Жемчужина пустыни. Любовь сквозь боль... (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 3

— Что это? — смотрю на телефонный номер и ничего не понимаю.

— Звонили из Москвы несколько раз на наш стационарный телефон.

— Из Москвы? — удивилась я. — Кто?

— Ты только не злись… — она замешкалась. Присела напротив меня, виновато взглянув.

— Почему я должна злиться? — ещё больше растерялась.

— Из издательства звонили. Они в восторге от твоей книги. Просят связаться с ними в срочном порядке для обсуждения деталей. Тебя напечатают!

— Ясно… — не разделяю её радости. — Я же поделилась с вами, чтобы вы оценили слог и стиль — так сказать «проба пера».

— Прости… Но после того, как проглотила написанную тобой историю буквально за пару дней, не могла поступить иначе — отправила рукопись на электронную почту издательства. Сюжет потрясающий, невозможно оторваться, я слезами обливалась, пока читала, прям просится фраза: «основано на реальных событиях».

«Потому что это правда, потому что все чувства и эмоции настоящие» — произошедшее со мной изложила в виде книги, желая избавиться от болезненных воспоминаний (хотя это не помогло). Заменила настоящие имена на вымышленные, а также место основных действий указала другое.

— Если согласишься, можешь состояться как писатель, — добавила Нина Филипповна. — А главное: в издательстве уже сейчас хотят продолжение истории, ведь финал остался открытым — многим читателям будет интересно, как сложилась судьба твоих героев. Не знаю, что ты думаешь по этому поводу, лично я вижу их вместе — счастливых и бесконечно любящих друг друга.

— Продолжения не будет… не будет… — меня напугали её слова, когда представила на доли секунд, как снова окажусь в замке Саида. Он же превратит мою жизнь в ад… Кроме ненависти, вряд ли что-то ещё осталось в его душе…

Глава 3

В издательство я так и не перезвонила. Не решилась…

Или требуется больше времени, чтоб «созреть»? Пока не знаю, нужно ли мне это: связывать свою жизнь с писательством и в мыслях не было. Наверное, сомнения преследуют любого автора вне зависимости от опыта, а новичка в этом деле — тем более.

Есть опасения, что мою историю неправильно воспримут: кто-то как красивую восточную сказку, насмотревшись фильмов про султанов и гаремы, «попасть в плен к незнакомцу — это так романтично!» — восхитятся они; «какая героиня редкостная дура, мужик готов был весь мир кинуть к ногам любимой женщины, могла жить как королева, а она предпочла свободу» — скажут другие.

Но если бы всё было так просто… Едва ли хоть у кого-то возникнет ощущение реальности описанных событий, что заставит задуматься и сделать соответствующие выводы. Единственный смысл, который вложен в сюжет — не повторять чужих ошибок. И это касается всего, у правды, как известно, две стороны…

Книга для меня была способом выплеснуть наружу накопившиеся эмоции, чувства и боль, по принципу — «бумага всё стерпит», то, в чём никогда не признаюсь открыто, не поделюсь ни с кем — всё равно никто не поймёт, даже мама, а вот нарваться на осуждение можно с лёгкостью. Не хочу, чтобы лезли в душу.

Именно тогда, когда поставила финальную точку, осознала, что поступи я иначе, сейчас бы так не страдала, не мучилась бы от ядовитой разъедающей тоски — да, тоски… ведь обратной дороги нет… а если и есть, то только прямиком на дно глубокой пропасти…

«А значит — продолжения не будет».

Муженёк вернулся ближе к утру. Не один… Женский мелодичный смех разбудил меня.

Но спросонья не сразу поняла, что происходит…

Поднявшись с кровати, я надела халат и вышла из спальни. Прислонилась плечом к дверному косяку. И, скрестив руки на груди, внимательно посмотрела на парочку — оба в нетрезвом состоянии, судя по амбре в воздухе и поведению.

Он зажимает в углу любовницу и, торопливо расстёгивая её пальто, настойчиво целует изгиб шеи. Она же игриво хохочет от прикосновений его губ. Откинула голову назад, прикрыв веки, дышит томно и выгибается навстречу ласке.

