Блуждающий Трактир (ЛП) - "pirateaba" - Страница 521

— Да. Ну, вообще-то, я не так уж против, но было бы неплохо знать. Вообще-то мне было просто любопытно, действительно ли вы это делали.

Ресса и Магнолия обменялись взглядами, а затем леди откинулась на спинку дивана.

— Ах. Понимаю.

Она выдержала паузу. Эрин уставилась на неё. Молчание стало неловким, и тогда леди Магнолия улыбнулась.

— Я искренне прошу прощения. Я хотела, чтобы вы выложились на полную, и поэтому позорно нарушила правила. Позвольте мне уступить и принести вам свои глубочайшие извинения. Если вы того хотите, мы можем сбросить доску и сыграть ещё одну игру честно…

Эрин покачала головой.

— Нет. Вообще-то, я бы хотела сыграть ещё одну игру, как эта.

Секундное моргание. На этот раз взгляд леди Магнолии встретился со взглядом Эрин, и девушка на мгновение почувствовала мурашки.

— Интригующе. Почему, позвольте спросить?

Девушка неловко пожала плечами.

— Я думаю, это будет даже забавно. Но вы действительно читаете мои мысли?

— …Да. Не на настолько продвинутом уровне, чтобы знать, о чём вы думаете; я владею навыком под названием [Чувство Намерений] и довольно искусна в его использовании. Я могу чувствовать, на каких фигурах вы сосредотачивались, что позволило мне демонстрировать показанный уровень игры.

— Круто.

— Круто?

— Это так круто.

Эрин усмехнулась. Она перевела взгляд на доску и начала переставлять фигуры на исходные позиции.

— Вы можете сделать это снова? Пока мы играем, я имею в виду. Я хочу посмотреть, смогу ли я победить кого-то, кто может сказать, что я пытаюсь сделать.

В течение двух секунд леди Магнолия пялилась на Эрин с искренним удивлением, буквально написанным на лице. А затем она улыбнулась девушке по-настоящему. По сравнению с этой улыбкой все остальные казались фальшивыми и пластмассовыми, потому что она была действительно наполнена восторгом и весельем.

— Я буду только рада. Вы довольно необычная юная леди, вы знаете.

— Правда? Наверное. Хм. Наверное, я снова начну за белых.

Игра началась заново. Эрин расставила свои фигуры на места и задумалась, как обыграть того, кто чувствовал, что она хотела сделать. Она заметила, что Ресса не спускала с неё взгляда, а леди Магнолия теперь глядела на неё совсем по-другому. С меньшей уверенностью и гораздо более пристально, словно пытаясь прочесть Эрин.

Но Эрин научилась играть в шахматы с покер-фейсом. Сейчас она использовала все свои навыки, стараясь не выдать ничего сверх того, что почувствует Магнолия. Эрин начала играть на этот раз в тишине и вспомнила прошлое.

Когда-то давно она любила шахматы. Затем, позже, она возненавидела их. Она возненавидела заучивание, постоянные игры, мучительные раздумья о соотношении побед и поражений и то, как шахматы поглощали всю её жизнь, не оставляя времени ни на что другое.

Она отдалилась от игры и в конце концов совсем перестала играть, несмотря на то что многие призывали её не растрачивать свои таланты, бросая игру. Но Эрин надоела эта маленькая доска, и она была счастлива стать самой обычной девушкой.

И всё же, всё же… Эрин шла сквозь года, и постепенно она поняла, что шахматы изменили её. Даже обычная игра была для неё другой, потому что она не была любителем, но всё ещё не была профессионалом. Никто в её школе или даже в округе не мог бросить ей вызов, и всё же вершина странного шахматного мира была ещё далека от неё.

Эрин постепенно осознала, как много для неё значили шахматы. Без них у неё не было ничего, что отличало бы её от других людей, и это было и хорошо, и плохо. Она устала от шахмат, да, но без них она была бессмысленна.

И так, постепенно, Эрин снова полюбила игру. Она играла ради удовольствия, а затем вновь открыла для себя то чувство, которое испытывала, когда только училась играть. Она начала заново входить в мир шахмат, а затем оказалась в другом мире.

А потом…

Если бы и существовал бог Шахмат – или, возможно, богиня, – то это был бы жестокий, расчётливый бог, который наделял бы своими дарами, словно проклятиями, людей, живущих ради игры. Если бы бог существовал.

