Именинник (СИ) - Андерсон Диана - Страница 45

— Она ему не подходит, — пробормотала Маша, кладя в рот оливку из бокала с мартини.

— Зато он улыбается, — ответила с придыханием, опираясь о шведский столик. — Значит, его все устраивает.

Маша хмыкнула, а затем подозвала к себе непоседу-Милану, руки которой были измазаны заварным кремом.

Руслан выглядел вполне довольным. Вероника не отходила от парня ни на секунду, а Надежда Ивановна, в свою очередь, не могла скрыть счастливой улыбки. Ведь она добилась того, чего хотела: избавилась от меня, как от потенциальной невесты младшего сына и обручила сына с девушкой из самой богатой, привилегированной семьи московского бомонда.

Я скрылась в уборной, чтобы немного перевести в дух. Волнение сконцентрировалось в центре ладоней, доставляя мне режущую боль. В горло впились острые иглы — возможно, я простудилась этим утром. Посмотрела на себя в зеркало — выглядела я неплохо.

Плевать, это ведь не мой праздник. Стоило потянуться за бумажным полотенцем, как я расслышала скрип двери и сердце рефлекторно пропустило удар. В ноздри ударил знакомый аромат парфюма, и я обернулась, сталкиваясь с Русланом взглядом в зеркало. Парень не замечал меня намеренно: опустив глаза вниз, он потянул ладони к смесителю, нажал на дозатор с душистым, жидким мылом и стал неторопливо намыливать руки.

— Поздравляю, — робко промолвила я, желая обратить его внимание к своей персоне. — С помолвкой.

Просто по-человечески, в знак старой дружбы. Чтобы показать ему, что я счастлива, если счастлив он.

— Спасибо, — ответил он равнодушно и закрыв кран с водой, вытянул ладонь перед моим лицом, хватаясь за бумажное полотенце.

Парень вытер ладони, посмотрел на себя в зеркало и с абсолютным безразличием бросил полотенце в урну рядом со мной. Так, будто меня здесь уже не было.

Даже не взглянув на меня напоследок, он развернулся и покинул уборную комнату. Я снова посмотрела на себя в зеркало, отчего-то ощущая себя глубоко униженной.

— Сейчас кольца будут надевать, — взвизгнула Маша. Я сглотнула. — Даже не верится, что мой младший брат женится!

А мне-то как не верится.

Я потирала ладони друг об друга, устремляя свой взор в центр зала, где располагались виновники торжества. По обе стороны их окружили гости семьи, важнейшие персоны и журналисты, что завтра напишут об этом статью.

— Лесь, — повторила Маша, что-то активно пережевывая.

Я ее не слушала, пристально наблюдая за Русланом, на лице которого распласталась улыбка. Никогда прежде я не видела, чтобы он так старательно улыбался.

— Что?

— Не смейся только, — ответила сестра парня. Я изогнула бровь. — Я раньше думала, что мой брат влюблен в тебя.

От ее шутливой реплики у меня перехватило дыхание. Хорошо, что я не пила и не ела, иначе обязательно бы поперхнулась.

— Сергей влюблен в меня, — проговорила бессознательно. На самом деле притвориться идиоткой всегда было проще, чтобы избежать неудобных тем.

— Я имею в виду Руслана, — хихикнула она и я инстинктивно сжала в руках свой серебристый клатч, чтобы сдержать истерику. Губы завибрировали от глубокой обиды на несправедливость судьбы. — Но я поняла, что это невозможно.

Почему невозможно?

Немой вопрос на моем лице был нечитаем, ведь я не смотрела на Машу. Но подруга все же ответила, будто беседовала сама с собой:

— Прикинь, — продолжила она, посмеиваясь. В другом конце зала то же самое делал и Руслан, общаясь со своей невестой так, словно они глубоко влюблены друг в друга. — После его дня рождения я заскочила к нему в гости.

— И?

— И застукала его в постели с какой-то девицей, — со смешком проговорила она. Я скрутила тканевую сумку от злости, будто пыталась выжать из нее жидкость.

Для чего она рассказывала мне об этом? Театрально приложив ладонь ко лбу, я изобразила недомогание и попрощалась с Машей. Говорить о дальнейших похождениях Руслана не имело смысла — ни к чему делать себе больнее.

— Куда ты? — грубо отреагировал Сергей, когда схватив ветровку, я направилась к выходу.

