Замок янтарной розы. Книга 2 (СИ) - Снегова Анна - Страница 34

Судя по его потрясённому виду, не похоже. Улыбаюсь сквозь слёзы, которые навернулись на глаза. Бросаюсь ему на шею, прижимаюсь крепко-крепко. Шепчу:

- Теперь всё в прошлом. Зло поглотило само себя – как змея, кусающая себя за хвост. Нет никакого эха прошлых ошибок! Есть только эхо чужой подлости. А мы… Теперь можем начать всё с чистого листа. Полностью заново, сбросив цепи прошлого.

На моей спине смыкаются сильные руки – стискивают так, что трудно дышать. Но я не отстраняюсь – ни за какие сокровища мира не отдам эту близость. Умиротворённо вздыхаю остатками воздуха, счастливо замираю.

Первые солнечные лучи несмело заглядывает в каюту. Утро нового дня роняет золото нам на плечи.

Мой Ужасный Принц по-прежнему молчит, не говорит ни слова, только утыкается лицом мне в шею и сжимает меня в объятиях всё крепче и крепче. Как будто под нашими ногами – бездна, он теряет равновесие, а я - единственное, за что держится, чтобы не упасть.

- Мы же с тобой теперь свободны как ветер, понимаешь? Можем жить как хотим, плыть куда хотим… - пытаюсь отстраниться и заглянуть ему в глаза. – И кстати, раз уж заговорили. Признавайся - куда мы плывём? Мне кажется, на этот раз я тебя загнала в угол. Только попробуй не признаться! Откровенность за откровенность! Больше у тебя ни единого шанса отвертеться.

Любимый берёт меня за подбородок, приподнимает моё лицо и смотрит так, что сердце делает очередной кульбит. Его глаза – больше не океаны тёмных вод, не мёртвые пучины, затягивающие на дно. Теперь это серые озёра спокойной, умиротворённой воды. Мягкая улыбка на губах.

- Действительно. У меня против тебя ни единого шанса. Так что, моя очаровательная шантажистка, этот секрет я открою. Но только один!

Глава 29. Там, за горизонтом

Сначала хочу возмутиться, почему это «только один» свой секрет он мне открывать собирается. Потом вздыхаю и сдерживаюсь. При ужасной скрытности моей личной «шкатулки с секретами», даже один «за просто так» – неслыханный парад щедрости.

- И куда же мы плывём?

Руки Генриха медленно перемещаются мне на талию и берутся как-то… поудобнее, что ли. И прижимает он меня к себе уже по-другому. Мне трудно выразить, в чём именно заключается перемена, но это явно уже не «спасательные» обнимашки, и не «давай-обнимемся-потому-что-всё-так-хорошо», - а что-то, от чего у меня немедленно учащается дыхание. Я даже специально задерживаю его, чтобы не сопеть слишком уж выразительно.

- Угадай. Ты же у меня теперь сыщик в юбке… ну или в брюках, в зависимости от ситуации.

- Начина-а-ется… Хоть бы раз было всё просто и без фокусов! - притворно вздыхаю, а сама в уме начинаю перебирать варианты.

Хм-м-м… начнём с очевидного.

- Плывём обратно на Ледяные Острова? У тебя же теперь есть личный замок, а это условие твоего возвращения… ой, то есть будет замок! Когда сделаешь предложение по всей форме, - поспешно исправляюсь, как только вижу лукавые огни, загорающиеся в его взгляде, и самодовольную улыбку. Нечего! Навыдумывает ещё себе… будто я сдалась так просто. А мы ещё повоюем!

- Мимо! Хотя после такой оговорки… я уже начинаю всерьёз задумываться о смене курса.

Шутливо бью его в грудь кулаком, который почти утонул в рукавах кителя.

- Так… раз не туда… ну, допустим, плывём на тот остров, где тебя подлечили! У тебя же на нём, наверное, личная пиратская берлога?

Моё коварное солнце отрицательно качает головой, и его улыбка становится ещё коварнее.

- И снова мимо! Хотя берлога там имеется, и мне даже очень прозрачно намекали, что не прочь, чтобы я остался…

Хмурюсь. Вот этот намёк мне решительно не нравится! Это что же получается – его там выхаживала… женщина?!

Открываю рот – и тут же захлопываю. Прямо-таки вижу, с каким предвкушением Генрих ждёт моей сцены ревности по этому поводу. Не собираюсь доставлять ему такого удовольствия!

