Пленница Повелителя Василисков (СИ ) - Гунн Эмили - Страница 20

Поодаль, за отдельно накрытыми столиками восседала Ашеселла со своей обычной группкой подруг, а за соседним с ней столом... Тут я на секунду застыла, почувствовав, как сердце подпрыгнуло в груди. Потому что там в окружении красоток из своего гарема, как и говорил Амтомас, праздно улыбался Адиллатисс.

Он расположился не на стуле, как его подданные, а на полукруглом диванчике с низкой спинкой. И получалось, что Адиллатисс фактически полулежал, согнув одно колено на восточный манер. А девушки, сидящие по бокам от него, могли свободно склоняться и ластиться к своему Повелителю.

«Ы-ыы! – смотреть тошно. – Не могут до спальни дотерпеть?» - захныкало в груди хмурое нечто, сворачивая кровь в тёмную жижу.

Хотя какое мне вообще дело, как он предпочитает трапезничать?! И с кем.

«Кажется, одной из них была Аллессена», - тут же подсказало сознание, опровергая моё нежелание знать что-либо об Адиллатиссе.

Но я не успела рассмотреть, была ли та брюнетка главной пассией Повелителя. Почувствовав железные объятия Амтомаса, слишком сильно сжавшиеся на моей талии, я поспешила отвести глаза.

Однако сейчас я была даже благодарна василиску, не позволившему мне позорно глазеть на Адиллатисса.

«Наверное, он тоже не успел увидеть меня, - размышляла я, сидя впоследствие за столом рядом с Амтомасом и его важными знакомыми. – А если бы даже увидел, это бы что-то изменило? Может, он уже даже благословил выбор друга? Или сам же меня и подарил Амтомасу».

Последний, кстати, был единственным василиском вокруг, которого сопровождала лишь одна спутница. В моем лице. И это возбуждало изумленное любопытство туньисс, почти в открытую, обсуждавших меня.

Со мной не говорили. Только натянуто улыбались время от времени, заметив, что я смотрю на них. И тут же надменно отворачивались, усиливая ощущение, что я тут лишняя.

Самой мне тоже не очень-то хотелось заводить разговор из боязни натолкнуться на резкость.

Амтомас со мной тоже не заговаривал. То ли и у него были причины опасаться грубого ответа с моей стороны, то ли он просто не считал нужным уделять мне внимание. Хотя другие василиски вели активную беседу как со своими туньиссами или туньями, так и с подружками приятелей.

Вообще общая атмосфера застолья мало чем отличалась от званых вечеров, которые могли бы проходить где-то в богатом доме на Земле. Если опять же закрыть глаза на допустимое тут многоженство.

Или девушки всего лишь любовницы? Их статусы я так и не смогла определить. Вели они себя вполне свободно, пусть и крайне уважительно по отношению к мужчинам.

Тут только я задумалась о своем собственном положении. Кто я теперь?

Как-то, находясь между жизнью и смертью в том подвале, мне не приходилось размышлять о наличии свободных вакансий в постели того или иного василиска. Да и позже, лежа рядом с нежеланным любовником либо возможным принудителем, я не додумалась уточнить своё место в его жизни.

И теперь, разумеется, понятия не имела, как держаться в обществе знатных туньисс. Хотя, конечно, сообщи мне Амтомас, что я теперь его невеста или рабыня, я бы вряд ли принялась активно из себя вышеназванную изображать.

От размышлений меня отвлекла рыжая туньисса, сидевшая слева от того, кого назвали одним из Девяти. Что это звание означало – неизвестно, но явно что-то важное.

Этот мистер «Девятка» расположился напротив меня, а его девушка, соответственно, находилась чуть дальше, по диагонали справа. В самом углу стола. И пока мужик уплетал дичь за обе щеки, его подружка без умолку ему что-то впаривала. А тому, казалось, было до лампочки, говорит она что-то или молчит - слушал ее василиск в пол уха.

До самого того момента, когда рыженькая ляпнула какое-то незнакомое мне словосочетание. В ответ на что её мужчина коротко шикнул, впервые оторвавшись от еды. Кажется, она произнесла нечто неприличное или неполагающееся, потому что смотрел на нее василиск чуть ли не с ненавистью!

