Ребенок ледяного дракона - Мун Эш - Страница 13

— Может, хватит! — крикнул я, снова открывая окно.

— Уже утро! — сказал он, как будто я не заметил. — Я знаю одно очень хорошее место, где можно купить хлеб, и они как раз сейчас заканчивают выпечку. Давай купим немного!

— Я должен сказать Рейке, что ты пропускаешь занятия, — пробормотал я.

— Я потом вернусь на уроки, — запротестовал Оли.

— Подожди, — сказал я со вздохом, закрыл окно, оделся и спустился вниз.

Оли перебрасывал камешки между ладонями, словно пытался жонглировать, и, подойдя к нему, взмахом руки превратил их все в кубики льда. Они упали на пол и разбились вдребезги.

— Ну, пошли, — сказал я. — Покажи мне этот хлеб, ради которого ты меня разбудил.

— Ты должен показать мне, как это делается, — сказал Оли.

— Нет, я не хочу.

— А почему нет?

— Потому что мне некогда, и я здесь не для этого. Попроси своего папу.

Мы начали подниматься вверх по улице. Над нами пролетел дракон, следуя по улице и время от времени резко снижаясь, чтобы на каждом углу сбросить пачку газет, где группа молодых ребят делила их на части и разносила по домам. В Олд Шор Порте в это время все только просыпались, но Стонвейл, казалось, никогда не спал. Мы прошли через переулок и вышли на шумную улицу, где оживленное движение и продавцы-лоточники перекликивались на тротуарах.

На углу находилась пекарня с открытой витриной с установленными полками с полусферическими булочками с золотистой корочкой. Возле большой глиняной печи работала огненная драконица, которая остановилась, когда к ней подскочил Оли.

— Привет, Оли, — сказала она и перешла в человеческий облик. — Кто твой друг?

— Он друг моего отца, — сказал Оли. — Я рассказал ему все о твоем хлебе. У тебя есть дефектный хлеб?

— Нет, боюсь, что нет. Сегодня у нас вышла хорошая партия, все отправились на полки.

— Ох, — разочарованно сказал Оли и, повернувшись ко мне, сказал: — Обычно у них есть несколько буханок, которые они раздают всем, кто приходит рано.

— Сколько за одну? — спросил я.

— Двадцать шиллингов, — сказала драконица; я отсчитал монеты и заплатил за две буханки. — Мы отдадим одну твоему папе, — сказал я Оли, и он просветлел.

Мы сели в углу и разделили хрустящий хлеб на двоих, пар поднимался от мякиша. Мы подули на горячий хлеб, чтобы остудить его. Оли ухмыльнулся мне, между его зубами клубился пар. Он переносил горячую пищу лучше, чем я, - наверное, из-за того, что в нем были человеческие гены.

— Очень вкусно, — сказал я Оли. — Я знаю кое-кого, кому это понравится дома.

— Твоей паре? — спросил он.

— Товарищу по полету. Его зовут Райнор, он альфа. Я не спаривался.

— О, — ответил Оли и откусил еще кусочек хлеба. — Вы с папой вправду хорошие друзья?

— Я бы так не сказал, — ответил я.

— Я не думал, что у нас есть друзья за пределами библиотеки. Но вы должны быть друзьями, иначе он не стал бы натирать тебе спинку.

Я подавился куском хлеба, закашлялся и бил себя в грудь кулаком.

— Он просто помогал мне. Он бы сделал это для любого, я уверен.

— Нет, я так не думаю. Папа не очень любит людей. Только дядю Шена.

— Кто такой дядя Шен? — спросил я. Сначала я подумал, что Рейка с кем-то встречается. Будь у него альфа, это было бы понятно, но я почувствовал вспышку ужасной ревности.

— Он тоже живет в библиотеке. Папа сказал, что он там с самого детства. Он тоже омега, но у него нет детей.

Я чувствовал себя глупо. У меня нет причин для ревности, даже если в жизни Рейки есть альфа. Мы с ним снова оказались чужими. Между нами, ничего нет.

— Твой отец никогда не говорил обо мне? — осторожно спросил я, и Оли покачал головой. Я откусил еще кусочек мягкого, пышного хлеба. На вкус он был слегка сладковатым и очень влажным. Мне захотелось поделиться им с рейсом, и я подумал, что скажет об этом Далия. Она любила выпечку, и Райнор практиковался в приготовлении для нее маленьких тортов и пирожных.