- Как бы то ни было, туда мы больше не плывём, и если кое-кто по-прежнему хочет… свой замок, то больше и не поплывём! - отвечаю мстительно. Ответный смех всё равно полон самодовольства, и моё возмущение усиливается.

- Думай дальше, Леди Сыщик! У тебя остаётся всё меньше вариантов. Сразу скажу – на Материк я тоже возвращаться не намерен.

- Хм. Ну тогда… раз припасы на корабле рано или поздно закончатся, на сушу нам точно понадобится. Может мы плывём на какой-то другой остров? Или на необитаемый остров?

Немножко «мухлюю», называю несколько вариантов сразу в надежде получить ответ. Ну теперь-то наверняка…

- И снова – нет!

Меня целуют в кончик носа, что совершенно не добавляет способностей рассуждать.

Кажется, я в тупике. Если не на Ледяные Острова, не на Материк, не на другие острова… ну не в небо же он взлететь собрался, в самом деле, и не на дно морское опуститься! До такой глупости даже сказочники в книжках ещё не додумались.

А Генрих, кажется, всерьёз вознамерился делать всё, чтобы помешать моему мыслительному процессу. Склоняется и мурлычет над ухом, щекотно шевеля растрепавшиеся волосы:

- Дума-а-ай…

- Это нечестный приём! Ты не даёшь мне сосредоточиться, – отворачиваюсь, но делаю ещё хуже, потому что щекотка дыхания перемещается куда-то на нежную кожу шеи под ухом.

- Нечестный приём – это то, что ты вытворяла, когда мы спускались с мачты. Дай-ка вспомню… кажется, нечестный приём выглядел вот так?

В янтарной вспышке острого желания сгорают все и всяческие мои мысли, когда он начинает движение за движением повторять всё, что я делала – и с ухом, и с шеей… ох. Кажется, я тогда погорячилась. Если это действительно действует вот так… огромное счастье, что мы вообще не свалились, не дожидаясь услужливой помощи Красной Маски.

По счастью, мой мучитель отстраняется раньше, чем в бешеной пульсации магии внутри меня сгорают ограничительные пределы, и непослушная сила вновь срывается с поводка. Нечеловеческими усилиями загоняю своевольную магию обратно в подполье, но если так пойдёт дальше… Надо срочно, вот прям срочно продолжить угадывать!! И вообще – ввести скачущие вокруг всяких непотребств мысли хоть в какое-никакое рациональное русло.

- Тебе дать подсказку, Птенчик? А то ты аж покраснела от натуги – так сильно стараешься угадать. Пыхтишь как ёжик… я уж переживаю, вдруг перегоришь от таких напряжённых мыслительных процессов. Или ты не от этого?

Взглядом говорю всё, что думаю об этом обаятельном гаде, который смотрит на меня сейчас с невинным видом, оторвавшись, наконец, от моей несчастной шеи.

- Злой Птенец – это ужасно! Трепещу от страха. Ладно-ладно, подскажу! Вспомни карту на стене кают-компании. Вспомни особенность моего экипажа – судя по тому, что Морж расхаживает перед тобой без повязки, ты уже в курсе насчёт эллери.

- В курсе! И кстати, ещё не спросила с тебя за то, что от меня это скрыл, - действительно пыхчу, но от праведного гнева, кто бы что себе не надумал.

- Всего лишь ждал удобного момента для сюрприза! Ты на корабле каких-то три дня.

Принимаю оправдание, вздыхая. Так, ладно. Значит, что там у нас…

Карта.

Закрываю глаза, представляю её поярче. Вижу на самом верху очертания цепочки Ледяных Островов, будто кто бросил на карту драгоценное ожерелье. Ниже, на юго-востоке – здоровенный неправильный прямоугольник Материка с плавными извилистыми очертаниями. По обе стороны от него – россыпь мелких камушков. Острова, островки и совсем незаметные безымянные островочки и островишки, многие из которых даже не подписаны. И во всём этом лабиринте – хаотичное переплетение пунктирных линий курса «Изгнанника». На котором плывёт целая уйма эллери во главе с одним отчаянным сорвиголовой, всю жизнь бредящим древними тайнами и наследием этих самых эллери.

И пунктирные линии всякий раз сворачивают, не доходя приличного расстояния до левого края карты.

Вспышкой – ещё одно воспоминание. Далеко-далеко, из прошлой жизни. Я пришла к Рону в Королевские Архивы, выспрашивать об эдикте Седрика Благонравного. У моего друга на столе – старая карта. Вся исчерчена, но есть… белые места.