Пленница Повелителя Василисков (СИ ) - Гунн Эмили - Страница 31

- К тебе? – надменная ухмылка искривила губы Адиллатисса. – Ты просишь отдать тебе мою тунью? – подчеркнул он, кому теперь принадлежит златовласая девушка.

- Простите, Повелитель, - смиренно опустил глаза человек, - но названная тунья принадлежит другому тунлиссу.

- Что? – настала минута, когда Адиллатисс всё же забылся и не удержал маску презрительного равнодушия. – Что значит, другому?? Как ты смеешь измышлять подобное о том, что моё?!

«Какая Тьма помрачила мой разум, когда я решил не спешить с требованием привести девчонку к себе в покои? – досадовал при этом Адиллатисс мысленно, не замечая, как играют желваки на его изменившемся лице. - С какой-такой надуманной надменности не стал я показывать свой интерес к пришлой, пренебрегая ею вот уже несколько дней?? Чтобы сейчас как мальчишка гадать, куда подевалась моя девочка?»

- Позвольте, Повелитель, - встрял Гсарр, склонившись чуть ли не до мраморного пола, - но человек не лжет. Тунья действительно отошла к тунлиссу Амтомасу в Ваше отсутствие.

- Отошла? – нахмурился Адиллатисс, услышав имя друга.

«Что за игры? – думал он про себя. – Напраслину пытаются на Амто возвести? Что за интриги? Окутали мой Дворец зловонными заговорами, мать их так всей Бездной!»

- Тунья Лиза обратилась за покровительством к Тунлиссу Амтомасу, - пояснил Гсарр, а мрачный правитель успел поймать взгляд Алекса, полный черного злорадства.

Но, конечно, человек мгновенно спрятал ехидство, промелькнувшее в его облике за притворной кротостью.

- Когда? – выдавил Адиллатисс сквозь сжатые зубы, едва сдерживаясь от того, чтобы обратить пришлого в камень. Почему-то именно Алекс сейчас вызывал наивысшую ярость в василиске.

Но была еще надежда, что малышка испугалась одинокой покинутости в чуждом ей дворце. Надежда для нее, разумеется! Ведь василиск не прощает подобной неверности.

Либо же ее намеренно напугали… Однако это не отменяло предательства Амтомаса! Он мог бы и не называть девушку своей. А защитить лишь как вверенную под его охрану тунью своего Повелителя. Неужели приятель настолько возгордился, что посмел посягнуть на женщину Адиллатисса??..

- Тунья поспешила на поиски покровителя в своё первое утро во Дворце, - отчитался Гсарр, опустив грязную подробность о том, что девчонка бросилась под другого василиска, не успев смыть с себя семя повелителя!

Что за неслыханная порочность? Конечно, девы и раньше искали себе покровителя среди знатных тунлиссов, чтобы не остаться не у дел, когда наскучат владыке Василисков. Но они, естественно, не торопились с подобным поступком! Покорно ожидали, когда повелитель сам наиграется и охладеет к ним. А эта!..

И тут Адиллатисс неожиданно ощутил смутно знакомое чувство, которое однако не привык испытывать к женщинам. Что это, понимание? Любопытство, интерес… УВАЖЕНИЕ?! Такое понятное в сторону мужчин, оно вызывало отторжение в отношении туньи. А тем более возникшее в результате ее наглого проступка!

А ведь мелкая нахалка предупреждала, что не станет терпеть ярмо! Что сбросит оковы наложницы при первой же возможности. Неужели это оно самое? Ее попытка показать Адиллатиссу, что не всё в его власти?

Маленькая, зазнавшаяся плутовка!

Ей было нипочем отдаться первому попавшемуся тунлиссу, лишь бы отстоять своё слово! Всего лишь заурядная подстилка, возомнившая о себе не весть что! – всё больше распалялся повелитель, размышляя о вульгарной выходке девицы. – С чего он вообще видел в ней что-то необычное?

Кхем… А с Адиллатиссом лгунья строила из себя иную. Чуть ли не девственницу стыдливую разыгрывала перед ним!