Метафорический бог. Не реальный бог и богиня, которые заявили свои права на игру, а живой дух самих шахмат. Эрин думала об этом именно так. Бог Шахмат был молчалив и часто жесток, он жил в холодном камне и статичных правилах, которые ломали людей на неизменных досках. Но она прикасалась к богу в своих играх, и, когда она пришла в этот мир, он, она, оно… благословили её.

Бессмертные игры. Соперники, которых можно учить, у которых можно учиться и которые любили игру так же сильно, как и она. Эрин уже не была тем игроком, которым была когда-то. Она могла быть неуклюжей, глупой и какой угодно другой, но была одна вещь, в которой Эрин была хороша. Одна вещь, в которой она была бы на самой вершине в любом из миров. И это был…

— Шах и мат.

Эрин двинула своего коня вперёд и завершила ловушку. Король Магнолии уставился на неё, тоскливо загнанный в угол несколькими фигурами, которые только и ждали, когда он сделает ход, чтобы вышибить ему мозги.

— Поразительно.

Леди Магнолия произнесла это слово, осторожно опрокидывая своего короля. Она подняла взгляд на Эрин, и её глаза были полны света.

— Я редко проигрывала партии в шахматы, когда использовала [Чувство Намерений], Эрин Солстис. И даже без него я считаю себя искусным игроком. Но, насколько я могу заметить, навыки мало что значат против кого-то с вашим уровнем мастерства.

— Это была хорошая игра.

Это было всё, что могла сказать Эрин. Она улыбнулась и хрустнула пальцами, но потом осознала, что это могло быть невежливо, и покраснела. Леди Магнолия захихикала.

— Действительно хорошая. И удивительная; я не думала, что то, что я вас читаю, будет так очевидно.

— Ну, у меня просто есть нюх на такие вещи, наверное.

— В самом деле. Интересно, чувствуете ли вы что-нибудь ещё?

Что-нибудь ещё? Немного почесав голову, Эрин покачала ею.

— Не думаю. Я действительно хороша в шахматах только потому, что много играла в них.

— Это вполне очевидно. Действительно…

Леди Магнолия постучала ногтем по губам и вздохнула.

— У меня есть друг, с которым я бы с удовольствием вас познакомила. Я думаю, что вы восторжествуете, сыграв партию с ним, и мне бы очень хотелось увидеть выражение его лица, если вы это сделаете. Вы, безусловно, один из лучших игроков в этом мире, в этом я убедилась.

Эрин снова почувствовала, что краснела. Лучший игрок? В мире? В её мире это было бы абсолютной и ужасной ложью, но здесь? Она не знала, радоваться ей или огорчаться.

— Дитя, выросшее, изучая игру, которая является… новой для этого мира. Как интригующе. Но я полагаю, что есть, по крайней мере… пять разумных, которые смогут вас превзойти. Как думаешь, число пять – верное, Ресса?

— Не могу знать, миледи.

— Лгунья.

Магнолия мягко улыбнулась своей горничной. Эрин была рада этому; похоже, женщина дружила со своими слугами. Но её слова привлекли внимание Эрин. Шахматный маньяк в ней вскинул голову.

— Правда? Вы знаете других разумных, которые любят шахматы? Можете сказать мне их имена?

Возможно, один из них был тем, кто прислал ей шахматную доску. Всё могло быть. Магнолия оглядела Эрин, а потом снова улыбнулась. Похоже, ей нравилось так улыбаться.

— Они не обязательно шахматисты, но у них есть, ах, навыки и темперамент, чтобы стать лучшими в любой подобной игре. Но что касается их имён… не хотелось бы портить сюрприз. Скажем так: старый дурак, самый маленький стратег в мире, маг-затворник, жалкий король и лихой, весьма обаятельный лорд. По одному гению на каждом континенте… за исключением Чандрара. Не думаю, что молодой [Император] или Левая Рука Короля Разрушения достаточно хороши, чтобы вас одолеть.

Для Эрин эта информация ничего не дала, помимо упоминания Короля Разрушения, но она понятия не имела, кем могла быть его левая рука. Это если предполагать, что «левая рука» не была буквально гигантской левой рукой, играющей в шахматы. Девушка слышала и о более безумных вещах.