На нее запрет. Дочка Шаха (СИ) - Майер Кристина - Страница 5

- Вот ты где, - Ванька недовольно перекрывает нам дорогу, оттесняет от меня Андрея. – Ками, ты когда перестанешь влипать в истории? – зло шипит мне в лицо.

- Я?

- Ты! Здесь полно камер, безопасность заведения курируют ребята Кимаева. Ты хочешь, чтобы отец просмотрел записи сегодняшнего вечера?

- Ты знал, что здесь Бессонов? – эта новость вызывает больше эмоций, чем возможное падение в глазах отца, если он увидит, что мы с Андреем творили на балконе.

- Знал, - резко произносит Ванька. - И можешь сказать ему спасибо, именно он сейчас затирает запись, как ты с Андреем уединилась на балконе.

- Это он себя спасает, а не меня!

- Ты уверена?..

Глава 5

Лева

- Я не хотел бы, чтобы ты соглашался на этот бой, - произнес отец, упираясь одной рукой в стол. Несмотря на строгость голоса, он понимал, что не может мне запретить. Если я решу лететь, никто меня не остановит. Выдержал дуэль взглядов, он опустился в кресло. – Хватит подставлять свою голову под удары, Лев.

- Я мечтал о таком сопернике, - и это действительно так, но сейчас я меньше всего думал о бое. В груди до сих пор бурлила черная лава злости. Прошло три дня с выпускного, а я так и не успокоился. Картина, как ее лапает и облизывает этот утырок постоянно встает перед глазами.

Меня не успокоило, что Ванька постоянно находился рядом, не позволял им больше уединиться.

- Сосредоточься на бизнесе, - произносит отец, вырывая меня из неприятных мыслей. - Ты купил неплохие участки земли в Дубае, займись постройкой гостиничного комплекса.

Переживания родителей понятны. У него у самого была бурная молодость, но своих детей он старался оградить от трудностей и опасностей, со мной не вышло. Мама шутит постоянно: «кровь не водица».

- Я подумаю, - почесав бровь. Если начать строительство, придется пропасть в другой стране… или жить на два города.

- Хватит думать, пора действовать. Завязывай со спортом. Сколько ты сможешь еще выступать? Пять-семь лет? За это время, сколько травм получишь? – давит тоном, взглядом, энергетикой.

Скрываю улыбку, я очень уважаю отца, но на меня его суровость никогда не действовала, потому что я всегда чувствовал и знал, он не причинит боли. Он защитит ценой своей жизни, потому что любит нас. Из-за любви и уважения к родителям, старался не приносить в дом бед, всегда думал, прежде чем действовать. В подростковом возрасте не всегда подучалось выйти из передряги без проблем.

- Твой последний соперник остался инвалидом, Лев. Ты будешь скован на ринге. Страх убить или покалечить сделает из тебя неполноценного бойца. Ты не сможешь выступать, - я понимаю, что он до последнего не хотел поднимать эту тему, но видимо решил привести самый веский аргумент, чтобы меня уберечь. Папа прав, страх кого-то еще покалечить или убить глубоко засел во мне.

Меня не пугают разбирательства, суды… - это травмоопасный вид спорта, тут всякое может произойти, но не должно было произойти по моей вине, а произошло. Не хочу думать об этом или продолжать тему, я и так постоянно живу с чувством вины.

- Это твой телефон? - взяв трубку со стола, отец убеждается, что вибрирует не его мобильный. Я уже проигнорировал несколько входящих, которые он слышал, поэтому делаю вывод, что просто хочет сменить тему.

- Мой, - не спешу вытаскивать мобильный из кармана. Мои бывшие любовницы напоминают о себе, узнав, что я вернулся в Москву.

- Так ответь, - усмехнувшись, отец поднимается из-за стола. Я замечаю разбитые костяшки, руку он весь наш разговор прятал под столом.

- Что случилось? – киваю на руку. Удивлен. Обычно отец просит меня не терять голову, остудить мозг, прежде чем действовать или принимать решение.

- Встретил старого знакомого, - отмахнулся родитель. Я не поверил, но если он не хочет говорить, бесполезно спрашивать. - Нельзя заставлять девушек столько ждать, – усмехнувшись, кивает на карман, где вновь начинает вибрировать телефон.

Достаю мобильный, внутри звенит тревожный сигнал три пропущенных от Лютаева. Он бы подождал, пока я перезвоню, не будь это так срочно.