Усидеть на месте становилось непреодолимо тяжело. Хотелось не просто послать за обоими, а самолично пойти и изничтожить… Амтомаса. А девчонку… девчонку всё еще тянуло наказать более приятным способом. Странно. Нет даже чувства омерзения от того, что Адиллатиссу пришлось бы для этого подобрать ее из-под Амто.

Да, они и раньше бывало делили женщин с приятелями. Особенно в походах, когда удовольствий было не так уж и много. Но то другое. А сейчас Адиллатисс понимал, что для придворных будет выглядеть отвратным. То, что владыка не побрезговал попользованной шлюшкой другого.

Хотя будь она невестой или даже женой, никто бы не назвал это пошлым. Напротив. Свободная женщина поступила бы предсказуемо и благоразумно, предпочти она Повелителя какому-либо иному мужчине. А сам Адиллатисс, без сомнения, вправе присвоить себе любую понравившуюся тунью.

Но мелкая мерзавка не была свободной! Она была его. Адиллатисса!

И она оскорбила его своим выбором! Унизила в глазах его же подданных!

И к тому же не было у нее и вовсе права выбирать! Неблагодарная просто-напросто сбежала от своего хозяина. Остается лишь выяснить, кто изловчился надоумить на это пришлую в первые же часы ее пребывания во Дворце. Правил-то она не знала. Как и не сумела бы без посторонней помощи покинуть императорские покои.

Таким образом, хоть эмоции и переливались за край, но даже они не могли помешать Адиллатиссу рассуждать разумно.

- Амтомаса ко мне, - произнес повелитель, не спуская глаз с человека с якобы поникшим взором.

«Только посмей поднять взгляд, - думал василиск, выжидая, как Алекс поведет себя дальше. – Ну давай же, покажи, к чему с самого начала был весь этот спектакль!»

Но тот упорно не шевелился. Жаль. Адиллатис с радостью бы выплеснул на нем свой гнев.

- А аудиенция? – неуверенно уточнил Гсарр.

- Она окончена, - ответил повелитель.

- Как скажете, - и Гсарр без промедления обратился к Алексу, - позвольте проводить Вас, тун.

- Благодарю, - не выказал тот никакого недовольства.

Только без запинки выдал прощальные пожелания благополучия.

«Вот как? – следил за его действия Адиллатисс. – Выполнил свою задачу и спокойно на выход?»

Конечно, человек мог побояться вымолвить хоть что-то поперек владыке василиску. Однако правитель хорошо изучил всякого рода тунов и тунлиссов… И сейчас он видел - Алекс уносит с собой ликующий блеск под опущенными веками.

Глава 22. Лиза.

- Ничего не понимаю! – ходила я взад-вперед по просторному властелиновому люксу. – То он нежен. То безразличен. А то и гад-гадом! И нет, чтоб ненавидел, как преступницу. На этот факт Адиллатиссу как-будто вообще плевать. Ну кто так холит и лелеет свою убийцу, а?! – посмотрела я на сундук с новыми шикарными нарядами и на стол, ломившийся от всяких деликатесов.

- Тебе же сказали, ты никакая ни отравительница, - елейно прозвучало рядом голосом блудного Лиона. - А так, что-то вроде раритетного предмета обстановки. Эксклюзив иноземного производства! – поднял вверх указательный палец змеевидный лев.

- Даже тишиной насладиться тут не дадут! – простонала я и, не обращая внимания на объявившегося, вернулась к прерванной пробежке сердитыми кругами по царскому ковру.

- А что тебе такого Древо вчера ляпнуло, что ты, красавица, в обморок грохнулась? – полюбопытствовал Лион через секунду.

- Попросило гнать тебя в шею, если объявишься! – резко нагнулась я к нему, с наслаждением услышав в ответ испуганное ррр-мяу-шшшсс.

- А я, между прочим, с подарком, - обиженно насупился гладкокожий скользко-кот, протягивая мне из-за спины потерянный артефакт-визуализатор.

Я так и не нашла время придумать умыкнутой у чиновника «магической книге» подходящее название. М-даа, жизнь рабствующей попаданки такая насыщенная! Тут даже подумать не всегда успеваешь.

Хвать! – стяпала я ладонеобразный артефакт из лап Лиона, решив, что здесь реально не о чем думать. Нужно хватать, пока Лев не смылся опять.