(не)желанный малыш для олигарха (СИ) - Владимирова-Бойко Марина - Страница 13

Еще сильнее вдавливаю педаль газа. Что за черт?! Почему она так засела в моей башке. Ангелина…

Верну, даже если мне придётся остановить поезд.

Показался вокзал, паркую авто. Спешно забегаю в здание. Обвожу взглядом, каждого кто находится здесь. Пытаюсь уловить ее среди десятка равнодушных лиц. Ее здесь нет.

Снова на улице. Вижу блондинку, она стоит ко мне спиной, в руках сумка.

- Ангелина! – подбегаю к ней. Кладу руку на плечо, блондинка оборачивается.

- Кто вы, мужчина? – округляет глаза.

Это не она. Чужая, холодная, чья-то, но не моя ласковая и нежная принцесса.

- Никто, - громко отвечаю и снова оказываюсь в тупике.

С громкоговорителя передают, что отправляется нужный мне поезд. Бегу на перрон сломя голову.

Поезд набирает скорость, я продолжаю бежать за ним, цепляясь за ручки как за последнюю возможность выжить. Все тщетно. Скорость, ветер, пальцы скользят.

Сбавляю темп. Наблюдаю, как мелькает последний вагон.

Еще не вечер, я доберусь до тебя, и ты ответишь за все.

* Баста́рд — внебрачный или незаконнорожденный ребенок.

Часть 11

Прохожу в тесный вагон плацкарт. Незнакомые мужчины в белых майках и сланцах на два размера больше своей ноги, бросают в мою сторону косые взгляды. Пышногрудая, рыжеволосая проводница разносит байховый чай с лимоном в золотых подстаканниках, громко просит выйти всех провожающих.

Густой, спертый воздух нависает над спальными полками, как грозовое облако. Волосы прилипают к шее, ладони потеют от духоты и в какой-то момент, кажется, что нечем дышать.

Кто-то ест, кто-то спит, накрывшись белой простыней. Кто-то читает газету. Мужчины, женщины, дети, мне кажется, что все они смотрят на меня.

Крепче прижимаю паспорт к груди и очередной раз думаю, в какую неизвестность еду. Эта неизвестность пугает, хотя бы по одной простой причине: я привыкла к обычному укладу жизни. Я привыкла по расписанию стирать, гладить. Кормить лошадей, готовить аппетитные сырники на завтрак. Я привыкла к той обычной, размеренной жизни, которая изменилась в один момент. Когда в моей жизни появился Анвар.

Сажусь на свое место. Резкий толчок и поезд трогается с места. Быстро набирает скорость, слышен гулкий стук колес, как за окном гудит ветер.

Мелькают дома, показываются широкие глади равнин и длинная извилистая река с зеркальной поверхностью.

Напротив меня сидит полная женщина, в розовой майке. Высокий морщинистый лоб, круглое лицо, глубоко посаженные глаза цвета тусклого золота. Ей около пятидесяти, ее губы небрежно накрашены, алая помада выходит за контур, словно она красилась в темноте.

Слишком много людей. Слишком много всего. Еда, вода, обувь, чей-то один носок и длинные мужские ноги, свисающие с верхних полок.

– Ты чего такая перепуганная? – обращается ко мне женщина с не аккуратно накрашенными губами.

– Я? – смущенно спрашиваю.

– Ну не я же, - хохочет, показывая свои неровные зубы.

Затем приглаживает короткие волосы и достаёт из клетчатой сумки, что-то замотанное в фольгу. Я предположила что это куриная тушка.

– Разворачивает объемными руками и протягивает мне копченый окорок курицы.

– На, будешь? – у нее грубый голос и толстые пальцы.

– Спасибо! – натянуто улыбаюсь. - Что-то не хочется.

– Ну как знаешь.

– До конца едешь?

– До конца, - сухо отвечаю.

– И чего вас несет всех в столицу, сидели бы дома возле мамкиной юбки…, – высказывается она. Затем расстилает на небольшом столике газету, достает вареные яйца, бьет их об поверхность стола, счищает скорлупу.

Понимаю, что от происходящего тошнотворный ком так и подкатывает к горлу. Бегу в туалет и последующие пол часа провожу там.

Неужели это только начало?

Облокачиваюсь на холодную стену, сжимаю ладони в кулаки.

Моя карма разбита, душа - пустой сосуд. Любовь к Анвару не убить. Она поселилась в сердцее так глубоко. Навечно. Попробовать изменить, исправить. Главное чтобы хватило сил.

