Блуждающий Трактир (ЛП) - "pirateaba" - Страница 499

Но в глубине души я боялась, что могу опоздать. Или, что ещё хуже, я могу потерпеть неудачу. Всё, что у меня есть, – это шанс. Шанс спасти её жизнь.

Я понятия не имела, где Мрша. Она исчезла, когда собирала еду. Она могла заблудиться, но… нет. Нет, если бы это было так, то она бы вернулась. Если она ушла так далеко от гнолла, с которым была, то, значит, её похитили или ей пришлось бежать.

Значит, монстр. Или что-то… другое. Я не знала. Но если это так, то мне, возможно, придётся сражаться с тем, что забрало Мршу. И, боюсь, я слишком слаба для этого.

Феи летели в небе чуть выше меня, и я увидела, что дорога шла вверх. У меня был факел, выданный мне одним из гноллов. Его мерцающий свет освещал землю передо мной. Я могла бы выбросить его и использовать [Свет], но мне нужно беречь каждую крупицу маны, которая у меня есть. Даже одно заклинание утомляет, а медлить сейчас нельзя.

Я сильнее, чем была, но всё ещё слабая. Моё сердце колотится, и мне страшно. И не только из-за монстров.

От лагеря Каменного Копья ландшафт постепенно поднимался вверх. Гноллы расположились у подножия горы, одной из тех, что окружали Лискор. Если я посмотрю вверх, то увижу её: массивную стену из камня и льда, уходящую в небо.

Она огромна. Мне вспоминаются Гималаи, но думаю, что эти вершины, возможно, даже выше. И мне страшно.

Если мне придётся забираться туда, успею ли я добраться до Мрши вовремя? Как далеко мог зайти ребёнок?

Сейчас на мне тяжёлая одежда. Зимнее снаряжение; сапоги, штаны с подкладкой и пальто, которое отсекает самый сильный холод вокруг меня. Но это не ультратонкая ткань из моего мира. Вещи, которые на мне, тяжёлые, громоздкие, и, по мере того как я потела и бежала по снегу и льду, они становились всё тяжелее.

К этому стоит добавить то, что я весь день бегала в поисках Мрши. Моё тело даже не до конца оправилось от зелья, которое дал мне Териарх. И я смертна. Если я сделаю неудачный шаг и защемлю лодыжку, то легко могу сломать ногу.

Всё это сделает поиски Мрши невозможными. А я должна её найти. Я должна. Но у меня есть только один шанс.

Судьба. Вот о чём говорили феи. Я смотрела на них, пока бежала, задыхаясь. Мои ноги уже горели. Мне не следовало бежать так быстро.

— Почему ты замедлилась?

Одна из фей слетела вниз, заметив, что я снизила скорость. Я покачала головой, но мне нужно ответить, поэтому я выдохнула:

— Экономлю энергию.

Мне приходится. Если я наберу полную скорость, то топливо кончится слишком быстро. А я знаю, что, скорее всего, мне понадобится всё до последней капли.

Фея неодобрительно покачала головой.

— Странно. У вас, смертных, странные пути. Зачем бежать медленнее, чтобы потом бежать быстрее?

Я не знаю, стоит ли мне с ней разговаривать. Тратить энергию? Но всё, что мне удаётся вытянуть из молчаливых фей, важно.

— Если ты знаешь, насколько я близко, просто скажи мне, и я побегу так быстро, как только смогу.

Фея посмотрела на меня не улыбаясь.

— Не проси больше, чем тебе дано, смертная. Сейчас мы нарушаем правило, чтобы дать тебе шанс.

— Но это судьба? Вы знаете, что произойдёт?

Вот вопрос, который таился в моём сердце. Судьба. Неужели это всё какой-то грандиозный план? Если это так…

Фея окинула меня взглядом своих холодных глаз и улетела вверх. Я расстроенно уставилась ей вслед. Она не скажет. Но зачем бессмертным что-то рассказывать игрушкам? Если мы так просты, зачем вообще с нами возиться?

Кажется, я понимала, почему они так пренебрежительно относятся к нам. На самом деле вопрос в том, почему они вообще утруждали себя разговорами.

Осколки бессмертия. Вечные истории. Дети. Это то, что любят феи. Возможно, поэтому они сейчас и помогали.

Но в любом случае, остальное зависело от меня. Поэтому я ускорила темп. Совсем чуть-чуть.

