Мир Савойя. Зов тьмы (СИ) - Ингвар Лара - Страница 55

— Никак, — рассмеялся тот, что был старше — служат вдвое усердней. Ох, не кривись так, странник. Сам же знаешь, что за их ласки можно не только служить, душу отдать. — Он выразительно показал на карету, — Но и эльфы нам дают очень много. Собираем по три урожая в год, не знаем войн и распрей, князь Визалир Меличи правит уже больше сотни лет и за эти годы наше княжество стало почти самым богатым во всех землях. Богаче нас только савойя, но у тех виру платят кровью детей. — Мужчина сплюнул на красноватую землю, потому что слов у него не было.

Ришар запоминал, ему хотелось быть во всеоружии, когда он окажется при дворе, но каждый рассказ про город на воде казался ему фантастичней предыдущего. Согласно услышанному город этот сплошь состоял из дворцов, дворцы эти принадлежали богатым купцам, знати и эльфам, которые разбивали в них живые многоярусные сады. Окнами дворцы выходили на каналы, по которым ходили быстрые легкие лодки, потому что дорог в городе на воде не было. Сотни ажурных мостов соединяли узкие дорожки, по которым простые горожане добирались к себе домой. Пьянящее веселье было разлито в воздухе. В городе на Воде, больные выздоравливали, а трезвенники хмелели и даже падали в многочисленные каналы. Стоило помыслить кому-то пойти войной, или пиратам забрести в эту бухту, как их окружали сотни маленьких быстрых кораблей, патрулирующих ее днями и ночами.

Каждый день князь спускался в народ, а его возлюбленная - вечно молодая эльфийка благословляла главный канал, к которому причаливали корабли с далекого востока. Народ любил Визалира Меличи за годы спокойствия, а эльфов за процветание. Паломники тянулись в город на воде и многие умирали от щемящего счастья, стоило им увидеть его. Про «умирали» Ришар попросил рассказать поподробней. Он читал много и охотно и хорошо знал об эльфийских забавах. Оказалось, что некоторые люди, направляющиеся в город действительно не могли вынести его помпезной красоты, падали замертво или сходили с ума. Другие готовы были отдать все на свете, лишь бы остаться в нем навечно, такое обычно случалось с пиратами или теми, кто замыслил дурное. Так и оставались прислугой, верной каменному великолепию Ветиры.

Потому то новый знакомый Ришара, несмотря на свое безмерное восхищение Ветирой, не спешили посетить это райское место. Безумие гарантированно не одолевало только тех, кто приезжал в город по личному приглашению князя, поскольку Ришар подобным не располагал, он надеялся на свою крепкую голову и способности Луны видеть сквозь эльфийские иллюзии.

***

Луна проснулась с рассветом и тут же подала Ришару знак, что бы тот остановил дилижанс и помог ей выбраться. Но дирижанс продолжал мерно покачиваться, и девушке не составило труда догадаться, что движение это, спокойное и плавное, не может быть из-за дороги. Она распахнула дверцу и обнаружила себя на плоской и огромной лодке, посреди моря. Никогда в жизни Луне не приходилось видеть настоящего моря, чувствовать соленый запах, ощущать его брызги на коже. Девушка рассмеялась, привлекая внимания Ришара и старика, который и управлял этим странным судном.

— Эльфиечка, вот кого ты оберегаешь, — пробормотал в пышные седые усы старик. — Я думал все северные уже давно к нам перебрались, а нет. Глаза какого редкого цвета, будто глицинии. Ты куда, сумасшедшая!?

Старик замахал руками, но Луна уже сбросила с себя походную одежду разбежалась и прыгнула в водную гладь. Она так мечтала о прикосновении воды к коже, о том, чтобы избавиться от удушливого запаха мяса и пряностей. Под водой девушка открыла глаза, увидела тень огромной лодки, солнечные лучи, проникающие сквозь толщу воды и улыбнулась. Легким, быстрым движением она поплыла вверх и вперед, удивляясь тому, как легко ей плыть и как послушно вода выталкивает ее на поверхность. Пресная вода была более вязкой и тяжелой, но и спокойной. А соленая норовила поиграть, поймать подводным течением, утащить, как понравившуюся игрушку. Но Луна не боялась подобных игр, и сама рада была расслабиться и отдаться воле стихии, зная, что всегда сможет вернуться.