Я механически обернулась на Амтомаса, но он не видел. Они с остальными трапезничавшими бурно обсуждали какой-то не то Заррюв, не то Зарриф, что был, видимо, старой крепостью страны.

А потом застольё, наконец, завершилось. Но не успела я облегченно выдохнуть, как Амтомас «порадовал» меня заданием:

- Сейчас начнется торжественная часть – преподношение даров Повелителю, - сказал он. – Принято, чтобы дарительницами выступали исключительно женщины.

- То есть я тоже должна ему что-то подарить? – почувствовала, как задрожали коленки. Я к нему не подойду! Просто не дойду.

- Только передать то, что приготовил Василиск, которого ты сопровождаешь. И ты отдашь ему это, - всучили мне миниатюрную корзинку, украшенную камушками и до верху набитую какими-то поблескивающими склянками.

- Я... я не смогу, - умоляюще заглянула в непроницаемые глаза Амтомаса.

- Не сгодишься справляться с простейшими обязанностями туньи, - тихо отчеканил он, - верну тебя туда, откуда забрал.

Стало не до неловкости.

«Ладно, - уговаривала я себя, наблюдая за другими дамами, склоняющимися перед Повелителем. – Адиллатисс всего-то случайный мужик, с которым мы как-то неплохо провели время – с кем не бывает? И чего это я делаю из Василиска слона?.. Или они и в самом деле крупнее?.. Хвостами так точно».

- Так, не о том думаю! Не время о всяких удвоенных конечностях вспоминать. А о чем надо?.. А ведь я теперь так никогда и не узнаю, два у него…

- Ты что несешь?? – одёрнул меня Амтомас, а я сообразила, наконец, что от волнения бормочу всё это вслух.

- Ой, - захлопала я расширившимися от смущения глазами. – Это я так, от взволнованности.

- Возьми себя в руки, сейчас же!

Легко сказать. Хотя, по словам Амтомаса, прошло много времени. Вероятно, сам Адиллатисс и думать обо мне забыл, чтоб ему икалось и пукалось, а не вспоминалось!

Однако тут мой взгляд зацепился за знакомую походку. Ох, же-сс! Вот уж не поверила бы никогда, что буду рада видеть Риту!

Но эти пружинящие обольстительностью шаги, которые я в любом мире узнаю, означали, что и остальные наши где-то тут.

Сама не заметила, как, ловко пробираясь сквозь толпу, я очутилась около заклятой подруги.

- Ты?? - удивилась Ритка, встряхнув светлыми локонами, поразительно напоминающими мою прическу в день нашего злосчастного попаданства.

- Привет, - улыбнулась я вполне искренне.

Какая-никакая, а всё же родная! - наивно думалось мне.

- А где ребята? - спросила я, выискивая еще кого из знакомых.

- Если ты об Алексе, то и не надейся, - смерила она меня высокомерным взором под стать туньиссам. - Он теперь и не посмотрит на тебя! После того, что ты учудила.

- Я? А что я? - всё еще оглядывалась я в поисках друзей, слушая Ритку вполуха и дослушивая продолжение ее слов уже в полном недоумении:

- И ты еще спрашиваешь? - исказилось лицо приятельницы кривоватой улыбочкой. - Сначала ты под Повелителя легла с радостью шлюшки. А теперь вздумалось к Алексу вернуться?!

- Я про него вообще не спрашивала, - тихо зашипела я. - И оправдываться перед тобой не собираюсь. Ты была там, и сама видела, что Алекс сделал. С девочками всё в порядке? Это всё, что я хочу знать.

- Ну конечно, - не поверили мне. - Тебе же до всех есть дело. Но вот, что я тебе скажу, подруга, - шагнула она ко мне, изящно ткнув пальчиком куда-то в район моей шеи. - Забудь про Алекса, - завела Рита свою бессмысленную шарманку. - Хоть представляешь, каково ему было отмыться от позора, в который ты окунула его своим предательством? - стал ее голос надломленным, а я через секунду поняла, ради чьих очей повернула Рита свой спектакль в эту сторону:

Сбоку к нам как раз подходил сам жертва «моего предательства» - мистер Алекс, «очищенный» от моей измены и зализанный по дворцовой моде.

Одет он был тоже как важный василиск. Впрочем как и разодетая в золотишко Ритка.

- Что ты тут делаешь? - уставился он на меня, будто кикимору болотную в аэропорту встретил.