Договор дороже крови (СИ) - Кожина Ксения - Страница 2

— И ты послушалась? — она хмыкнула, но спорить не стала, поднявшись со стула, шагнула к двери.

Печально проследила за тихо закрывшейся дверью. Да как будто у меня был выбор! Выругалась бы, но приличные девушки так себя не ведут, а сегодня я очень приличная. Причем настолько, что заподозрить меня в подсыпанной стружке черных орехов в десерт будет затруднительно. Скандал обеспечен — это плохо, а вот то, что у «дорогого» жениха сильнейшая на орехи аллергия и ему придется, как минимум неделю лечиться и не радовать меня своей вконец опухшей и прыщавой физиономией…

Счастливые мысли разрушила рывком распахнутая дверь, а, точнее, фигура, появившаяся в дверном проеме. Все предвкушение, как ветром сдуло, пока я разглядывала несносного блондина. Он даже на мою помолвку посмел заявиться в расстегнутой наполовину рубашке! Видимо, к залетным вампирам правила приличия не относятся. И чего спрашивается, привязался? Я уже уяснила, что пытаться вытворить из дома папиного партнера только потому, что его внешний вид меня смущает, бесполезно. Как и тягаться с ним в остроте языка. Статный, как и все вампиры. Высокий настолько, что, кажется, я со своим маленьким ростом дышу ему в пупок. Возможно, все дело в гипнотизирующем взгляде серых глаз, не знаю. Но Каллист производил на меня самое неоднозначное впечатление. В том самом смысле, что я никак не могла определиться чего я хочу больше: залюбить его до смерти и не залюбить, но тоже до смерти, так чтобы глаза больше не мозолил! Хорош… мерзавец.

— Принцесса фи-фи, — мурлыкнул объект моих мыслей, входя без разрешения. Широко улыбнулся, демонстрируя парочку белоснежных и опасных клыков: — Рад видеть. Очень рад.

— Сафи! — привычно огрызнулась. — А для тебя Са-фи-ра! Я же не зову тебя листиком.

— Неужели ты наконец-то решила перейти на более близкое общение? — Игриво протянул мужчина, блеснув глазами.

Тут же пожалела, что повелась на провокацию. Выдохнула и холодно поинтересовалась:

— Зачем пожаловал, Каллист?

— Ну как же, думал, сидишь тут одна, свободу свою оплакиваешь. Думаю, дай пожалею.

— Как видишь, ты ошибся, — голос еще спокойный, но внутри уже все закипает. Умеет же вывести из себя одним появлением!

— Вижу, — подозрительно быстро согласился вампир. И с наигранным вздохом добавил: — Лицо сияет, на щеках румянец. Да и сама для встречи с женихом принарядилась. Вас теперь даже не отличишь, такой же… поросеночек.

Могла бы — зарычала! Злость готова была плескаться через края. Ладони сжались в кулаки и… золоченая резкая капитель над дверью издала подозрительный звук. Очень уж было похоже на треск. Каллист сдвинулся в сторону так быстро, что я успела заметить только смазанную тень. Под серьезным изучающим взглядом стало неуютно. Пришлось ляпнуть первое, что в голову пришло.

— Моль, — кивок в сторону покосившейся конструкции и пожав плечами, добавила:

— Прогрызла.

Вампир не поверил. Совсем!

— Дубовую капитель? — он выразительно загнул бровь, сложив руки на груди. Потом хмыкнул и наигранно изумился: — Какие же зубы должны быть у моли! Новый вид?

— Угу, — замялась покраснев. Ну да, стыдно, когда ловят на таком нелепом вранье. Но тем не менее: — У нас очень зубастая моль завелась.

Каллист хмыкнул, окинул меня странным пристальным взглядом, что никак не вязалось с тем образом, который у меня о нем сложился, еще раз уделил внимание теперь уже ненадежной конструкции и еще на два шага отошел.

— Ну что, принцесса, готова к помолвке или рискнешь показать сильным сего города свое фи? — поинтересовался насмешливо.

Ответить не успела, хотя очень хотелось. Просто дверь снова открылась, впуская… поросенка.

«Да что за проходной двор с утра пораньше?!» — мысленно возмутилась. Но вслух не издала ни звука. Дар речи пропал!

Теперь-то я понимаю, что никакая это не ошибка модистки. Это мама постаралась сделать все, чтобы мы с Десмондом были сегодня идеальной парой и затмили всех на этом вечере. О да, теперь уж точно нас заметит каждый… издалека. Все взгляды приглашенных гостей будут принадлежать только нам!

