Наложница ледяного дракона (СИ) - Лоренц Катя - Страница 38

– Ну ты мерзавец!

– Неужели ты думаешь я всерьёз увлекусь девушкой, потрепанной моим ненавистным братом? – его бесполезно вразумлять и что-то доказывать. Сейчас меня больше всего на свете волнует Сэт и мама.

– Значит так! Мы идем сейчас к маме, я узнаю о ее самочувствии, успокаиваю, и ты возвращаешь меня к Сэту. Чтобы ты не говорил, кольцо тебе нужно.

– Боишься, что помрёт братец? Да так и будет. Сначала я, благодаря кольцу, завоюю империю, а потом запру его в темницу. Навечно! Вскоре его любовь перерастет в ненависть.Он будет метаться по клетке, сходя с ума от одиночества. От мысли, что единственная, кому доверился и подпустил слишком близко, предала его, – губа задрожала.

– У меня не было выбора, – стерла горячую слезу с щеки. Аид довольно улыбнулся.

– А самое приятное знаешь что? – он придвинулся очень близко. – То что тебя здесь никто не ждет. Больше не ждет, – Аид покрутил в руках коробку с кольцом. Стащил, но мне было уже не до этого.

– Мама!

Я побежала к дому.

Он все врет! Мама жива, она не может уйти, не повидавшись со мной. Я же так стремилась вернуться сюда из-за нее. Перескакивая через две ступени, поднималась на самый верх. Забарабанила в квартиру номер тридцать восемь. Но никто не ответил.

Она просто вышла в магазин, успокаивала себя.

Приложила ухо к двери, понять дома ли она.

– Мам! – застучала ногами. Дверь квартиры напротив открылась.

– Что вы шумите, девушка?

– Марья Ивановна, вы не узнаете меня? Я Аня. Аня Зотова. И эта квартира мамы и моя.

– Что за чушь?

– Знаю, что вы не так давно переехали сюда. Но вы полгода назад приходили за солью и мы подружились.

– Что за ерунда? Мы живем здесь два года. И жильцов этой квартиры я хорошо знаю.

– Жильцов?

– А вот вас, – осмотрела меня с головы до ног презрительным взглядом. – Не знаю! Идите отсюда. По-хорошему говорю. Иначе я вызову полицию! Не хватало, чтобы в нашем подъезде ошивались всякие сектанты!

– Марья Ивановна, что вы такое говорите?

– А то и говорю! Ты когда себя в зеркало видела? Что это за мешок на тебе? – очень дорогой мешок. – Иди! Надо же. Еще и имя мое знает! – она захлопнула дверь, а я тяжелым шагом спускалась.

С ума она что ли сошла? Как так-то? А тогда, когда сидела у нас на кухне и пила чай, показалась вполне милой женщиной. Адекватной.

Села на скамейку, с тоской смотрела на двор, в котором выросла. Я так стремилась сюда, но как-то по-другому представляла свое возвращение.

– Привет, красавица, – на скамейку рядом со мной опустился Горелый, местный хулиган и воришка. Он крутил в руках телефон, посматривая недобрым взглядом на кольцо на пальце.

– Красивое колечко, – прижала руки к груди.

– Что тебе надо, Гарик?

– Мы знакомы? – еще один не помнящий. Да что ж такое? Неужели я так изменилась?

Поспешила встать и отошла на безопасное расстояние, когда услышала смех мамы.

Она шла под ручку с седовласым мужчиной. Не помня себя от счастья, подбежала к ней и обняла.

– Мамулечка! Я так рада, что с тобой все хорошо. Как ты себя чувствуешь? Как сердце? – отодвинувшись, рассматривала ее. – Ого! Как ты изменилась, как похудела! Вредно же за полгода такой резкий сброс веса, – мама посмотрела на седого мужчину. – Я знаю, что ты хочешь сказать. Где я пропадала столько времени. Я все тебе объясню. Ты только не волнуйся, пожалуйста.

– Да я не волнуюсь. Я просто не понимаю. Девушка, вы кто? – я пошатнулась, мне казалось, что это слуховые галлюцинации.

– Мам, это же я. Твоя дочь, – дребезжащим голосом проскулила, чувствуя, как щиплет глаза от слез.

– Не смешно! У меня нет и никогда не было дочери. Я бесплодная. Пойдем, Витюш, – она подхватила мужчину под руку и ушла.

Я села на корточки, обнимая себя руками. Да как так-то? Ладно соседка не узнала, Гарик, но мама!

