Договор дороже крови (СИ) - Кожина Ксения - Страница 35

И куда только мое сочувствие делось? Видимо не выжило под волной возмущения.

Краем глаза заметила неожиданное. Мой новый трусливый «друг» просочился в комнату сквозь дверь и сейчас осторожно, словно вампир его может увидеть, двигался по стеночке в нашу сторону. Остановился, как только понял, что я его увидела и приглашающе махнул рукой в сторону смежной двери. Амревис еще и глаза выпучил, молчаливо говоря: «что ты тут делаешь, дура?»

А я обиделась, правда. Вот с чего ему так на меня смотреть? Еще раз посмотрела на раненого и решила, что пару минут он точно может подождать, а я пока узнаю, что хотел змей и расспрошу, где найти лекаря. Почему-то, кажется, что охрана у моих дверей откажется покидать свой пост и идти придется самой.

— Там что-то интересное? — напрягшись, подозрительно вопросил вампир.

И вот как это у него получается? Вот точно знаю, что Амревиса он не видит.

— Где? — невинно улыбнулась, встала с кровати и даже заботливо накрыла вампира покрывалом, завернув его с одного края. — Ты лежи-лежи, — испугалась, когда этот индивид мне поверил точно так же, как и я ему насчет царапины, — я только к себе сбегаю. Мы с бабушкой аптечку собирали. Вдруг что-то подойдет.

— Угу, бинт, который ты будешь заматывать трясущимися руками, — скептически фыркнул недобитый, вызывая острое желание… его добить.

— Я тебе рот для начала замотаю, — пригрозила уже около двери в свою спальню.

Амревис нервно расхаживал по воздуху и кусал губы. Стоило мне зайти и закрыть дверь, как он взвился.

— Тебя головой вниз в детстве роняли? Ты зачем, дура, к раненому вампиру полезла?

— Э… — это он за меня так распереживался что ли?

— У нас с тобой клятва, если ты забыла! — обвинил он меня. — Ты еще мою просьбу не выполнила, чтобы так рисковать!

Фух, не за меня, за себя переживает.

— Да чем рисковать? Каллист не злобный монстр, каким ты его представляешь, — пришлось еле слышно шипеть. Не дай великие прародители, этот ушастый вампир услышит. — Ничего бы он мне не сделал. У нас договор!

Правда в голове настойчиво зудела мысль, что договор не помешался бы Каллисту лишить меня девственности, если бы в себя не пришел. Так обидно стало, что чисто из вредности напомнила призраку:

— Ты так и не рассказал мне, что за просьбу я должна выполнить.

— И не расскажу пока, — буркнул Змей.

Не больно-то и хотелось.

Нагнулась, залезла под кровать, доставая массивную сумку. Вдруг все же пригодится. Это мы с бабушкой так аптечку собирали. Собрать-то собрали, а куда теперь все это богатство деть, я не знаю. Вот под кровать и засунула.

— К лекарю проводишь?

— Не поможет.

Нет, Амревис явно какой-то недружелюбный вернулся. Бурчит, огрызается, помогать не хочет. Может его кто за призрачный нос укусил?

— А что поможет? Отвечай! — приказ прошипела, приблизившись вплотную к лицу призрака.

Амревис ответил только тогда, когда спрятался от меня в браслете. Вышло как-то зловеще.

— Кровь твоя, хозяюш-ш-шка. До пос-с-следней капли.

Вот же глупая. Могла и сама догадаться. Нет, завтра определенно наведаюсь в библиотеку и прочитаю все, что можно про вампиров.

Подхватила свою «маленькую» аптечку и отправилась лечить «больного». Если будет надо, то я ему и в стакан накапаю! Решительно толкнула дверь, быстрым шагом направилась к кровати больного и совсем неграциозно споткнулась об тумбочку, уронив сумку и себя, когда услышала игривое:

— Решила ко мне переехать, ми-и-лая.

Может, стоит Каллиста все-таки добить, чтоб не мучился?

— Не дождешься, ми-и-лый! — мгновенно огрызнулась. Вставать с пола и не подумала. Мало ли что еще вампир ляпнет. Мне копчик свой еще дорог. Пора уже счет выставлять за мелкие травмы. Вместо этого раскрыла сумку и начала выкладывать все прямо на пол. Бинты где-то посередине должны лежать, чтобы пузырьки не побились. Не отрывая носа от изучения аптечки, скомандовала: — Раздевайся.

