Хозяин пустыни (СИ) - Гутовская Ирина - Страница 30

И всё-таки объяснюсь, пока настроен:

– Послушай… – шумно выдохнул, – давай забудем о случившемся вчера, я не хотел специально причинять боль и так поступать с тобой. Честно… – это правда.

Причины кроются исключительно во мне. Когда сорвался, то уже был не в состоянии остановиться, справиться с гневом, теряя напрочь контроль. А хуже всего другое: я не могу дать обещания и гарантировать, что ничего похожего не повторится. Зарекаться не стану.

– А разве что-то произошло? – искренне улыбнулась.

– Если ты не обижаешься, то… – я замешкался, не зная, как заставить себя произнести слово «извини» – язык не поворачивается, будто немеет от паралича, существующего только в моей голове.

– Ну, раз сам всё замечаешь за собой и делаешь выводы, то этого вполне достаточно, я не держу на тебя зла, – смело сказала. И почему-то поникла. – Вообще-то, это мне стоит просить прощения, – голос жены внезапно дрогнул, а она ощутимо напряглась.

– За что просить прощения? О чём речь? – очень удивился этому заявлению. Посмотрел на неё хмуро в ожидании ответов.

– Прости… прости… прости… – торопливо заговорила. Вначале по её щекам потекли беззвучные слёзы, потом прижалась к моей груди в резком порыве и расплакалась. – Я не должна была провоцировать тебя неуместными фразами… – оправдывается, шмыгая носом. – Прекрасно понимаю твои чувства… ты не сможешь отпустить женщину, в которую влюблён, всё равно будешь добиваться взаимности… но и Диану я жалею, она жертва обстоятельств, страдает, медленно погибая, как птица с перебитыми крыльями, задыхается без свободы… из-за этого разрываюсь между вами… пытаюсь угодить всем, а не удаётся…

– Успокойся… – неохотно обнял жену.

– Больше всего мечтаю, чтобы вы обрели своё счастье, в чём одинаково нуждаетесь и, как ни странно, учитывая трудности, идеально подходите друг другу. Хотя ещё не осознали до конца эту простую истину, потому что оба упёртые, оттого и мучаетесь, никак не придёте к полному согласию. Диана – ранимая, тонко чувствующая натура, но тоже с волевым характером. Прошу: не натвори непоправимых ошибок, без неё – тебе не жить. А я буду молиться за вас.

После услышанных откровений мне вдвойне неудобно стало. Никогда не видел Халиму такой – эмоции через край хлещут фонтаном, и ведь ни грамма фальши нет. Метко сказала, всё по сути, каждым словом попадая точно в цель.

И противопоставить нечего...

Глава 28

Наблюдать за действиями Амджада в отношении Дианы, это сущая пытка для меня – изощрённая и невыносимая, на которую добровольно подписался за неимением иного выбора и от безысходности… Приходится терпеть, прилагая титанические усилия, и, кроме как молчать, пока ничего не остаётся.

Смотрю на творящееся безобразие и негодую в душе… Так мерзко и тошно, вплоть до того, что возникает желание содрать кожу живьём, как будто ломает изнутри до противного хруста костей, разрывая на куски и причиняя режущую боль.

Хочется настучать Амджаду по рукам, схватить за грудки, со всей дури отшвырнуть подальше от Дианы и вдоволь разукрасить ему лицо, разобравшись по-мужски, чтоб не смел прикасаться к ней и даже не мечтал о большем.

И я понимаю, насколько нелепо это звучит, учитывая все обстоятельства, ведь в данный момент он выполняет прямые обязанности врача – помогает больной пациентке, желая поставить правильный диагноз и определиться с дальнейшим лечением. Хотя… Уж как-то навязчиво выглядит его поведение со стороны, словно прикрывается благими намерениями, а на деле – заинтересовался моей женщиной и теперь старается всячески понравиться ей, привлечь внимание…

Улыбочка эта дебильная ещё – не сходит с лица, как приклеилась…

Справиться с собой, подавить гнетущие эмоции и контролировать их – неимоверно сложно… Наизнанку выворачивает от дикой ядовитой ревности, растекающейся по венам жидким расправленным металлом, выжигая нутро дотла. А живущий внутри зверь-собственник разъярён до максимального предела – встал в боевую позу, угрожающе рычит от каждого жеста и по команде готов вгрызться в глотку, безжалостно растерзав соперника на части…

Именно так чувствую. Сейчас воспринимаю Амджада не как доктора, как будто бы своим визитом он наглым образом заявил права на мою Жемчужину, тем самым бросив негласный вызов.