Сил хватит. Потому что я уже не одна.

Я справлюсь, выдержу все испытания ради будущего малыша.

Когда возвращаюсь обратно, моя соседка закончила трапезу и все убрала со стола. Вытирает жирные руки об салфетку, продолжает сверлить меня взглядом.

– Что-то ты бледная такая.

– Все нормально.

Она хочет продолжить разговор, бубнит что-то про своих «выродков», мужа алкаша.

Ложусь, поворачиваюсь к стенке и прикрываю глаза. Нет желания с ней разговаривать. Я совершенно не знаю эту странную женщину. Мне так хочется спокойно полежать в тишине.

И этой ночью снится Анвар. Решительный. Яркий. Роковой. Обнимаю его во сне, утопаю в его львиных глазах. Сердце клокочет в груди. Дрожу, от его пристального взгляда. Хочу сказать, как сильно люблю, не решаюсь. Анвар крепко сжимает мои плечи и гневно шепчет на ухо: «Я тебя найду».

И я просыпаюсь в холодном поту.

Поезд прибыл ровно по расписанию. Проводницы в белоснежных рубашках вышли на перрон, затем показались усталые от долгой поездки пассажиры.

На вокзале меня никто не встречает. Анна не говорила, что кто-то будет встречать, но все же я растерялась.

Когда ты живешь в небольшой деревушке, среди фруктовых деревьев, прибрежных кустарников, ярких цветов оттенка терракот, где за окном шумит теплое море, где знаешь каждый закуток, а после приезжаешь в огромный город и теряешься в этом открытом пространстве.

На длинных перронах начали беспорядочно толпиться люди. Здание вокзала, похоже больше на лабиринт. Все же нужно было прихватить с собой карту. Куда идти? Где здесь выход?

Не знаю куда идти, куда двигаются лифты, ведут лестницы. Продолжаю стоять в ступоре и оглядываться по сторонам.

- Девушка вам помочь?

Оборачиваюсь. Передо мной молодой парень в кепке.

- Да, пожалуйста. Не могу найти выход.

- Давайте вашу сумку, - выхватывает ее из моих рук, не дожидаясь ответа.

Идет быстрым шагом, еле-еле успеваю. Плетусь где-то сзади, незнакомец взял быстрый темп. Он идет слишком бойко, а потом смешивается с толпой. Мгновение и он бежит, крепко сжимая мою сумку в своей руке.

Стараюсь его догнать, без конца врезаясь встречных мне людей. В отличие от меня он ловко маневрирует, знает как действовать, куда бежать.

- Подождите! Подождите! Стойте! – кричу, теряю его из вида. Пытаюсь разглядеть его незнакомое лицо, среди других незнакомых лиц. Его нигде нет, у него моя сумка. А там деньги, вещи… Останавливаюсь, хлопаю ладонями по карманам ветровки. Паспорт с собой и адрес, который вложен в заднюю часть его обложки. Немного мелочи. Все!

Парень в кепке растворился. Его нет и моей сумки тоже. Анна сказала положить деньги на самое дно, под подкладку, я так и сделала. По ее словам так надежней, а теперь у меня нет ничего и слезы наворачиваются на глазах.

Повернув голову - вижу надпись: «Полиция». Нет, туда я точно не пойду. Понимаю, что мою сумку вряд ли найдут. Однажды был случай, когда мы с Анной поехали на рынок и у нее вытащили из кармана кошелек, точнее каким-то способом разрезали карман, получив желаемые деньги.

Мы пошли в полицию, но все было тщетно. Возможно, грабителя даже не искали. Анна тогда сильно расстроилась, но потом собрала всю волю в кулак и тихо сказала: «Хорошо, что живы-здоровы, все остальное пустяки».

Так что найдут, то денег и вещей там не будет. А вот сообщить Анвару… Этого не хотелось больше всего.

Еще долго стояла у входа в вокзал и ждала. Надеялась, что может парень в кепке выйдет с моей сумкой. Я надеялась до последнего.

Но никто не вышел. Так стоять можно бесконечно. До самого вечера, до завтрашнего утра. Ситуация не изменится, я это отчетливо понимаю.

Разворачиваю бумажку с адресом, запускаю руку в карман ветровки. Нащупав немного мелочи, думаю, что на маршрутку должно хватить. Добраться до двоюродной сестры Анны – доберусь, а вот что потом не знаю. Снова пугающая неизвестность.