На мужчине был одет яркого розового цвета фрак, прям под цвет моего тошнотворного платья. Узкие брюки, обтягивающие толстые ноги, украшало с десяток пестрых атласных лент, расшитых мелкой россыпью камней, и все это великолепие венчал шейный платок, завязанный виндзорским узлом. Угадайте, какого он был цвета? Единственным, что не вызывало вопросов, оказалась классическая кипенно-белая рубашка. Только вот беда, за розовым безумием ее и видно не было. Закралась подлая мысль, что наряды лично выбирал сын мэра, потому что мама ранее в такой безвкусовщине замечена не была.

Десмонд окинул меня плотоядным взглядом с ног до головы и, похоже, остался доволен увиденным. Маленькие глазки заблестели, губы растянулись в улыбке, и мужчина слащаво протянул:

— Прекрасно выглядишь, дорогая!

И все. Мое терпение лопнуло, как и несчастная капитель над дверью. В отличие от вампира сын мэра не обладал сверхбыстрой реакцией, да и маг из него был так себе, иначе бы ходил, поддерживая щиты постоянно. Но полностью уверенный в своей безопасности Десмонд даже не пошевелился, а после и шевелиться было поздно, так как дубовая конструкция рухнула прямо на него и погребла под собой.

— Он не шевелится, — прошептала побледневшими губами, когда первая пыль осела.

— И что? — хмыкнул Каллист, стряхивая упавшие на одежду пылинки. — Радуйся, выходить замуж не придется. Можешь объявить траур и как минимум полгода жить спокойно.

— Спокойно? Спокойно?! — взревела я. — Я убила сына мэра. Я… я…

Запнулась, осознав, что только что признала за собой вину, а значит отрицать наличие магии бесполезно. И вряд ли такое признание пройдет мимо ушей вампира, а уж в то, что он будет молчать и по-партнерски не расскажет об этом и вовсе не верилось.

Скандал, в котором папа узнает, что я не его ребенок. Мгновенно вспыхнувшая злость из-за обмана и скорый на расправу мужчина с криками выгоняет нас с мамой из дома. Сломленный смертью сына мэр сажает меня в тюрьму, а там сыро, кормят плохо и крысы вокруг лежака бегают — все это так ярко предстало перед глазами, что я задрожала.

— Да ладно тебе принцесса. Жив муженек твой. Пока еще дышит, — Каллист приблизился, приобнял меня и попытался успокоить.

И у него это получилось. Даже фразу про мужа мимо ушей пропустила. Жив! Он жив! О святые небеса!

— Каллист, пожалуйста, — вцепилась в мужскую рубашку так, что меня теперь и клешнями не оттащить, пока согласия не получу, — помоги ему! Ты же можешь! Я знаю! Ты же меня тогда спас и…

— Тогда, принцесса, я думал, что вытаскиваю из реки нахлебавшуюся воды девочку в красивом платье, а оказалось монстра, притворившегося ребенком. От тебя же благодарности не дождешься! Вместо «спасибо» за кровь и возвращение к жизни ты попыталась заехать мне коленкой между ног и убежать!

Смутилась. Было дело. Нам с Арианой тогда по двенадцать всего было, а на улице лето, жара, купаться хочется, вот мы и убежали на речку. Только чтобы до пляжа добраться, надо было по мостику пройти, а его давно никто не ремонтировал. До сих пор не могу забыть, как прогнившие доски осыпались, и я тонуть начала. Воды нахлебалась сильно. А уж как перепугалась! В себя пришла под пронзительный визг бывшей подруги. Орала она громко, звонко, так что уши закладывает. Глаза открыла, а надо мной клыкастый мужик окровавленное запястье в рот пихает. Ну, я и дала стрекача. Вернее, попыталась, проблем с реакцией у Каллиста никогда не было. В итоге он легко поймал меня за шкирку, встряхнул и допрос устроил. Выпытал все — и кто мы такие, и как тут оказались. Арианке подзатыльник отвесил, чтобы не кричала. И я ее, между прочим, тогда очень понимала, но, видимо, шоковое состояние не позволило визжать, так попискивала немного. Вампиров в нашем городе отродясь не было, и знали мы о них с Арианкой только по книжкам, а там они, естественно, все жуткие, страшные и совсем не герои добрых сказок. Нет ничего удивительного, что когда Каллист нас отпустил, а на следующий день заявился ко мне домой, то я перед ним дверь закрыть попыталась. Это уже потом папа объяснил, что у него партнер новый, и что есть меня, никто не собирается и, вообще, за ужином в подворотнях именно этот вампир замечен не был, но сначала было страшно… да. До сих пор не могу понять, что он забыл в нашем городе и какая от мужчины возможна польза в ювелирном деле.