Измена. Чужой сын (СИ) - Росси Эмилия - Страница 61

Конвоиры внесли моё тело в здание суда, так как самостоятельно передвигаться от такого стресса я уже не мог. Ноги были ватные и не слушались меня. Подкатило ощущение тошноты и головокружения. Меня усадили на стул, рядом сел мой новоиспеченный адвокат.

— Вы не волнуйтесь, мистер Ньюмэн. - Расплывался в улыбке Антон. - Прорвёмся!

Парниша похлопал меня по плечу и принялся раскладывать кипу документов перед собой на столе. Я же не мог прийти в себя и одуплиться. Туман застилал мой разум.

— Встать, суд идёт! - Громко эхом раздалось по залу.

Антон подхватил меня за руку и помог удержаться на ногах. В этот момент я начал озираться по сторонам и понимать, что зал полон людей. Большинство из них я видел в первые и понятия не имел, зачем все они явились сюда. Лишь пару лиц я узнал, но не мог вспомнить, откуда я их знаю. В таком стрессе мозг совершенно отказывался выдавать любую информацию.

— Садитесь пожалуйста. - Произнесла грузная женщина судья, плюхнувшись на стул.

— Сегодняшнее дело рассматривается достопочтенной судьёй Анной Аткинсон, на основании лицензии, выданной ей губернатором штата. Прошу всех присутствующих в этом зале уважительно относиться к судейской коллегии и судебному процессу. - Зачитала с листочка секретарь. - Слушается дело по факту убийства Гарри Олбрайта. Подсудимый Уильям Ньюмэн.

— Слушание объявляется открытым. - Судья стукнула молотком. - Спасибо дорогая. - Кинула взгляд на секретаршу, будто та её давняя подружка.

— Сторона обвинения, господин прокурор, вам слово. - Она кивнула в его сторону.

Глав 45

— Кх-кх, - Прокашлялся прокурор и встал со своего места.

Массивный, большой здоровяк, он задорно начал накидывать факты, о которых я не имел понятия. Даже не подозревал, что он может этим оперировать.

— И так, начнём. Главным фактом, доказывающим причастность мистера Ньюмэна к убийству, является его пистолет. - Прокурор динамично ходит перед присяжными из стороны в сторону и показывает пакет с содержимым. - Этот пистолет был найден у него дома при обыске, запертый в сейфе. Кто нибудь мог знать код от этого сейфа? - Внезапно обратился ко мне.

— Протестую! - Внезапно перехватывает Антон. - Мой подзащитный не может гарантировать, что кто-либо из посторонних людей не мог узнать код от сейфа!

— Протест принят. - Отрезает судья.

— Тем не менее, - продолжает бугай. - это оружие зарегистрировано на имя мистера Ньюмэна и принадлежит ему. Мистер Ньюмэн, это ваш пистолет? - Снова хочет моего ответа.

— Похож на мой, но я не знаю точно. - Голос дрожит. - Выглядит также, как мой.

— А зачем вы держите дома огнестрельное оружие? - Прищурившись давит на меня прокурор.

— Протестую! - Снова перебивает Антон.

— Протест отклонён, мотивация подсудимого хранить дома оружие может играть роль в этом деле. - Отрезает судья.

— Это подарок. Я...я не люблю оружие. Я даже стрелять не умею. - Жалостливо тяну, смотря на судью.

— Подарок, который вы, тем не менее, зарегистрировали на своё имя и поставили на учёт.

— А как иначе? Я законопослушный гражданин.

— Убийца! Лжец! - Вдруг закричал женский голос в зале.

Толпа ахнула и все устремили взгляд в сторону крика. Это была, как я понял, дочь Гарри. Очевидно, что не жена, которая отвернулась от него. На вид девушке было лет семнадцать. Она, действительно была очень похожа на своего отца. Черты лица напоминали мне его, когда я посмотрел в её сторону. Хоть дочка была за папу всегда, несмотря на свою мать. Матери здесь видно не было, да и зачем ей было приходить?

— Тишина в зале! - Зарычала судья и три раза постучала молотком. - Пожалуйста, совладайте со своими эмоциями иначе я буду вынуждена удалить вас из зала суда, достопочтенная госпожа! Вы меня поняли? Имейте уважение к суду! Здесь выкрикивать из зала нельзя. Когда вас пригласят дать показания, тогда скажете то, что считаете нужным по делу!

Девушка кивнула головой и вскинула руку, в знак согласия и понимания своей ошибки и села на место.

