Блуждающий Трактир (ЛП) - "pirateaba" - Страница 530

Он ненавидел, когда с ним так обращались. Но Умина была новенькой в его группе студентов и поэтому ещё не привыкла к его росту. Она либо привыкнет, либо нет. Ниерс сосредоточился на битве и отбросил мелкие отвлекающие факторы.

Да, такова была ирония прозвища, которое дали ему враги. Ниерс принял это прозвище, но оно приводило окружающих в замешательство, поэтому когда он вернулся к карте, то почувствовал на своей спине взгляд Курьера.

Если послушать разговоры о втором командире одной из Четырёх Великих Кампаний Балероса, то Ниерс представал гигантом во всех смыслах. Он вёл свои армии к победе за победой, используя свой разум как оружие там, где большинство [Генералов] пользовались мечом. Он мог обхитрить любого противника, одолеть любые силы, даже втрое превосходящие его по численности. С помощью своих Навыков он мог превратить своих солдат в ужасающих чудовищ, но если ему требовалось отступить, то его армия становилась подобна призракам на поле боя.

Он был монстром, самым высокоуровневым [Стратегом] на континенте… а может быть, и во всём мире. Ниерс вполне разумно скрывал свой настоящий уровень, но его мастерство было непревзойдённым. Поэтому его прозвали Титаном, и только некоторые понимали шутку. А шутка заключалась в том, что Ниерс был крошечным. Его рост составлял всего шесть дюймов.

Если не считать этой детали, Ниерс выглядел как обычный мужчина средних лет. У него были тёмные, чёрные волосы с лёгкой сединой, мощное, хотя и миниатюрное телосложение. На нём были дорогие доспехи, под стать любому [Лорду]… по правде говоря, они были даже дороже, учитывая, что [Кузнецы] с трудом ковали такие маленькие вещи. И, опять же, он выглядел человеком, если не считать его роста.

Вообще-то, Ниерс был довольно высок для представителя своей расы, но, разумеется, это мало что значило, поскольку средний рост его народа был с человеческую ладонь. Фраерлинги, или малый народ, как их чаще называли, жили затворниками на Балеросе и редко принимали участие в континентальных или мирских событиях, предпочитая оставаться в пределах своих небольших общин и лишь изредка выезжая в деревни, посёлки и города, чтобы продать товары или попросить помощи у авантюристов.

Но, разумеется, были и исключения. И можно с лёгкостью утверждать, что Ниерс был самым известным фраерлингом в мире. Ему не особенно нравилось это положение; он хотел бы быть известен благодаря своему стратегическому мастерству, а не происхождению, но слава есть слава, и он знал, что являлся великим героем для детей своего народа.

Умина колебалась, держа в руках пачку писем, принесённых Курьером. Ниерс знал, что она способна к магии, но сжигание писем, полученных от Курьера, должно было противоречить всем её инстинктам.

— Мне просто?..

— Огонь. Вот.

Один из старших учеников Ниерса вмешался прежде, чем Умина успела прервать своего учителя. Он взял письма у Умины в закованные в броню руки и позволил ей наколдовать небольшое пламя между ладонями. Письма свернулись и сгорели, пока он держал их до последнего, спокойно, не боясь огня.

Камерал отряхнул руки, позволяя пеплу упасть на земляной пол шатра. Ниерс кивнул и раздражённо хмыкнул.

— Послание не пришлось вам по вкусу, милорд?

— Оно было бессмысленным. Это были новые письма от леди Магнолии.

— Ах.

Настроение в шатре изменилось. У Ниерса было бесчисленное множество учеников, хотя в этом большом шатре присутствовало всего двенадцать или около того. Каждого из них он принимал, основываясь на их невероятном уме и способностях к сражениям. Но любой стоящий [Стратег] знал политическую сферу так же хорошо, как и поле боя, а леди Магнолия входила в короткий список имён, которые нужно было запомнить независимо от того, в какой части света ты находишься.

Можно было утверждать, что сожжение Ниерсом её писем было оскорблением, причём опасным, учитывая влияние и силу Рейнхартов. Но он сам по себе был достаточно могуществен, чтобы так поступать. Характер его переписки с Магнолией Рейнхарт был тайной для его учеников, но Ниерс уже знал, что после этой встречи они будут обсуждать этот вопрос или посылать своих шпионов и осведомителей. Это похвально с их стороны, пусть и предсказуемо.

