Мир Савойя. Зов тьмы (СИ) - Ингвар Лара - Страница 7

— Прикосновение эльфа, даже не чистокровного может свести с ума простого смертного, ты должен быть ей благодарен за то, что она причинила тебе боль. Ты ведь больше ее не желаешь?

— Нет! Ну к черту эту беловолосую ведьму.

Мужчина сплюнул на деревянный пол и вернулся к своей компании. Он что-то рассказывал пяти бородатым мужикам, активно жестикулируя и показывая поцарапанную щеку. Видимо произошедшая мгновенье назад сцена обрастала новыми невиданными подробностями.

— Откуда ты знаешь о том, что боль помогает подавить жажду к плоти бессмертного?

— У нас в деревне был храмовник. Из изгнанников. Он меня многому научил.

В Разрозненных Землях было довольно много запрещенных религий, которые к сожалению, росли как грибы после дождя. Лет семь назад Ришар сам участвовал в том, чтобы пресечь строительство храмов Истинному Королю. Кто-то нашел старый талмуд, явно написанный сумасшедшим, в котором говорилось, что истинный король спустится не с небес, а выберется из преисподней. Что его примет Проклятый Венец правителя, и век его правления будет вечным. Самому Ришару плевать было, откуда должен появиться истинный правитель, и появится ли он вообще когда-нибудь, но деревенский люд начал рыть подземные ходы, где впоследствии обосновывались гнезда савойя. Поэтому Храмы Истинного Короля были запрещены, а их жрецы сосланы на север, на территории Шевалье. Там они могли рыть сколько угодно туннелей, Шевалье этому только радовались.

Ришар знал о способе борьбы со страстью к бессмертному, эльф должен был прикасаться к одержимому человеку, пока настоятель жег того каленым железом. Это в миг отбивало у всех одержимых любовь к бессмертной плоти. Однако он впервые видел такое мастерское использование его в повседневной жизни.

Пошатываясь девушка встала, отправилась наверх, где для них приготовили комнату. Мантикор бежал за Луной с по-настоящему собачьей верностью. Он с трудом взбирался вверх по крутым ступенькам, но не отставал он нее ни на шаг. Ришар двигался следом тенью, его спину прожигали завистливые взгляды мужчин. Знали бы они, что этой ночью он будет спать на неудобной жесткой кушетке у окна, предоставив прекрасной гостье возможность отдохнуть на чистых простынях, они бы не присвистывали ему во след. Луна скинула плащ как только они оказались в маленькой комнатке и легла поверх одеяла. Ее кожа сияла в свете полумесяца, и Ришар невольно залюбовался ей.

— Вы можете спать со мной в одной кровати. Я не буду к вам прикасаться.

— Не могу сказать того-же о себе, - Ришар стянул сапоги, снял ремень с множеством магических приспособлений. Здесь были зелья, серебряный песок, кровь некроманта и многое другое. Девушка смотрела за тем, как он медленно раздевается с каким-то хищным интересом. Ей доводилось видеть мужчин голыми, тот же Сайрус первые несколько месяцев после ее поимки подолгу стоял возле клетки без рубашки, или мылся из бочки, явно пытаясь покрасоваться. Люди воспринимали наготу Луны как вызов и тоже показывали свои тела.

— Я могу приказать набрать тебе ванную - предложил Ришар.

— Откажусь, сегодня я купалась. К тому же если я вам нужна для охоты на Савойя, я должна пахнуть собой, а не мылом и душистыми травами. Возможно нам скоро удаться проверить, работает ли ваша затея. - Луна зевнула, обнажив острые зубы, повернулась на бок и провалилась в сон.