Такси должно было вот-вот прибыть. Моего отсутствия на триумфальном событии четы Каминских никто бы не заметил, да и находиться здесь до глубокой ночи было до тошноты противно.

— Решила меня опозорить?! — процедил он, до боли сжимая кожу в районе предплечья.

Мужчина отвел меня в патио, где было безлюдно и тихо.

— Мне больно, — застонала я. — Пусти меня. Я хочу уехать домой, — сказала сквозь зубы.

На мое несчастье, рядом с розовым кустом, неподалеку от нас оказалась акула светской хроники, Наталья Савельева, которая, увидев нас, разразилась недоумевающими воплями.

— Блять, — гневно выдохнув, Сергей мигом отпустил мою руку, а затем неожиданно притянул меня к себе.

Мужчина поцеловал меня на виду той женщины, а затем вытащил из кармана брюк коробочку с бриллиантовым кольцом. Меня словно окатило холодной водой.

— Что ты творишь? — прошептала я гневно.

К горлу подступила тошнота — целоваться с ним оказалось неприятно до рвотных позывов. Этот дешевый спектакль был спланирован заранее, а его проигрыш оказался в не самое удачное время. На недоумевающие выпады охотницы за сплетнями собрались и другие журналисты, окружившие нас.

— Олеся Ларина, — Сергей встал на колено и протянул мне кольцо. Он уже делал мне предложение, к чему эта показуха? — Ты выйдешь за меня замуж?

Фокус внимания с молодой пары автоматически сместился на нас, выдвигая меня с Сергеем на первый план этим вечером. Я промолчала, трясясь от злости. Сотни пар глаз, собравшихся в патио, пристально наблюдали за нами с воодушевлением. Стоя по центру, я смотрела на Сергея, с незримым желанием задушить этого мужчину. Что-то кольнуло в груди, и я подняла голову, глядя прямо напротив. Лицо Руслана было непроницаемым: парень скрестил руки на груди, буравя меня взглядом. Он тяжело дышал, его грудная клетка то поднималась, то опускалась.

Руслан ждал моих дальнейших действий, наблюдая за развернувшейся картиной как за спектаклем в театре. Надежда Ивановна стояла рядом с сыном, одаривая меня осуждающим взглядом с примесью брезгливости. В эту секунду Сергей поднялся, сравнялся со мной и невозмутимо надел на мой безымянный палец кольцо, словно я уже ответила согласием на его повторное предложение.

Ведь на прошлой неделе, я вернула ему то кольцо.

— Спасибо, — триумфально произнес Сергей под улюлюканье репортеров. Я подняла ладонь перед лицом, чтобы скрыться от чрезмерных вспышек фотокамер, направленных на меня.

— Урод, — тихо протянула, улучив подходящий момент.

Гости и члены семьи поздравили нас с Сергеем, но только не Руслан. И не его мама. Уже у лестниц я расслышала шумы и аплодисменты и наклонившись, увидела, как черед подоспел к Руслану и тот, без толики волнения надел кольцо на палец Вероники. Девушка последовала его примеру и спустя секунду все стали поздравлять новоиспечённую пару.

— Лесь, где ты? — Маша потянула меня за руку. — Пошли, поздравим нашего парня, — радостно проговорила она. — Помнишь, как мы в детстве это делали.

Я нехотя проковыляла за подругой, натягивая на свою физиономию беспристрастную улыбку. Мне нужно вести себя естественно, так, словно я всецело счастлива за деверя. Пусть даже это совсем не так, ведь мое сердце весь вечер сносило укалывание ржавых игл. Вероника подошла ко мне первой и сразу же накинулась с поцелуями. Руслан поднял на меня голову и его взгляд переменился.

— Поздравляю, дорогой, — протянула я и придвинувшись к нему, поцеловала парня в щеку.

Он просто кивнул, потупив взгляд в пол.

Остаток вечера я провела на кухне в безликом одиночестве с апельсиновым соком в руках. Сердце стучало неумолимо, а глубочайшая обида вынуждала скручиваться пополам от нехватки кислорода. Я открыла окно, чтобы сделать жадный глоток воздуха.

— Почему ты здесь? — гневно пробормотал Сергей. — Иди к гостям.

— Ты мне никто, чтобы указывать, — буркнула немного тише. Схватив плед со спинки барного стула, я, не глядя на мужчину, пересекла путь от кухни до двери, ведущей к выходу из дома с черного входа.