Жупочка стреляет на поражение (СИ) - Лавру Натали - Страница 84

«Нормас идея! Молодец, папуля!» – выразила одобрение Вторая.

– Я ему не только рот зашью! – прошипела доведённая до белого каления я. – Яйца отрежу кобелю старому!

– Я ни с кем не готов тебя делить, Жу. Если надо будет, мы сбежим, и нас никогда не найдут.

– Что, ты правда готов бросить всё ради меня?

– Правда, – он кивнул. – Только, пожалуйста, больше не колдуй мне копыта. Это был... крайне малоприятный опыт.

Верю. Держать равновесие на этих ходулях весьма сложно.

– А вот сейчас будет ещё более неприятный сюрприз: копыта тебе наколдовала не я. Это сделала Вторая.

Взгляд Гедеона стал испуганным и каким-то отчаянным.

– Твоя субличность обретает силу?

– Да. И ещё одна сногсшибательная новость: Вторая всерьёз запала на Рика, – про обретение ею контроля над моим телом я умолчала. Испугалась, что Гедеон спрячет меня, поместит в лабораторию без окон и дверей, чтобы изучить мой недуг. А в неволю я не хочу.

«Мы не хотим», – уверенная в своих силах, добавила Вторая.

Признаюсь, я её побаиваюсь.

– Жу, я с тобой, – Гедеон крепко и нежно меня обнял. – Любовь моя, прости, что меня долго не было рядом. Прости... Для меня было очень важно найти заговорщиков. Я спать ночами не мог, мне всё казалось, что вот-вот случится что-то страшное. Но по иронии судьбы поймали злодеев вы с Родом. Чувствую себя бесполезным. Ещё и тебе не знаю, как помочь...

– Кое-чем ты можешь мне помочь.

– Чем? – он слегка отстранился, чтобы заглянуть мне в глаза.

– Не хорони меня раньше времени. Я вообще-то помирать не собираюсь. И пока во мне есть я, то хочу, чтобы ты вспомнил, что такое заниматься любовью.

«Фу, мерзость!» – скривилась внутри меня Вторая.

«Заткнись!» – бросила я ей.

***

Спустя три недели

Гедеон Дюпрэ

Гедеон выскочил из покоев брата, и ноги принесли его к себе. Он опёрся обеими руками о стол и громко простонал. Даже не так: взвыл умирающим зверем.

Вот как... Его обожаемая Жу выбрала старшего принца. Наследника престола. А тот – выбрал её.

Как Гедеон мог упустить свою избранницу? Или как не разглядел в ней алчность?

В груди с каждым ударом сердца разрасталась боль: «Тук-тук. Всё кончено. Тук-тук. Всё кончено. Тук-тук. Всё кончено...»

Принц набрал в лёгкие побольше воздуха и попытался включить мозг.

Во-первых, Жу пока ещё официально невеста Гедеона, и это могло быть кратковременное помутнение рассудка либо бунт её субличности. Звучит, как самоутешение, но всё же...

Во-вторых, Жупочка – весьма своенравная особа. Зная Рода, можно не сомневаться: Жу очень скоро вынесет ему мозг. И это очередная глупая надежда, что потерянная любовь вернётся.

Гедеон снова простонал в пустоту:

– Ну ка-а-ак? Как ты могла, Жупа? Я же тебя так люблю... Так люблю! Почему ты выбрала его? Когда это началось?

В памяти замелькали сцены из недавнего прошлого: вот, Жу, исхудавшая и похожая на промокшего и побитого котами воробушка, обнимает его, плачет и говорит, что любит; её и Рода нашли и спасли из плена, и кронпринц находился при смерти, выжил только благодаря Жу; вот, на совете Жу и Род гордо сообщают, что раскрыли заговор и пленили виновников почти свершившегося переворота; вот, расстроенная предстоящей свадьбой Жу «награждает» Гедеона копытами, а с Родом мило болтает.

Значит, интрижка закрутилась уже после спасения. Вряд ли у грязных, голодных и угнетённых пленников мог быть интим в камере.

Вчера перед сном Жупочка попросила, чтобы Гедеон ночевал у себя, а не с ней. Сказала, что нехорошо себя чувствует.

Врала?

А ещё, когда он подхватил её на руки, ему показалось, что она как-то резко прибавила в весе. До похищения и в последние дни Жу и впрямь без конца ела, но потяжелеть в два раза, при этом не особенно изменившись внешне – вот странность.

Что-то тут нечисто...