— Как хочешь. Тогда я прикажу набрать ванну себе. - буркнул Ришар и вышел из комнаты, чувствуя, что злится. Его вдруг привело в ярость то, как с ним разговаривала эта девушка, ее высокомерное спокойствие и уверенность в своих словах. Несколько часов назад она сидела в клетке как цепной зверь, и не успела выйти из нее, начала превращать его волю в кисель. Никогда с ним не происходило ничего подобного ранее. Злость заколотила, заставляя его вернуться в комнату чтобы… чтобы что? В нем вдруг проснулись все его инстинкты охотника на Савойя. Мужчина тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли. Здесь не могут быть Савойя, он проверял. Скорее всего его гнев был вызван тоской по женскому телу.

— Луна… Моя сладкая, нежная девочка, наконец-то ты заговорила, — сон в этот раз был еще ярче, чем все предыдущие. Темнота неизвестного места, льняные простыни сменились на нежные шелковые - ты попала в дурную компанию.

В этот раз в нем не было мужчины, был только его Голос. Ласкающий, нежный, но лишь Голос.

— Где ты? - воскликнула Луна, ища в темноте своего невидимого собеседника.

— Я рядом - он вдруг объявился рядом с ней. Впервые она видела его в полный рост. Он опустился на колени рядом с ней, одетый лишь в темные штаны. Широкие плечи манили прикоснуться к себе, белые волосы, на несколько тонов светлее чем у нее и светлая кожа, покрытая узорами цвета обсидиана. Его глаза были обрамлены темными ресницами и отличались таким глубоким оттенком тьмы, что казалось, заглядись в них, и затеряешься в этом мраке навечно. Луна прикоснулась к его волосам, а он собственнически провел рукой по ее нагому телу.

— Сладкая моя - прошептал он и накрыл ее губы в поцелуе. Этот поцелуй был реальным, с привкусом холода и металла. И только когда он разомкнул объятья и Луна прикоснулась к губам, она вдруг осознала:

— Это кровь? Моя кровь? - спросила она незнакомца.

— Твоя кровь, моя кровь, наша кровь. Ты мне нужна, моя Луна, я не могу более томиться в своем плену.

Он коснулся ее маленьких упругих грудей, от чего девушка застонала и изогнулась, он играл с ними, дразнил, наслаждался прикосновениями к розовым соскам. Когда девушка закричала от исступления, он поднял ее руки над головой и прижал к кровати:

— Как ты красива - произнес он, рассматривая мрамор ее кожи, а затем принялся с жадностью целовать ее шею, губы, прижавшись так близко к ней, что Луна кричала от удовольствия и не могла остановиться.

Проснулась она от несильного хлопка по лицу и тут же распахнула свои фиалковые глаза. Кровать она смяла, вся кожа горела от жара. Губы пересохли, а колени мелко тряслись.

— Что это сейчас, савойя тебя возьми, было? — Глаза Ришара горели от неприкрытого желания и гнева. Как только она распахнула глаза, он спрятал руки за спину, потому что больше всего на свете ему сейчас хотелось, чтобы эльфийка выгибалась так под его прикосновениями. В комнате стояла непроглядная тьма, свет фонарей с улицы, что пробивался когда Ришар засыпал, тоже исчез, словно магические огни выдохлись в одночасье.

— Мне снятся сны, — постаралась объяснить Луна, она хотела рассказать о мужчине, что звал ее все настойчивей, будто приближаясь к ней, становясь с каждым сном все более реальным. Ведь началось все просто с шепота, ее имени произнесенным чужими губами, морозного холода чужого дыхания на ее коже. А сейчас… Казалось, пройди еще несколько ночей и безымянный любовник вырвется из ее сна, покинет ее голову и обретет плоть.

Вдруг с улицы послышались крики. Кричали мужчины:

— Зажигайте факелы! Савойя!!!

К деревне приближался отряд немертвый. Его возглавлял бледный всадник на пегом коне. Позади него шло с десяток голодных Савойя из свежеобращенных людей. Первый год они тупы как пробки, зачатки разума возвращаются к ним позже. Савойя используют новообращенных как пушечное мясо.