— Так сразу? — удивился вампир. — А как же прелюдия?

— Издеваешься? — хмуро вопросила. У меня даже руки дрожать перестали. Злость творит чудеса.

— Как можно, принцесса. Всего лишь хочу предупредить, что слегка не в форме для свершений.

Устало подняла глаза на этого шутника. Сейчас бы спать лечь, а не соревноваться к колкости языка. Только в груди все сжимается, глядя на осунувшегося мужчину и его «царапину».

— Просто скажи: сможешь сам снять рубашку или нет.

— Ты ведь не отстанешь? — он вздохнул так, словно я ему не первую помощь оказывать собираюсь, а лично яда в стакан с похмелкой налила. Принял положение сидя и осторожно заметил: — Моя рана не то, на что должна любоваться молодая девушка.

Вот вроде бы комплимент сделал, а как-то тошно от него стало.

— Я любоваться и не собираюсь.

Помимо бинтов нашла две мази: обеззараживающую и заживляющую. Обе сделаны на основе сушеных водорослей. Все бы ничего, но запах у них, как у грязных носков. И если мне еще ничего, то для вампира с острым нюхом заснуть под такое амбре будет проблематично. С другой стороны, сам виноват. Не полез бы насильно целовать, не повредил бы рану. Кстати, что там у него?

Стараясь думать о чем угодно, только не о том, что делаю, медленно и осторожно размотала бинт. Тошноту сдержать не удалось. Вид запеченного мяса врезался в память. Даже добежав до ванны и обнимая белого друга, чудовищный ожог так и стоял перед глазами.

Приводила себя в порядок практически неосознанно. Руки действовали сами, в то время как в голове снова и снова вспыхивали вопросы: «Кто мог такое сделать, чем и главное, зачем?». Идеально ровный круг диаметром сантиметров пятнадцать и перевернутая цифра восемь внутри него. Непонятный знак, ничуть не похожий на пентаграмму, без иероглифов и знаков мертвого языка. Да я бы меньше паниковала, заметив знакомый символ. Неизвестность всегда пугает.

Когда я вернулась в комнату, Каллист все так же сидел на кровати, только накинул сверху рубашку, спрятав ожог. Полюбовался на мою физиономию без насмешек и иронии, лишь серьезно посоветовал взять из нижнего ящика комода бутылку и выпить. Отказываться не стала. Хорошо хоть назад к себе не прогнал. После такого уснуть будет проблематично.

Рубиновая жидкость обожгла горло, опустилась ниже и словно зажгла все изнутри. Естественно, я закашлялась и протянула бутылку Каллисту.

— Думаешь, мне сегодня не хватило? — он усмехнулся.

— Думаю, когда я буду тебя обрабатывать мазью, она тебе понадобится, — прохрипела в ответ.

Вампир посмотрел на меня как… В общем, посмотрел. Покачал головой, недоумевая, почему я все еще сижу здесь. И… распахнул рубашку. Полюбовался на мое лицо и напомнил:

— Моя ванная в твоем распоряжении.

Сволочь! Я поднявшийся ком еле проглотила, а он потешается.

— Что это за знак? — поинтересовалась, в надежде отвлечься разговором. Открыла обеззараживающую мазь и… да, тяжелый вздох и сморщенный нос лучше всякой мести за украденное белье.

— Где ты эту гадость вообще нашла?

— Где нашла, там уже нет. Ты не отвлекайся от допроса, Каллист.

— Моя принцесса умеет вести допросы? — усмехнулся вампир. Терпеливо подождал, когда я соизволю ответить, понял, что желания у нас не совпадают и видимо решил, что не испытывать судьбу. — Раньше таким символом древние отмечали входы в пещерах. Что он значит — не спрашивай, не знаю. Сейчас же их последователи используют этот знак как клеймо.

— Клеймо для чего?

— Ты не хочешь этого знать.

— Вот еще! Должна же я знать, чем тебя наградили и благодаря кому я сейчас тут сижу. Да и потом мне просто интересно. Или тебе стыдно признаваться о том, что раньше проделывал сам? — последнее ляпнула уже со злости. Я сижу, жалею его, лечу, а он рассказывать не хочет. Секрет видите ли!

Сгустившаяся тишина не порадовала. Осознала, кто именно мне рассказал про участие Каллиста в сговоре с фанатиками и быстро перевела тему.

— Почему ожег кровоточит? Разве он должен трескаться и…