Ведьма бывшей не бывает (СИ) - Никитина Анастасия - Страница 34

- Домовой хозяин. Мне тут ещё кое-что в голову пришло. Вот Яга же недаром лицо за маской прятала, правда?

- Недаром, - степенно согласился старичок. - А ты, хозяйка, умнеешь прямо на глазах. Любо-дорого поглядеть.

- А зачем она это делала?

- Нет… Показалось, - хмыкнул вредный карлик.

Я не стала уточнять, что он имел в виду, подозревая, что на прямой вопрос получу такой же прямой ответ, о котором и без того догадалась.

- Так зачем?

- Ну как зачем-то?! Чтобы соглядатаи досужие ей жить не мешали. А то всякое бывало. И поглядеть на ведьму приходили. И «доглядеть» предлагали… хе-хе… за наследства. Да и к чему всем подряд лицо-то показывать. Мало ли, где да кто потом сболтнёт чего. Али самой понадобится в люди выйти. Вон соседи наши - дымок из лесу увидели и прискакали. Дитё, вишь ли, при смерти. Отлежался бы пострелёнок. Тьфу! Ничего святого. Проверять пришли. Чай, старики ещё старую ведьму помнят, что здесь до тебя жила. Вот и…

Домовой ещё долго озвучивал мои собственные мысли. Я не перебивала, мерно кивая, находя подтверждение своим собственным опасениям и подозрениям. В конце концов, я узнала, что выбор, в общем-то, не слишком обширный. Либо постоянно изменять свою внешность силой собственной магии. Что непрактично и достаточно сложно: невозможно же постоянно сосредоточенно думать, какой формы должен быть твой нос. Либо создавать маску наподобие яговской…

- Так что делай, хозяюшка, себе колдовскую личину, да пострашнее, - подтвердил мои выкладки домовой. - Я и сам присоветовать хотел, да не успел. Нос побольше. А зубы можно острыми…

- Угу, и рожу зелёную, - перебила я, вспомнив одного из героев «Меча и Магии» и представив себя в образе зеленокожего варвара с дубиной наперевес.

- Зелёную? - с сомнением протянул старичок. - Можно и зелёную. Глядишь, за кикимору сойдёшь. Уродливую.

- Нет уж, - невольно усмехнулась я. - Обойдёмся без кикимор. А вот постарше да попроще… Где там умная книжка…

- Спать ложись, - проворчал домовой, недовольный тем, что я отказалась от образа уродливой страхолюдины. - Книжку ей в такую темень.

- Так и подсветить можно, - улыбнулась я и зевнула. - Хотя ты прав… Завтра. Всё завтра.

Я разделась, поплескала в лицо из небольшого ведра с водой, стоявшего на лавке в сенях, и улеглась. Правда, в последний момент мне снова померещился крадущийся по забору кот, но на этот раз я даже голову не повернула в ту сторону.

На следующий день я действительно взялась за книжку. С «запасным» лицом я провозилась довольно долго, но оно того стоило. Когда я закончила и прицепила ещё тёплую, едва искрящуюся маску на физиономию, из водяной глади в ведре на меня глянула обычная женщина средних лет. Чем-то этот образ всё равно неуловимо походил на меня настоящую. Но даже я сама не могла понять, что мне казалось знакомым. А потому отбросила сомнения.

Впрочем, не далее как через несколько дней я всерьёз задумалась, а не погорячилась ли, выбирая между страхолюдиной и нормальным лицом.

В тот день я пообедала уже порядком надоевшими отбивными с картошкой и отправилась с ведром к роднику, чтобы пополнить запасы питьевой воды. Домовому из избы хода не было, поэтому дрова, воду и прочие прелести таскать со двора приходилось мне. «Дворовым пора обзаводиться, - проворчала я себе под нос, поднимая полное ведро. На глаза попался бывший огород. - И витязями для садово-огородных работ. Тридцать три - перебор, а вот штук пять было бы в самый раз».

Тут из-за плетня донеслись невнятные голоса и идиотское хихиканье. Я навострила уши.

- Парька говорила, что ведьма страшная, но добрая! Не бойся, кричи уже, - настаивала, хихикая, невидимая за забором девица.

- А как это - страшная, но добрая? - возразила другая.

- Ну, на рожу страшная. Вишь, какой плетень навертела. Чай, сама выйти не может, стыдится.

- А мож, таится? Сейчас как выскочит…

«Как укусит», - ухмыльнулась я про себя.

- Да не укусит она тебя, - отмахнулась первая. - Зови уже. А то кто её знает. Вдруг спать после обеда ляжет. Чуешь? Мясом жареным тянет. Видать, ужо пообедала.