— Хорошо, - продолжает прокурор. - допустим, так оно и есть. Но факты говорят сами за себя. Баллистическая экспертиза показала, что этот пистолет был использован именно в тот злополучный вечер. И кроме того, гильзы, найденные на месте преступления идеально совпадают рисунком с насечками внутри дула этого самого пистолета. Другими словами, это сто процентов оружие убийства мистера Олбрайта и отрицать это не получится.

— Дайте мне пожалуйста результаты баллистики. - Судья протянула руку в сторону прокурора.

Он неспешно подошел к своему столу, взял бумаги и передал ей то, что она хотела. Анна приспустила свои очки и внимательно вчиталась в отчёт. В зале повисла тишина примерно на минуту, пока судья не дочитала.

— Да вы правы. - Сухо констатировала она и отодвинула бумаги в сторону, оставив их на своем столе. - Продолжайте.

Я был в полном а**е от происходящего. Это какая то мистика. Как мой пистолет мог оказаться на месте преступления? Кто мог знать мой код от сейфа, взять пистолет, совершить преступление, чтобы подставить меня, а потом благополучно вернуть его? В голове не укладывается.

— Также, на рукояти пистолета найдены частички кожи и жировые следы только и только мистера Ньюмэна. Ничьи больше. Что говорит нам о том, что никто другой этот пистолет не использовал.

Прокурор так уверенно говорил и ходил по залу, переглядываясь то с присяжными, то с аудиторией, то с судьёй, что невольно казалось, что он здесь как сыр в масле. Будто он делал это уже тысячу раз. Наверное, так оно и было. Чётко поставленный голос, дикция и совершенное спокойствие придавали его персоне, какую то статусность что ли.

— Мистер Ньюмэн очень богатый человек. И в таком доме, в котором он живёт, должно быть круглосуточное видео наблюдение, не так ли? - Обращается к присяжным бугай. - Так вот, для вашего сведения, любые видеоматериалы с этого дня не были найдены. У мистера Ньюмэна просто нет алиби. Лишь его жена уверяет, что он был дома. Версия обвинения склоняется к мнению, что он просто заблаговременно отключил все камеры, дабы нельзя было доказать, что он выходил на улицу во время убийства и выносил с собой пистолет. Пока что, у меня всё. Спасибо за внимание.

— Спасибо мистер Мэлон. - Кивнула судья. - Слово предоставляется защите.

Впервые за сегодняшнее утро я увидел страх и растерянность на лице у Антона. За секунду он превратился из задорного, самоуверенного начинающего адвоката, который был готов хоть чёрта защитить, в размазню, которая опустила руки, как только пришли первые проблемы. Он явно опешил от напора прокурора и обмяк.

— Мистер Ларсон. - Обратилась судья к Антону. - Вы будите защищать своего клиента или мы вас здесь до пасхи ждать собираемся? - Насмешливо бросила последнюю фразу.

— Дддааа...Да...Прошу прощения, достопочтенная судья. - Хриплым голосом начал Антон, вставая со стула. - Ваша честь, можно нам перерыв? Моему подопечному не хорошо.

Я посмотрел на него как на какого то дурака. Он, прикрываясь мной, захотел выиграть время, чтобы продумать, что же отвечать на выпадки прокурора. Это что за хрень вообще? Ты даже не подготовился к делу? Мне точно конец.

— Не устраивайте цирк, пожалуйста, мистер Ларсон. - Немного повысила тон Анна. - С ним всё хорошо, я не слепая. Сидит он вполне нормально, признаков обморока я не вижу. Не затягивайте процесс.

— Хо...хорошо... - Тянул Антон изо всех сил. - Мистер Ньюмэн не виновен в этом преступлении. - Начал подходить к присяжным и с каждым новым словом его речь становилась увереннее. - Факты есть факты, с этим трудно поспорить. Но подумайте, ведь нет мотива убийства. Ради чего? Кто-то посторонний мог проникнуть в дом мистера Ньюмэна, стащить пистолет и вернуть его обратно после совершения преступления. Каким образом этот злодей узнал код от сейфа только предстоит выяснить, пока это загадка. - Остановился и набрал воздух полной грудью, чтобы начать ещё увереннее. - Задумайтесь, пожалуйста, господа присяжные, чем мог насолить такому богатому человеку обычный оператор, что тот захотел бы его убить? В деле нет свидетелей, которые бы точно видели момент преступления и могли бы описать убийцу. Кроме того, мы могли бы запросить биллинг телефона мистера Ньюмэна у сотового провайдера и точно узнать, был ли он дома в ту злополучную ночь.