— Ты сказал, что вы плыли на одном корабле? — сказал Оли.

— Да. Мы приплыли из одного и того же места.

— И каково там жить? — взволнованно спросил Оли.

— Холодно, пусто. Идеальное место для ледяного дракона, но не очень для алхимика.

— Я хочу туда.

Я засмеялся.

— Правда? Скажу тебе по секрету, там не очень интересно. Особенно по сравнению с этим местом. Разве тебе здесь не нравится?

Оли пожал плечами.

— Наверное, да. Папа не разрешает мне уходить далеко от библиотеки. Правда, иногда я все равно ухожу дальше, но если он узнает, он очень рассердится.

— У него есть веские причины держать тебя рядом. — Я прочистил горло и съел последний кусочек хлеба. — Ты же вроде бы должен быть на занятиях, да?

— Да, — сказал он удрученно. — Я не хочу...

— Я не собираюсь отвечать за твои прогулы. — Я встал и протянул руку. Оли вздохнул, схватил ее, и я поднял его в воздух. Он подтянул колени к груди и на мгновение завис в воздухе, прежде чем я поставил его на ноги. Далия тоже любила так делать, и это вызвало у меня улыбку.

После того как Оли ушел на занятия, я поднялся на второй этаж библиотеки и столкнулся с Рейкой. Он стоял на коленях перед полкой, пересчитывая книги и делая отметки в бумажном блокноте в своей руке. Рядом с ним на подставке стоял высокий омега, который делал то же самое с книгами на верхних полках. Высокий омега увидел меня первым и сказал:

— Рей, это тот самый парень?

— Доброе утро, — сказал Рейка, глядя вверх. — Да, это Делос. Делос, это Шен.

Я кивнул Шену, и он сказал:

— Значит, у Рея действительно есть прошлое. Никогда не думал, что встречу кого-нибудь из него, учитывая, насколько он скрытен. Откуда ты родом?

— Оттуда же, откуда и он, — сказал я, не желая вдаваться в подробности.

— Неужели все северяне такие скрытные? — размышлял Шен, а я ничего не ответил.

— Ничего, если ты разберёшься с остальным? — поинтересовался Рейка, положив свой блокнот на деревянную тележку между ними. — Я не уверен, как долго я пробуду.

— М-м-м, — сказал Шен. Он окинул меня взглядом, а затем повернулся обратно к стопкам, и Рейка жестом велел мне следовать за ним.

— Рей? — спросил я, когда мы остались одни.

— Под таким именем меня знают, — ответил Рейка. — Так что, пожалуйста, держи мое настоящее имя в тайне.

— Понял. Я нем как рыба. — Я протянул пакет с хлебом. — Ты ел?

— Что это?

— Свежий хлеб. Место, где… —  Я замолчал и решил, что лучше не рассказывать ему о маленьких приключениях Оли за завтраком. — Я нашел булочную неподалеку. Подумал, что ты можешь быть голоден.

— Очень мило с твоей стороны, — сказал Рейка, взяв его. Затем улыбнулся мне. — Он очень похож на хлеб из любимого места Оли. Он опять проказничал?

Я засмеялся.

— Не волнуйся, я отправил его обратно в класс.

— Ему очень тяжело усидеть в классе и целый день смотреть в книгу. Ему больше нравится работать руками, делать что-то, быть активным.

— Ну и пусть делает, — сказал я.

— Это небезопасно, — ответил Рейка и бросил на меня быстрый взгляд, который сказал мне, что я должен отказаться от этой затеи.

— Ему нужно наставление, а не ограничение, — сказал я, не в силах отмахнуться от него.

— И я бы хотел, чтобы был другой путь. Но его нет. — Рейка вздохнул. — Хотелось бы, чтобы он направил свое любопытство и энергию на учебу. Я не думаю, что он дал ей шанс. Да и кто может его винить, когда учителя - пыльные, древние омеги?

Рейка привел меня в комнату для записей, где он взял три книги толщиной с мою руку от ладони до кончиков пальцев. Сложил их на тележку, проштамповал формуляр у двери, и мы отправились куда-то еще в бесконечное число залов и комнат библиотеки. Разговоры и вообще любой шум, кроме скрежета перьев, шелеста бумаги и случайного скрипа колеса, здесь отсутствовали, а огромные размеры библиотеки только подчеркивали тишину. Спокойное место, как раз в моем вкусе.

Рейка выгрузил книги на свободный стол, и мы оба сели.