- Вдруг человечина, - опасливо протянула другая.

- Да какая там! Парька говорила, что даже платы за зелье с неё новая ведьма не стребовала. Ты замуж хочешь?

- Ну…

- Тогда зови ведьму. Главное, понапористее да понаглее проси. Она и стушуется, - приказала напористая девка товарке, и я поняла, что пора начинать кусаться.

Под аккомпанемент воплей в два визгливых голоса «Хозяйка! Отворяй! Гостей принимай!» я вернулась в избу, нацепила на физиономию личину, замотала голову драным платком и взяла в руки дырявое лукошко.

Девки уже порядком понадсаживали глотки, когда я, сотворив себе калитку с другой стороны и обойдя их по большой дуге, вышла им за спины.

- Чего кричите, девицы-красавицы? - пропела я, дождавшись короткой паузы.

И чуть не оглохла от визга. Одна из девиц даже порывалась удрать, но другая,

судя по голосу, та, что понаглее, её удержала.

- За помощью к тебе пришли, бабушка.

«Бабушка? - обозлилась я. - Да мне всего… Гм… Пятьдесят сейчас!»

- Замуж вот она хочет, - переговорщица подтолкнула вперёд товарку. - Любит его, а он на неё и не смотрит.

- Да? И чего от меня хочет? - прищурилась я.

- Чтоб посмотрел, - проблеяла стеснительная.

- А ты петухом посреди площади покричи, точно посмотрит.

- Как на дуру! - обиделась девица.

- А мне-то какая разница, как, - фыркнула я.

- Бабка. Ты нам зелье дай, приворотное, - вклинилась первая. - Нам надо, чтобы он влюбился.

- Влюбился? Хорошо… Но имей в виду. Напоишь его зельем - свою волю потеряешь. Ни одного слова ослушаться не сможешь, никого кроме него видеть не будешь, - замогильным тоном принялась вещать я сборную солянку из страшилок, которых наслушалась вчера от домового.

- Так это же как так?! - возмутилась якобы стеснительная девица, разом растеряв притворную скромность. - Чего это я волю должна отдать?! Не я же зелье пить буду.

- А… Свою волю отдать не хочешь, а на его покушаешься. Дурное замыслила.

- А тебе-то, бабка, что за дело? - скривилась первая.

- Да никакого, - пожала плечами я. - Вот отслужите мне службу, и получите зелье. Воды мне надо наносить. Вот вам ведёрко, а вон там яма. Буду там бассейн делать, - я ткнула пальцем в ближайший овраг и протянула ошалевшим девкам свою дырявую корзину.

- Что будете делать? - пискнула одна из них.

- А твоё какое дело? - нахмурилась я, сообразив что опять промахнулась эпохой. - Что надо, то и буду. Ваша забота вот этим ведром до вечера вон ту яму наполнить. Ясно? А если не получится, то…

- То что?

- Съем! - рявкнула я, раздражённая затянувшимся представлением.

И правильно сделала, а то препиралась бы о морали и нравственности ещё долго. А вот короткое «съем!» было нахалкам куда ближе и понятнее. Подобрав юбки чуть не до пояса, они ломанулись через лес, перескакивая через корни и стволы поваленных деревьев, как перепуганные куры.

- Куда же вы, девицы? - крикнула я им вслед, с трудом сдерживая смех. - Я только одну съем. Вторую отпущу! Наверное.

Разумеется, никто не воспользовался моим щедрым предложением. Посмеиваясь, я открыла проход в плетне и вернулась к себе во двор.

- Ну, сильна, матушка, - за спиной у меня как всегда бесшумно вырос леший. - Как погнала бездельниц вороватых, как погнала! Я бы и сам погнал воришек, да ты запретила.

- А что украли? - забеспокоилась я.

- Так по дроге к тебе дюжины две ягодок слопали, утробы бездонные! - с возмущением пояснил леший. - А уж сколько травы потоптали! Сколько зайцев своими хихушками перепугали!

Я рассмеялась и принялась озвучивать лешаку, какие травки мне от него нужны и в каком количестве. Тот на радостях даже не поинтересовался, зачем так много.

Всё принёс ещё и с довеском.

А девки свою задачу выполнили. Разнесли по деревне слухи один страшнее другого. Ну, это я так решила. Потому что больше меня по пустяками не дёргали. Вообще не дёргали, если совсем честно. Я спокойно вышила новую салфетку-самобранку из остатков порезанного сарафана. Добавила несколько новых узоров на первую, и теперь каждый день наслаждалась обедом из любимых блюд. Правда, посуда разнообразием не блистала. У меня упорно получались общепитовские тарелки с печатью «военторг».