Может, Жу зачаровали? Приворожили к Родерику, чтобы рассорить братьев и короля заодно? То-то она вчера вечером нехорошо себя чувствовала.

Вдруг это ещё один заговор?

Собрав моральные силы в кулак, Гедеон решил проверить, ночевала ли Жупердилья у себя или сразу после ухода жениха отправилась соблазнять кронпринца?

Миновав дежурящую в гостиной горничную, он промчался в спальню, а там... Жу, безмятежно спящая, похожая на ангелочка, ну, или на чертёнка. Это ещё как посмотреть.

Солнечно-золотистые волосы шальными лучами разметались по подушке, под щекой Жу мокрое пятнышко от слюны, дыхание размеренное.

Как натурально она спит!

Створка двери громко стукнулась о пяту, Жупа резко вздрогнула и открыла глаза:

– Гедеон... – ласково и сонно протянула она. – Чего шумишь?

– Не прикидывайся! – громом разнёсся по покоям его голос. О, боги, он ещё никогда не был так сердит!

Жупа нахмурила брови и села на кровати. Сдвинутые брови – это её коронный жест, предвещающий бурю. Мало не покажется никому.

– По какому праву ты со мной так разговариваешь? – от её ледяного тона у Гедеона непроизвольно дёрнулся кадык. Всё же она не права, когда отрицает родство с королём Галлии. Голос у неё повелительный.

Принц собрал в кулак всё своё мужество и выдал:

– Ты прекрасно знаешь, что я видел вас с Родериком. Что, уже успела поругаться с ним и передумала бросать меня?

– ЧТО-О-О??? – взвизгнула она и метнула взгляд на второе смятое место у себя на кровати.

Сбитый с толку Гедеон наблюдал за тем, как Жупа становится на карачки и заглядывает под кровать, затем несётся проверять ванную, потом проверяет гардероб и, не найдя искомого, закусывает нижнюю губу.

Что за цирк она здесь устроила? Надеется, что Гедеон поверит в её актёрскую игру?

– Проклятье... – выругалась она себе под нос и уже громче спросила Гедеона: – Где ты их, то есть нас видел?

– Вот только не надо... – попытался отмахнуться он, но Жупа требовательно перебила его:

– ГДЕ???

Гедеона словно током прошибло от вибраций её голоса.

– В гостиной покоев Родерика, – процедил он.

– Идём! – Жупа деловито стянула со спинки тахты шёлковый халат, торопливо накинула его и, схватив Гедеона за руку, потащила прочь из покоев.

Так они и шли: Жупердилья торопилась и пёрла, как локомотив паровоза, а Гедеон кривился и упирался. Брата-предателя ему сейчас хотелось видеть ещё меньше, чем изменницу-невесту.

Дверь в покои кронпринца была притворена, но не закрыта на замок.

Странно, но два стражника даже не подумали остановить растрёпанную Жупердилью и пропустили внутрь.

А там...

Торопливо мелькающий мужской зад на тощих ножках и торчащие в стороны, до боли знакомые женские ноги.

Девица не стеснялась кричать и постанывать от удовольствия, подстёгивая любовника входить к неё глубже и жёстче.

Да, её голос Гедеон тоже знал. И, нет, эти возгласы не могли принадлежать Нотеше. Потому что... Это стиль Жу, её тон, её всё!

Наконец, двое развратников громко, бесстыже охнули и затихли.

– Закончили? – Жу набрала в лёгкие побольше воздуха и ринулась в атаку: – Ты что творишь, гадина?!

***

Днём раньше

Жупердилья

Вечером со мной начало происходить что-то странное: живот закрутило, вздуло, в теле появились невыносимые слабость и тяжесть, а ещё сонливость. В общем, я вдруг поняла, что неспроста меня назвали Жупердильей. Ой, неспроста...

Гедеон был изгнан дабы не стать свидетелем того, что девочки пукают не только бабочками.

Вскоре я пожалела, что прогнала жениха. Ибо ломать меня начало не по-детски. Уж не отравлена ли я? Длинные загребущие ручки Нотеши могли дотянуться до меня и из-за моря.

Я так и представила: найдут меня поутру всю уделанную и хладную. Смерть такая же нелепая, как у моего первого супруга Акакия Фридриховича. Вот, и у него имя тоже было подходящее... Видимо, как назовёшь человека, так он и помрёт.

Ужас!

Я бы хотела остаться светлым образом в памяти Гедеона. Но, как говорится, поздняк метаться, от поноса не убежишь.