Марк — красавчик по мнению многих женщин. Не раз слышала, как о нём восторженно и завистливо говорят: «какой шикарный мужчина, мне б такого». Согласна, на него сложно не обратить внимания: высокий, стройный, статный брюнет с зелёными, яркими, как молодая трава, глазами, в обрамлении тёмных густых ресниц, что придаёт взгляду особый магнетизм и притягательность.

Хотя, как оказалось, с прогнившей насквозь душой…

Привести любовницу — верх наглости и циничности. И после этого будет говорить что-то о чувствах? Впрочем, плевать.

— Я вам не мешаю? — наконец, обозначила своё присутствие, не хватало, чтобы в коридоре начали предаваться страстям. Меньше всего хочется наблюдать весь процесс в действии.

— Почему ты не сказал, что твоя жена дома?! — возмутилась дамочка. Оттолкнула Марка, запахнув края пальто.

«Женой себя не считаю, но какие-то элементарные приличия надо соблюдать».

— Вроде как, живу здесь, — ответила ей, — где, по-вашему, я должна быть?

Муженёк растерянно посмотрел в мою сторону. Такое ощущение, будто просто забыл обо мне.

А ведь я права:

— Серьёзно? — усмехнулась устало, глядя на него. Ну, если всё обстоит таким образом, то зачем я ему? Развелись бы тихо-мирно и не трепали бы друг другу нервы.

— Не спишь… — вздохнул он.

— Больше нечего добавить? — нет, я не предъявляю претензий. Ситуация омерзительна.

— Иди к себе, — произнёс приказным тоном.

— Гостью проводи. Или сними номер в гостинице на часок-другой, если так не терпится.

— Сам разберусь, — ухватив свою мадам под локоть, повёл её за собой.

Они скрылись в его комнате.

Через минуту Марк появился снова.

— Что тебя не устраивает? — недовольно спросил.

— У нас здесь не место для свиданий. Прояви каплю уважения.

— Может, ты ревнуешь? — улыбнулся уголком губ, изогнув бровь.

— Боже упаси. Делай, что хочешь.

— Тогда не лезь не в своё дело, — улыбка тут же сошла с лица.

— Дай мне развод — и хоть оргии организовывай.

— На эту тему я уже всё сказал: не нужен тебе как мужчина — да пожалуйста, навязываться не стану, но и ты не получишь свободу, в твоём положении нас не разведут, если один из супругов против… — прошипел сквозь зубы.

Я скривилась от запаха перегара.

— Мстишь? — конечно, как иначе. — Это так мелочно и низко.

Он промолчал. И ушёл.

А спустя какое-то время за стенкой послышались характерные звуки секса…

Терпеть «такое» у себя под носом я не намерена. Поэтому, недолго думая, достала чемодан из-под кровати и стала собираться в дорогу.

«Ещё успеваю на проходящий поезд до Москвы. Надеюсь, билеты есть».

«Муж» даже не заметит моё отсутствие, проспит до обеда, а когда хватится — будет уже поздно.

Всё! Я так больше не могу!

Марк кое-как проснулся, с трудом разлепив заплывшие веки. Голова нещадно раскалывается с похмелья. Сколько выпил — даже не помнит, как и вернулся домой, словно в памяти образовался огромный провал, всё как в тумане. Не в его привычке увлекаться алкоголем, но вчера перебрал, хотелось забыться — и это ему удалось в полной мере.

— Чёрт… — прикоснувшись пальцами к вискам, где надоедливо пульсирует и ноет, стал массировать, хотя едва ли это поможет.

Он приподнялся на локтях, стараясь не делать резких движений, и только потом заметил рядом спящую обнажённую Александру. Девушка свернулась клубочком и тихо сопела.

— Твою ж мать… — осознание содеянного наступило мгновенно. Если бы не пьяное состояние, никогда не привёл бы в дом любовницу, да ещё при жене (и неважно, что жена она лишь на словах да в паспорте).

«Диана!» — наконец, вспомнив о ней, Марк сел, дотянулся до лежащего на прикроватной тумбочке телефона и посмотрел на время.

— Уже час дня… — вздохнул, думая, как будет объясняться и чем оправдывать такое поведение.

Совесть вдруг очнулась… и чувство вины давит тяжким грузом…