Я не знаю сколько времени просидела так, оглушённая реальностью.

Так плохо я себя не чувствовала, даже когда попала в Мирвенте и стала наложницей Сэта.

Это ж мой мир, мой дом, моя мама! Я боялась, что ей станет плохо от счастья и моего неожиданного возвращения. А тут наоборот.

Меня тронули за плечо. Это оказался тот самый мужчина.

– Девушка у вас всё в порядке? Я вас вспомнил. Когда Оленька лежала в больнице два года назад, соседка Марья Ивановна сдала квартиру. Оля по доверчивости оставила ей ключи. А когда вернулась там были чужие вещи, – он кивнул на мой чемодан в руке. – Большую часть вещей мы выкинули, а вот кое-что и документы не осмелились. По фотографии в паспорте я вас и узнал. Кстати, удивительно, что ваша приемная мама полная теска Олечки.

– Приемная?

– Я вам сочувствую. Вам бы к врачу обратиться. У Оли не было дочери.

– Но как же?..

– Я бы знал. Мы уже год вместе живем. Я прошу вас. Не приходите больше. Оля только после операции на сердце. Только на поправку пошла.

– Очередь подошла?

– Нет. Какой-то незнакомый мужчина оплатил операцию и реабилитацию.

– Какой мужчина?

– Представительный. Говорил на латыни, огромный такой, в татуировках.

– Сэт…

Он помог моей маме, а я отдала кольцо его врагу. Я даже не знаю, что сейчас происходит в другом мире. Как он перенес мое исчезновение? Напал ли Аид на Сэта, вместе со своей собранной армией змеиных чудовищ?

Что же я наделала? Говорила о доверии, а сама не доверяла ему. Он же сказал, что мы вернемся на Землю вместе. Всего-то нужно было подождать.

Шла, утирая слезы. Все мне казалось здесь чужим. Словно не полгода прошло, а целая вечность. Через дорогу от нас только начиналось строительство многоэтажки, а сейчас она построена и даже люди живут, судя по занавескам на окнах.

Возле киоска остановилась, как вкопанная, изучая свежую газету. По ней получалось, что прошло не полгода, а целых два! Мне хотелось ущипнуть себя. Это сон. Не может быть правдой.

– Девушка, – меня дернул за руку прохожий, и прямо передо мной промчалась машина на дикой скорости. – Смотрите, куда идете. Иностранка что-ли? – вопросительно окинул меня взглядом.

Я действительно отвыкла от прежнего ритма жизни. Все бегут, спешат. Суета. Машины.

То ли дело грифоны. Лететь на нем, прижимаясь к Сэту, слушать размеренные взмахи крыльев, любоваться закатом. Я все это потеряла. Потеряла его по своей дурости.

– Вы бы спрятали кольцо. Видно же, что дорогое. В нашем районе нельзя ходить без сопровождения. У вас есть где остановиться? Я могу сдать вам комнату.

– У меня совсем нет денег.

– А кольцо? Его же заложить можно в ломбард.

Прижала руку к груди. Моя последняя ниточка, связь с Сэтом. Оно мне слишком дорого.

– Я не могу.

–А где же вы будете ночевать?

– Не беспокойтесь. Все в порядке.

Нужно собраться, постараться не думать о том, что я потеряла, а заняться текущими вопросами. И жилье это и правда главное, а еще не мешало бы что-то поесть.

Я побрела к подруге. Она жила на другом конце города и добралась туда ближе к вечеру. С каким бы удовольствием я выпила стаканчик асхора.

Долго сомневалась, прежде чем позвонить. Лера была моей последней надеждой, подруга открыла через минуту.

– Вам кого, девушка? – и она не помнит. Да что это такое? Меня обуяла злость.

Они все забыли, словно меня никогда не существовало. Я решила заставить ее вспомнить меня.

– Это ж я, Аня Зотова. Мы вместе с тобой учились на медицинском. Два года назад.

– Вы ошибаетесь, девушка. Я отлично помню всех, с кем училась.

– Да? Тогда откуда я знаю, что когда тебе неприятен собеседник, ты морщишь нос, как сейчас? Или что ты любишь красные розы.

– Ты хороший психолог. Заметила. А розы многие любят.

– А про то, что ты первый раз целовалась с Димой Черняевым?

– Действительно. Откуда?

– Аська проговорилась что ли? И что вам надо?

– Помощь. Меня никто не помнит в этом мире. Никого нет. Ни денег, ни жилья.

– А. Ясно. Иди отсюда, подруга. Пока дурку не вызвала. Или полицию.