В беге есть ритм. Я участвовала в марафонах и знала достаточно о беге по пересечённой местности, чтобы двигаться быстро. Но я такая медленная по сравнению с тем, какой я могла бы быть босиком и без всей этой одежды.

Феи над головой летели дальше. Они обвели меня вокруг леса, вверх по склону и дальше. Теперь я узнала, где мы находились. Я уже проходила этот путь сегодня.

Мы пришли к месту, где в последний раз видели Мршу. Холм, где под снегом скрывались съедобные растения. Бесчисленные ноги вытоптали снег, но феи даже не замедлились, подлетая к нему. Они летели на север, вверх от холма, к горе.

Уркш был прав. Если и было место, куда убежала Мрша, – так это наверх. Это место, где гноллы не стали так усердно искать. Поднимись слишком высоко – и ты потеряешься навсегда. Никто не сможет услышать или учуять тебя, если ты окажешься погребённым под лавиной.

Я побежала вверх, вверх по склону. Мои ноги… я побежала выше, а затем ещё выше. Я не могла остановиться.

Пожалуйста, пусть я не опоздаю.

***

Ей холодно. Мрша чихнула и захныкала, находясь там, откуда она не могла убежать. Вокруг было холодно.

Ей ещё никогда не было так холодно. Зимний воздух леденил её. Если бы ничего не случилось, она была бы сейчас в лагере, который разбило её племя, ютилась бы вместе с другими в палатке или сидела у костра так близко, что шерсть могла бы загореться…

От одной этой мысли Мрша застонала, но она слишком устала и была слишком напугана, чтобы издавать громкие звуки. Поначалу она выла и кричала, но никто не пришёл.

Она знала, что забралась слишком далеко вверх. Знала. Все старейшины снова и снова повторяли ей, чтобы она никогда не забиралась так высоко. Она знала, что никто не сможет найти её здесь.

Но у неё не было выбора. Мрша посмотрела на полуприкрытую снегом штуку и вздрогнула. Она попыталась отодвинуться подальше от неё, но места не было. И ей было больно.

Она села и посмотрела на небо. Холодно. Она голодна и в отчаянии. Полна страха, что её уже никогда не спасут. И она устала. Гнолл вскинула нос к воздуху и снова принюхалась.

Вот он. Тот же запах. Не только от штуки рядом с ней; он витал повсюду в воздухе. Нюх у Мрши был острым даже для гнолла. Она чувствовала запах, расползшийся по всей горе.

Они повсюду. И от одной мысли о них Мрше стало страшно. Но она ничего не могла сделать. Поэтому она сидела. И ждала.

Если бы она верила в богов, она бы молилась. Но Мрша знала, что боги мертвы. Поэтому она просто надеялась. Она пыталась верить.

Но ей было так холодно.

***

Выше. Всё выше. Я следовала за феями, пока они вели меня к основанию горы. Похоже, они пытались направить меня по самому простому пути, но…

Однажды я уже взбиралась на гору. Но это было совсем не так, как сейчас. Здесь не было дороги, не было лёгкого пути. Местами земля становилась отвесной, и теперь мне приходилось использовать и руки, и ноги, иногда подтягиваясь, когда мои сапоги скользили по заснеженным камням.

Феи наблюдали за мной, время от времени останавливаясь присесть на камнях, пока я подтягивалась вверх, напрягаясь и хрюкая от усилий. Их лица были бесстрастны, но глаза – нет. Мне казалось, они только притворялись, что им всё равно. Феи летели вперёд, показывая мне дорогу с такой готовностью, что я не могла поверить в обратное.

Им не всё равно. Но они боялись, что я не справлюсь.

— Как далеко?

Одна из них обернулась, чтобы посмотреть на меня, пока остальные пролетали над головой. Фея ничего не ответила. Я задыхалась и кашляла. Я двигалась слишком быстро. Я чувствовала вкус крови в том месте, где я прикусила язык, когда упала, и также из моих горящих лёгких.

Мне всё равно. Быстрее. Я втянула воздух в лёгкие.

— Как… далеко? Сколько осталось?

Они не ответили. Но они летели всё выше. Тогда я стиснула зубы и двинулась вперёд.

***

Уркш ждал, стоя на краю места, где Каменное Копьё разбило лагерь. Он ждал и прислушивался.

Но он не слышал ничего, кроме падающего снега, потрескивания костра рядом с ним и слов своего охотника Хекры:

— Больше пропавших. Все на севере и западе.