Глупо, конечно, думать в подобном контексте, и не стоит травить себя тягостными мыслями… Но ничего не могу поделать, как и избавиться от выматывающих терзающих ощущений – тоже не удаётся. Буйно-развитая фантазия разыгралась, взяв надо мной верх, и подкидывает мрачных картин – чему нет конца… только глубже погружаюсь в бездну персонального безумия…

Бесит всё! ОНА – принадлежит мне, и по-другому не будет!

Вдвойне паршиво становится, когда вижу мельчайшие детали, что Амджад, как назло, намеренно затягивает время осмотра, лишь бы подольше побыть с Дианой, и пусть не наедине – суть от этого не меняется. Он явно пользуется единственной возможностью беспрепятственно трогать её, плюс ко всему – пристально изучает, откровенно любуясь, не в состоянии оторвать от неё глаз. Относится бережно, обращается с девушкой с особым трепетом, нежностью и заботой, наплевав на нормы приличий, как и моё присутствие. И, как показалось, происходящее доставляет ему удовольствие. А этот мягкий вкрадчивый тон голоса в общении, с намёком на отзывчивость и излишнее беспокойство – дополнительно нервируют меня. Изображает из себя хорошего, а я снова удостоился роли чудовища, не заслуживающего обладать такой женщиной.

«Как же эта ситуация раздражает!» – очень ярко, остро представляю, во всех красках и подробностях, какие эмоции Диана вызывает у него, а Амджад и не скрывает этого, как я успел заметить. Хочет её… Ведь, глядя на неё, нельзя не почувствовать тот убийственный, обжигающий, порабощающий свет, который она излучает собой, даже не догадываясь, какое впечатление производит на мужчин – и это не подлежит сомнениям, является абсолютной величиной.

Или я выдумал то, чего нет, а, в действительности, он не пытается покуситься на чужое? Всё равно повод для ревности есть. Да, схожу с ума, во всём мерещится подвох и возникают подозрения – как знать, небеспочвенны ли они…

***

– Что..? – уточнил я, не расслышав прозвучавший вопрос. Погрузившись в размышления, не обратил внимания, как Амджад о чём-то сказал.

– Мне нужно взглянуть на кожные покровы, – со всей серьёзностью повторил он, убирая колбу с кровью, взятой на анализ, в медицинский чемоданчик. Потом обернулся в мою сторону.

– Нет… – я отрицательно покачал головой.

«Никогда не соглашусь на это!».

– Если есть какие-то высыпания или…

– Нет! – внутри всё кипит от гнева, бурлит как лава. – Никаких высыпаний нет, – «ага, как же…» – может, моей женщине ноги раздвинуть, тогда и там займётся тщательным обследованием?!

– Симптоматика не полная, – он настаивает на своём, хотя убедить меня не получится. Если бы не его поведение, то я, так и быть, скрепя сердце, разрешил бы ему продолжить осмотр, но…

Во-первых, зачем? Во-вторых, предыдущего пункта вполне достаточно.

– Надо исключить возможные заболевания, – деловито заявил. – Горло красное, слизистая воспалена, вдобавок – третий день держится повышенная температура, и это явно не связано с акклиматизацией, – спокойно пояснил. То, что Амджад так реагирует, бесит ещё больше.

– Я разденусь, – невозмутимо ответила Диана. Встала с кровати и, судя всему, планирует выполнить указания врача.

«Тоже хороша… Вместо того, чтобы отказаться, не желая предстать в полуголом виде, а главное – поддержать мои слова, она с лёгкостью готова нарушить запрет и подчиниться другому, выставив себя напоказ» – а помнится, когда мы познакомились, не спешила проявлять покорность, а тут вдруг…

Специально злит?

Она, было, потянулась руками к одежде… Конечно, я даже платок не позволил снять. Схватил девушку за локоть и потащил в ванную комнату, где прижал собой к стене. Быстро избавил её от платья, разорвав резким движением, и лично убедился в отсутствии на коже сыпи – каждый сантиметр тела осмотрел, ничего не нашёл. Чисто.