел рядом на ковёр, откинувшись на диван, что стоял сзади.

- Да, ничего, - отмахнулся Александр. – Обычные семейные дрязги, - забрал у парня один из пакетиков и отрыл его, делая вид, что увлечённо смотрит фильм.