В это время он должен был еще оставаться у Шаховых, праздновать вручение аттестатов. Скромную вечеринку придумала Ками, пригласила только близких друзей и своего утырка.

Отмахиваюсь от сигнала тревоги в голове, обычно Лютаев просто так не звонит. Он присматривал за Камиллой в школе и когда они собираются с друзьями, не давал ей совершать безбашенные поступки, на которые эта девчонка способна.

Год назад Ками сломала руку, прыгала в воду с какой-то импровизированной вышки , сходила называется с друзьями искупаться на озеро.

Марат там снес все нахрен и запретил ей месяц из дома выходить, чтобы кровь не останавливала. Могла ведь шею свернуть. Мне Ванька рассказал, когда уже все страсти улеглись, чтобы я не сорвался в Москву накануне тяжелого боя.

Месяца два назад Камилла подралась в женском туалете с девчонкой из параллельного класса. Та на нее полезла из-за парня, а Ками мы с детства учили правильно наносить удары. Там одного хватило, чтобы скорую вызвали сопернице. Потом было разбирательство. Одним словом - Ванька не всегда справляется.

- Привет, я тебя слушаю, - здороваюсь с Лютаевым.

Сегодня тоже не справился, потому что у меня в жилах кровь леденеет, когда я слышу:

- Андрей позвонил, сказал, что Ками со скутера в обрыв улетела. Я еду туда. Ты можешь сейчас подъехать? – с трудом сглатываю, в голове что-то взрывается, заливая все вокруг кровавой пеленой.

- Она жива? – голос не слушается, я боюсь услышать ответ. Любой приговор пусть вынесут лично для меня, только не этот…

Глава 6

Лев

- Да, - раздается ответ Ивана, и мое сердце запускает новый отсчет. - Андрей спускается к ней, говорит, что слышит ее стоны, - вздыхает тяжело Ванька…

- Скорую вызывай и диктуй адрес! – ору в трубку. Никто из домочадцев не успевает остановить и спросить, что случилось. Пока Иван объясняет приблизительное место, где Ками слетела с дороги, я уже вдавливаю педаль газа в пол.

Мой отец был гонщиком, он до сих пор любит скорость. Мне эта любовь передалось с генами. Правда, гонять профессионально я стал несколько лет назад, до этого только нарушал скоростной режим, вызывая на себя гнев гайцов и родителей.

Вжимая педаль газа в пол, маневрирую среди машин. Это Москва и тут сложно разогнаться, но я ищу любую лазейку. За такое вождение меня попросят положить права на полку, но мне до одного места любые штрафы и наказания.

Выезжая на загородную трассу, здесь можно не сбрасывать скорость. Набираю Ивану, слушаю гудки. Кровь вскипает в жилах, когда он не отвечает.

Только бы Камилла осталась жива…

Жива…

Она жива!

Кровь от страха леденеет в венах. Ощущение такое, словно все вокруг рушится, погребает меня под обломками, а я ничего не способен сделать. Заставляю свое сердце биться. Заставляю себя дышать.

Почти тридцать минут занимает езда до поворота, который описал Ванька. Авария произошла недалеко от коттеджного поселка, где располагается дом Шаховых. Включаю дальние фары, когда приближаюсь к повороту, но никого не вижу. Где карета скорой помощи? Полицейские? Машины родителей? Хоть кто-то же должен остаться на месте происшествия, если Ками успели забрать в больницу!

Это что розыгрыш мать его?! Только эти могу объяснить пустой отрезок дороги и молчание Лютаева, когда я ему набирал. Очень хреновый розыгрыш, за который я могу и шею свернуть!

Нет не розыгрыш…

Замечаю на темной обочине две темные фигуры склонившиеся друг к другу, сидят прямо на земле. Взглядом сразу выцепляю Ками, я почти спокоен. Можно дальше жить и дышать. Где-то вдалеке припаркован знакомый внедорожник Лютаева Ваньки, ему на совершеннолетие родители сделали подарок – позволили купить себе тачку, на которую он сам заработал.

Торможу на противоположной стороне, оставляю фары включенными. Дорога пустая. Здесь совсем недавно положили асфальт, два года назад это была обычная сельская тропа, которая вела к озеру. Освещения нет, кругом пологие скаты, куда может слететь и более опытный водитель. Поддеваю разбитый шлем ногой и оправляю его в кусты. Кожаная куртка не по размеру накинута на плечи Камиллы.