Ришар силой воли обуял охватившее его бешеное беспокойство, напомнил себе, что Луна не человек. Мужчина привязал веревку к корме, скинул второй конец в воду, так, чтобы его подопечная могла удержаться и не потеряться в дороге. Старику он махнул рукой, этим жестом показывая, что все в порядке, но тот тоже явно был знаком с эльфийскими причудами, поэтому сказал только.

— Пусть обратно лезет, когда мы в главный канал войдем, там в побочные каналы сливают все нечистоты Ветиры, да и всякое в воде водится… Вон уже… видно!

Освещенный лучами ласкового южного солнца, столь робкого зимой, из тумана вырастал город. И он действительно сиял золотом, потрясал белоснежными мостами, словно выполненными из слоновой кости, удивлял плетущимися по камню растениями, покрытыми разноцветными цветами. Балконы и башни украшали каждое двух, трехэтажное здание, которое видел перед собой Ришар и, пожалуй, впервые в жизни мужчина был готов признаться, что его родной край уступает в красоте.

В воздухе разливался запах цветов и разнотравья, вода казалась серебряной, в ней плавали огромные радужные рыбины. Ришар закрыл и снова раскрыл глаза, потому что его разум не мог воспринять полностью открывающейся ему картины. Слишком здесь было красиво, ярко, празднично.

Луна забралась на палубу, легла на корму корабля подставив кожу солнечным поцелуям. Она до конца избавилась от предательской дрожи в мышцах, приступов слабости и сонливости и сейчас просто наслаждалась столкновением четырех стихий, в котором доминировала вода, но находилось место огню, свежему ветру и вкраплениям силы земли. Ришару очень захотелось прикрыть ее одеялом, но он с удивлением обнаружил эльфийку точно также как Луна улегшуюся на корме проплывающего около них судна. Она подняла остроухую голову, махнула Луне рукой, и продолжила греться в лучах восходящего солнца, пока ее вез вперед крепкий мужчина в полосатой рубашке, Луна прикрыла глаза, не обратив внимания на то, что Эльфийка с соседней лодки поглядела на Ришара, перебросила густые темные волосы через плечо, облизнула пухлые розовые губы. Вдруг кожа ее засияла, волосы взвились и упали на плечи, а Ришар расслышал явный приказ «Иди ко мне», который ему очень захотелось исполнить, пусть и пришлось бы для этого окунуться в воду.

Ришар не заметил, как подался вперед, но был остановлен старческой рукой. Мужчина, что управлял судном, больно ущипнул колдуна за предплечье

— Что ж ты не сказал, что сам с магией! — с упрекнул он: — Им это нравится. Заморочат, не заметишь, останешься здесь, пока не надоешь или не сдохнешь. — кустистые брови старика сошлись на переносице, он тяжело вздохнул. Пассажир ему понравился, говорил вежливо, хоть и видно, что из благородных, заплатил вдвое требуемой суммы, сам занес продукты со своей телеги и шатер установил, эльфийку не пытался при нем хватать и целовать, видно божьи законы блюдет: — Ты послушай, что я тебе говорю, может жив останешься. Свою эльфиечку держи за руку, не отпускай. Будешь чувствовать, что совсем понять не можешь, где сон, где реальность — возьми что-нибудь острое и причини себе боль. Если родом знатен, сразу говори кто ты и кто за тобой стоит. Они тогда конечно не отстанут, но и наигравшись, на галеры не сдадут. Ни в коем случае не проходи на главную площадь. Держись подальше от дворца, там сойти с ума проще всего. А лучше оставь здесь свою подружку и уезжай подобру-поздорову. Эльфам здесь раздолье, а вот нам, людям, опасно. Кто в Ветире неделю проводит, редко возвращается домой. Состояния здесь оставляют, а потом топятся в каналах, лишь бы не уезжать. Этот город манит людей будто песня сирены.

— Но князь человек, — в Разрозненных землях хватало своих проблем, чтобы думать о соседях. Хоть Ришар и был хорошо образован, он знал только имя князя, общую историю Арсии и то, что оттуда везли шелк, камень, фрукты, духи и живопись. Покупало княжество серебро, дерево лиственницы и мясо. Старик в ответ на его ремарку только махнул узловатой рукой, он давно не верил в то, что князю есть хоть какое-то дело до происходящего. Судно неторопливо повернуло в один из боковых каналов, который вел к рынку, расположенному на площади. Ришар вовсе не думал о товаре, но решил, что пока не будет сбрасывать маску мясника. В конце концов, где еще получить сведения, как не на рынке. Когда он спросил о том, что думает по этому поводу Луна, она лишь рассеяно кивнула.