Тем не менее Ниерс был вынужден признать, что его в равной степени мучало любопытство и раздражали непрекращающиеся попытки Магнолии связаться с ним. Она отправляла письма через Курьеров волна за волной, и Ниерс считал, что его преследовали.

И это были всегда одни и те же письма. Мягкое приглашение поговорить с ней с помощью заклинания или даже лично, если у него будет такая возможность. Но Ниерс до сих пор ничего из этого не сделал и не отвечал ей на письма. Это был грубый поступок, но, по его мнению, она этого и ожидала, и это оставался единственный разумный вариант действий, который [Стратег] считал нужным предпринять.

У него не было желания ввязываться в планы этой женщины, а тем более разговаривать с ней в данный момент. Ниерс встречался с ней всего дважды, но научился относиться к ней исключительно настороженно.

Более того, он опасался, что, если он когда-нибудь заговорит с ней, она предложит ему приз, от которого он не сможет отказаться. А он предан своей роте и своему командиру до конца; лучше не поддаваться искушению.

— Постарайтесь не слишком мучиться из-за этой женщины, ладно? Ум Магнолии Рейнхарт заставит стыдиться большинство [Стратегов] и [Генералов], а нам предстоит выиграть битву.

Камерал серьёзно кивнул, а остальные заёрзали, словно дети, которых поймали на шалости. Их всегда поражало, что Ниерс знал, о чём они думали, но, разумеется, это было лишь их воображение. Он просто знал, что они будут делать, потому что сам когда-то был таким же, как они.

Голова Камерала мотнулась, когда он кивнул, и бронированный мужчина вскинул руку, чтобы её придержать.

— Сними её, если она болтается. Я уже говорил тебе, что у меня нет нужды в том, чтобы ты выглядел как человек весь день, и у меня нет желания быть раздавленным твоей головой.

Это замечание предназначалось Камералу. Он был дуллаханом, отсюда и его слабое соединение между головой и телом. Когда он, извиняясь, снял голову с плеч, из отверстия в доспехе показался тёмно-оранжевый свет.

Ниерс знал, что броня не пустая. Там была какая-то плоть и кровь, поэтому дуллаханам и требовалось прикрывать её защитой. Доспехи Камерала были из хорошей стали… Ниерс видел других дуллаханов в деревянных доспехах или из некачественного металлолома, но его подчинённые всегда носили высококачественное снаряжение.

Камерал осторожно взял свою голову в руки, повернув её так, чтобы лучше видеть стол и Ниерса. Дуллаханы предпочитали смотреть на мир либо так, либо зажав голову под боком, но это было невежливо, поэтому мужчина решил, что должен класть голову на плечи каждый раз, когда находился в присутствии Ниерса. Это был знак уважения, но Ниерсу он действовал на нервы.

Избавившись от отвлекающих факторов, Ниерс наконец-то смог сосредоточиться на битве. Он уставился на открытую травянистую равнину, которую его противник выбрал для поля боя. Она имела пологий склон, что давало преимущество в высоте обороняющейся армии, расположившейся лагерем на самом гребне. Другими словами, место было выбрано удачно, но Ниерс уже окружил армию своими силами.

Их противником на этот день был [Генерал] с оборонительными навыками по имени Гримвол. Ниерс забыл, из-за какой размолвки была вызвана его кампания, но он повёл армию, чтобы разгромить этого врага с минимальными потерями. После этого последует вознаграждение, расслабление и отдых… до следующего контракта.

Они являлись группой наёмников, одной из лучших. Ниерс уже более пятидесяти лет сражался на бескрайних равнинах и в глубоких джунглях Балероса, и всё же он знал, что каждая битва могла стать для него последней.

Но, вероятно, не эта.

Мелкие фигуры на столе были совершенно очевидны для любого, кто знаком с подобным планированием. У Ниерса и Гримвола были почти одинаково большие армии, может быть, с маленьким перевесом в сторону Гримвола, и их воины были почти одинакового уровня. Знамёна, развевающиеся над головой каждой фигуры, обозначали их относительный уровень, а у Ниерса были и другие фигуры, обозначающие отдельных воинов его армии и армии Гримвола с высоким уровнем или уникальными классами.